Крах операции Асгард. Военные приключения.

дих ин ди Экке дес Швайнс. (встаньте в угол свиньи). — сильно толкнув капрала по направлению к углу комнаты. И после этого развернулся к ничего не понимающему Микка Хейкелля. — Ферстест ду дас нихт?(разве ты этого не понимаешь?).
   — «Партизаны!» — мелькнула первая мысль в голове чухонца. —«Это не немцы. Это лазутчики. Прикидываются союзниками.» — лихорадочно подумал он. Но ровным счетом не знал, что ему делать в этой ситуации. Верный автомат «Суоми», лежал на топчане, буквально в зоне досягаемости, надо было только успеть схватить его. Немец как будто прочитал его мысли, и бросив цепкий взгляд на топчан, рассмеялся, и сильно, кулаком, толкнул Хейкелля в грудь.
— Ду браукст кайне ваффен мер. (вам больше не нужно оружие) — громко проговорил он.
 Чухонец сбитый с ног, упал прямо на пол больно ударившись спиной, и со стоном встал на колени, думая что же делать дальше. Немец отошел чуть в сторону. К столу. И автоматом сбил все что стояло на нем, на пол. Стаканы, пузатый чайник, и тонкую пачку галет.
 — Краус! Варум дас аллес? (Краус! Зачем все это? — подал голос второй пришедший фашист. И пристально посмотрел на товарища. — Вир зухен нах Штольц. Унд вир рихтен нихт унзере Орднунг ауф. (Мы же ищем Штольца. А не наводим свои порядки.) — и кивнул головой на выход. — Фраг, во дас Хауптквартир ист. Унд ласс унс фон хир фершвинден. (спроси где находится штаб и давай уйдем отсюда.)
  — Их хабе мит дизен Швайнен Витце гемахт. Ласс зи эс виссен. Вер ист дер Безитцер?( Я шутил с этими свиньями. Чтобы они знали кто их хозяин.) — и фриц которого соратник назвал Краусом, плюнул в сторону стоящего на коленях Микка Хейкелля. — Во ист дас Хауптквартир?(где штаб?). Но финн ничего не понял, и нагнув голову к полу протяжно застонал, приговаривая.
   — Как мы влипли! Кейва Мяккинен! Это партизаны! Нас убьют! — но ответа от товарища не получил. Когда Хейкелля поднял голову, то увидел, что тот неизвестный в камуфляжной форме, который больше всех издевался над ним, отошел на два шага, и перестал на него обращать внимания.
  Надо было что-то делать чтобы спасти свою жизнь. Последних слов неизвестного, обращенные к нему он тоже не понял, да и не нужно это было уже ему.
  — Окай, Фройнде! Вир верден аллес фергессен. Их хабе Витце гемахт. (Ладно друзья. Позабудем все. Я пошутил.) — улыбнулся и проговорил немец, стоящий к нему спиной, последние в своей жизни слова. И тут же упал, сраженный очередью из автомата, который схватил с топчана, стоящий на коленях Хейкелля.
  — Нихт шисен! (не стреляйте!) — заорал второй немец, и выставил ладони вперед, словно защищая себя. — Нихт шисен! — но было уже поздно. Вторая очередь положила его рядом с первым диверсантом.
   Капрал Кейва Мяккинен вышел из своего угла, и посмотрел в сторону товарища. — Что ты наделал, Микка Хейкелля? А если это не партизаны? — и опустившись на колени, разорвал ворот камуфляжа сначала на одном, а потом на втором лежащем убитом. — Ну правильно. — он кивнул головой. — Это немцы. — и показал Хейкелля два жетона, снятых с шеи убитых. — Это эсэсовцы. Только непонятно что они делают здесь. И почему они так себя вели.
  — Зачем он меня ударил? — плаксиво, схватившись за голову проговорил его товарищ. — З-а-а-чем он меня ударил?! — рвя на себе гимнастерку заорал он. — Зачем?! Если он наши союзники?! Им никто не давал право издеваться над нами! — и глянув на капрала тяжело вздохнул. — Нас расстреляют? — и опять во все горло. — Да! Нас расстреляют! — и заплакал.
  — Не вой! Ты же храбрый сын Суоми! — Кейва Мяккинен поднялся с колен, и осмотрел дом. — Открывай подвал. Скинем их туда. Как будто никого не было.
  — А дальше что? — убитым голосом проговорил Хейкелля. — Их найдут. Если они сюда пришли, значит кому-то об этом известно. — и опять схватился за голову. — О-о-о! Нас расстреляют.
  — Я тебе сказал. — твердым голосом проговорил капрал. — Скинь их в подвал. И собирайся. Мы уходим.
  — Куда? — удивленно спросил товарищ. — Куда мы уходим?
  — Туда! — махнул головой Мяккинен. — К русским. Пришло время Микка Хейкелля, заканчивать нашу войну. И в этом нам помогли они. — и он кивнул головой на пол, где лежали два расстреляных диверсанта из спецподразделения «Саламандра». — Возьми. Там в углу канистра с бензином. Все облей и подожги. Пусть все подумают, что мы перепились «древесного» спирта, и сгорели. Будет фора во времени.
   Через полчаса из военной комендатуры поселения, увидели, горящий дом, в котором находился финский караульный пост.
  Когда огонь потушили, на пожарище, в подвале, обнаружили двух расстрелянных немцев. А караульные Микка Хейкелля и Кейва Мяккинен бесследно исчезли, вместе с оружием.
   
