Крах операции Асгард. Военные приключения.

человек. В его задачу входит любыми путями найти «саламандру». А чтобы он был принят за того, кого они ждали, перебежчик снабжен копиями документов и карт изъятых у предателя. Ваша группа будет идти по следам нашего агента. И при его встрече со специальным подразделением «саламандра» ваша задача будет состоять в том чтобы уничтожить этот отряд. Слишком много загадок всплывает с появлением этих диверсантов. А на разгадку совсем нет времени. Поэтому вышестоящее командование приняло единственно правильное решение. Разрубить этот «гордиев узел», уничтожив эту группу пока она своими действиями не принесла большой беды. Вот так. Ну что товарищ старший лейтенант, вы поняли какое ответственное задание стоит перед вами и вашими бойцами?
  — Так точно! Понял!
  — Ну а коль поняли… — Строгов пристально посмотрел на Орлова. — … То приказываю. Выполнить поставленную задачу. — И подойдя к старшему лейтенанту крепко его обнял. — Я верю. Вы сделаете все как надо.

***

         
          Длинная пулеметная очередь с треском разорвала тишину и отразилась громким эхом, кроша в пыль, и разбивая в щепки все что встало на пути ее горячих пуль. Камни, ветки жидких кустов, стволы низкорослых, северных сосен. Не жалея на своем пути ничего и никого.
      — «Вот тебе бабуля и Юрьев день» — подумал Сашка и сжался буквально в комок, имея лишь одно желание, слиться в одно целое с камнем, за которым он спрятался, и который служил в данную минуту ему защитой. — «Интересно. Откуда эти поганцы узнали, что я здесь, на сопке. Впрочем, чего об этом сейчас думать? Думать надо о том, как выйти отсюда. Если дадут. Что в принципе вряд ли»
  Час назад, Сашка, словно предчувствуя опасность, попрощался с хозяйкой дома, Илтой, с пацаном Арво, и поднялся на сопку, решив переночевать там. А уже утром, идти по маршруту, который он наметил. Домой.
    Идею, идти на поиски секретного отряда «Саламандра», бойца которого он пристрелил, когда они нарвались на засаду, он исключил. Морпех осознавал, что силы неравны, да и приказа он такого не получал, поэтому решил, что не стоит даже пробовать.
  Сашка помнил тот бой, когда немец положил двух его напарников, и события помнил, благодаря которым он оказался за линией фронта.
  Помнил, как похоронил в камнях Иваныча. Как Юрку дотащил до своих на плащ-палатке. И как документы, фашиста убитого, принес.
   Вот тогда и выяснилось, по этим документам, что немец из секретного подразделения. Отряд «Саламандра». СС. Птица очень важная. И ждал он там на месте, не разведгруппу скорее всего, а кого-то другого.
  А потом и генерал приехал. Стали выяснять что да как. И решили, что немца надо приволочь. Мертвого. Чтобы враги не знали, что произошло. А идти туда надо конечно морпеху. Так как он один ведает место этого боя.
   И дали в помощники ему бойца, со взвода обеспечения. Казаха. Турекулова Аманжола. Как потом выяснилось опытного, мудрого воина, который за время выполнения задания, не раз спасал бесшабашного морпеха, и учил его уму-разуму.
  А один раз даже спросил его.
    — Александр! Вот ты воюешь уже не первый год. Почему ты так легкомысленно относишься к своей жизни? Ты же разведчик! Ты же опытный боец. А допускаешь такие ошибки, что я даже удивляюсь, почему ты еще живой?
  Сашка ему тогда ответил.
  — Не знаю Аманжол. Когда вижу опасность, не думаю о ней. Становится пофигу все. Иваныч, царствие ему… тоже ругался. Тоже учил. Премудростям. А иногда говорил все-таки мне. Не меняйся Сашка. Будь таким какой ты есть. Будь самим собой. Воин ты храбрый. Друзей не предашь. Прикроешь всегда, несмотря на опасность! Как у нас говорят! В разведку я с тобой бы пошел! Командиром правда, ты наверное, никогда не будешь. Но твоя безалаберность и удаль молодецкая, тебя и спасет. А меня Аман, кстати, два раза в звании повышали. До старшего матроса. А потом и понижали обратно. За мелкие нарушения. Прав Иваныч был. Не буду я командиром. А разведку я люблю.
  Вот такой разговор у них был, после того как он немецкому летчику кулак показал. Аманжол тогда усмехнулся. Но слова Иваныча подтвердил.
   — Да Александр! Ты тот, в котором война не убила положительные, человеческие качества. Но это и твоя беда, и твоя удача. И все-таки будь аккуратен. Не ложи в одно место и гранаты, и боезапас от автомата. Ты же разведчик!
   Сашка тогда согласно кивнул головой, выслушав мудрого напарника. Но характер, есть характер. И что-то разом поменять, не всегда получается.
  Помнил Сашка, как пошли они парой за мертвым фрицем. И нашли его. И потащили.
  И все бы хорошо. Да не все. Немца до места не доставили. Приняли бой с
финским отрядом, вышедшим на них в сопках. Пришлось бросить груз, иначе погибли бы.
  Добрели до поселения, финского. Там стали думать, что делать дальше.
Решили, что Аман пойдет обратно. Понесет документы, которые они нашли на месте, где валялся убитый фашист. А Сашка пойдет искать этот секретный отряд.
  Аманжол, друг верный, похоже попал на обратном пути, в засаду. Стрельба в сопках, куда он ушел, была сильная.    
   Арво. Пацаненок. Родственник Илты, нашел на сопке, где был бой, старый кинжал Амана. Подаренный тому его дедом и который он берег как зеницу ока, вот тогда Сашка с болью в сердце, понял, что его напарник погиб.
  Что Сашке делать? Теперь было два пути. Первый-идти через линию фронта, обратно, к своим. Второй- попробовать выйти на след этого секретного отряда. Морпех сначала опять выбрал второй путь, хотя понимал, что нарушает приказ. Но успокаивал себя тем, что если он выполнит задание по обнаружению неизвестной группы, то наказания, может и избежать.
  Но потом крепко подумав, принял твердое решение, идти обратно. Все-таки война. И по законам военного времени, могут «намазать лоб зеленкой», и будут правы.
  Жаль конечно было что рюкзак пропал с которым Аманжол ушел. Документы секретные в деревянной папке в рюкзаке лежали. Теперь их не было. Да и нашивки тоже пропали. Нечего показать. Ну да ладно. Надо идти назад.
  Решив это, Сашка к своему сожалению, решил не обременять своим присутствием Илту. И уйти сразу же. Но это решение ему далось очень трудно. Похоже влюбился он в нее. В эту белокурую девушку. Ну как пацан. А признаться в этом себе он не мог. И отгонял это чувство, как мог.
  В Ленинграде, когда он уходил на службу, у него оставалась девушка. Звали ее Надежда. Учились они вместе.
  Сашка был в нее влюблен, как он говорил позже, с первого класса. А она конечно же нет.
  Чтобы хоть как-то обратить на себя внимание, Саня чего только не вытворял. На какие подвиги он только не шел. Все было тщетно. Надежда его не замечала.
  Дружба между ними началась, много позже, в классе восьмом. Пошли они летом, всем классом, к «Петропавловке», белые ночи провожать. И там произошло происшествие. К Наде, и к ее подруге Ритке, пристали какие-то пацаны. Сумочку отняли. И Ритке, плащ, бритвой опасной, ради куража разрезали. Мальчишки, одноклассники испугались шпану. А что ж? На нож не каждый пойдет. Или на бритву опасную.
  А те увидели, что мальчишки пасуют, еще больше изгаляться стали.
   Ну тут Сашка и вспомнил, как дядька Юра, папин брат младший, напьется, и если какие-то проблемы с кем-то возникали, рвал тельняшку на груди, громко крича.
    — На кого прёте? Я с Пороховых.
  И во многих случаях это срабатывало. Ржевка-Пороховые в свое время гремел по Ленинграду как не очень законопослушный район. И связываться с жителями его, многие не очень и хотели.
  Рвать рубаху Сашка на себе не стал конечно. Жалко. А вот в лоб он заехал самому беспокойному, именно со словами.
    — На кого прете? Я с Пороховых!
    Вырубив лидера, с остальными было уже проще «договорится». Да и одноклассники подтянулись.  Вот с этого дня и сложилась у Сашки дружба с Надей. Когда он уходил в армию, то точно знал, что Надежда и он будут муж и жена. Но пришла подлая война. И разрушила все планы.
   Ленинград был год в Блокаде. А Сашка служил уже на Северном флоте, когда он случайно встретил одноклассника, Герку Гайсина. Который тоже воевал в Заполярье. Ну а тот и рассказал ему страшную правду.
  Надежду и ее маму эвакуировали на Большую землю, еще в до блокадную, массовую эвакуацию. На поезде. С Московского вокзала. В дороге произошел налет немецкой авиации. И в вагон, в котором ехала Надя, попала бомба.
  Свет померк в глазах у Сашки. И что-то сломалось в характере. Как будто он стал презирать смерть. И через это стал совершать много ошибок. Не как опытный боец, а как первогодок. Безбашенный одно слово.
  Когда он зашел в дом, где жила Илта и мальчишка Арво, то посмотрев на девушку, он как бы увидел Надежду. Илта чем-то была очень похоже на нее. И у Сашки как-то непонятно защемило сердце. как будто он увидел что то очень родное. Далекое. Которое нельзя позабыть.
  Прощание с Илтой было тяжелым. Но поступить иначе он не мог. Сука-война.
Сашка не пошел сразу же к линии фронта, а залез на сопку, с которой они с Аманжолом наблюдали за селением, спрятался за камень, и смотрел на дом Илты, сильно переживая в душе. И борясь с собой. Не позволяя себе смалодушничать и спуститься вниз.
  Вот так в раздумьях и прошла белая Заполярная ночь. Предвестница приближающегося полярного дня.
  А утром раздалась громкая, пулеметная очередь, именно по тому месту где лежал спрятавшийся за камень морпех.
   Сашка ждал еще выстрелов, но их не было. Где вдалеке раздавались звуки моторов, и больше ничего.
  Минуты через три, чутко прислушиваясь ко всем звукам, морпех осторожно стал высовывать голову из-за камня. Чтобы осмотреться. И увидел тех кто нарушил тишину, тех, кто стрелял из пулемета по сопке.
   Со стороны специального лагеря, по каменистой дороге, по направлению к месту где расположился морпех, на небольшой скорости, двигался полугусеничный бронетранспортер Hanomag SD. KFZ 251 с сидящими в десантном отделении десятью пехотинцами, в камуфляжной форме, с автоматами МП- 40 в руках.
  За бронетранспортером ехал еще грузовой автомобиль Оpel blitz 1940, с солдатами, расположившимися в кузове на скамейках.
   — «Не по мою ли душу?» — Сашка сглотнул слюну, и оглянулся назад, прикидывая пути отхода. — «Многовато будет! На одного то!» — Он зло сжал кулак, до боли в костяшках.  — «Сволочи. Но принимать бой глупо. Ненужное геройство. Значит надо уходить. Пока не оцепили сопку» — и морпех стал аккуратно отползать от камня.
  Но отступая он вдруг услышал, как вдалеке, один за одним стали глохнуть двигатели транспорта, судя по всему, еще не доехав до подножия сопки.
    — «Интересно!» — подумал морпех, и осторожно, ползком, вернулся к камню. Опасливо выглянув из-за него вниз, на дорогу.
  Транспорт, остановился напротив дома, из которого совсем недавно ушел морпех. И наступила какая-то непонятная тишина не предвещавшая ничего хорошего.
    Из бронетранспортера вылез офицер в черной форме, и закурив сигарету стал молча созерцать, то на сопку, то на дом. Жильцы которого, наверное, были разбужены пулеметной очередью, впрочем, как и все жители поселка.
 Докурив, он бросил окурок на землю и поднял вверх руку, приказывая своим подчиненным, быть готовыми, выполнить любую команду, отданную им. Какая бы безумная, она, эта команда, не была.
  — Ауф дер эрде! (На землю!) — крикнул он, и