***

   
             Разведчик Сашка Кирьяков, закрыв глаза, стоял на берегу озера, и вдыхал полной грудью неповторимый аромат воздуха, исходивший от зеркальной глади воды и никак не мог этим ароматом насладиться. Было такое ощущение что он попал в сказку. Не свистели пули, не взрывались снаряды. Была только тишина, разбавленная запахом травы, сосны, и озера, и лишь висевший автомат на плече, возвращал его в суровую действительность, которая окружала его на протяжении, долгих, последних лет.
  Уходить отсюда не хотелось. Было желание задержать свой первый шаг в дорогу. Ну хоть на секунду! Хоть на миг! Не покидать это волшебное место, отключившее его сознание. Растворится в нем! Стать одним целым! Но…
  — Пойдем Аманжол! — Сашка тряхнул головой, словно избавляясь от каких-то тяжелых мыслей. — Веди. Где этот поселок?
 Казах словно почувствовал какие эмоции сейчас испытывает его друг, и положил руку на плечо морпеха. — Энем! Мы идем вперед! Отбрось все думы!
 — Да отбросил уже! — Сашка поправил автомат, и повел плечами. — Просто иногда не могу понять. И чего человеку не хватает? Живи себе. Радуйся жизни. Не-е-ет! Надо войну затеять. Ладно. Хватит о высоких материях. Пошли к поселку.
  Обойдя озеро, разведчики, стали подниматься на сопку, с которой, по словам Аманжола, внизу, в низине, будет видно селение.
  Достигнув вершины, и пройдя метров сто, подойдя к месту где начинался спуск вниз, их глазам открылся небольшой поселок. Дворов на сто.
  — Аман! — морпех внимательно стал смотреть на открывшуюся панораму. — Что-то никого не видно. Как будто вымерло все. Может здесь и нет никого. Немцы кажется выселяли всех отсюда.
  — Да нет Саша! Я когда сюда дошел, видел, ходили люди. Местные. — И Аманжол прилег на траву. — Ты тоже ляг. — ударил он Сашку по ноге рукой. — Издалека видно очень хорошо кто на сопке стоит.
  Морпех прилег на живот, рядом с напарником, и молча продолжил наблюдать. Может все-таки кто появится внизу. Или местные. Или фрицы. А может финны. В общем пока не наступит ясность, кто на данный момент находится в селении, идти туда было опасно, а рисковать просто так, не было никакого желания.
  — Аманжол! Смотри! — Сашка толкнул напарника, и рукой указал на дом. — Баба какая-то вышла! — и правда. Из дома стоящего на краю селения, вышла девушка, в накинутом на плечи полушубком, с железным ведром в руке.
 Выплеснув на землю содержимое ведра, она посмотрела на сопку, как показалось морпеху именно на то место где они с напарником лежали, и что то крикнув, зашла обратно в дом.
   — Аман! — Сашка с недоумением посмотрел на казаха. — Она чего, нас увидела? Во дела.
   — Да никто тебя не увидел Саша! — улыбнулся Аманжон. — Мнительный ты стал. Все в порядке. Это она не тебе орала. А пацану.
  — Какому пацану? — удивленно спросил морпех.
  — Да вон бежит. — Аман кивнул головой. И Сашка увидел как к дому, из кустов у подножия сопки, бежит невысокий пацан. Лет двенадцати. — Мать видно домой позвала.
  Сашка проводил взглядом мальчишку, пока тот не скрылся за дверью дома, и повернул голову к Аманжолу. — Вот туда я Аман и пойду. Похоже фрицев нет в селении.
  — Иди Саша. Только аккуратно. — напарник кивнул головой. — Вещмешок оставь. Если что, открывай огонь. А в общем что я тебя учу. Сам знаешь.
  Морпех скинул с плеч «сидор», и зорко поглядывая по сторонам, стал тихо спускаться с сопки. По направлению к крайнему дому, откуда недавно вышла девушка и позвала пацана.
  Подойдя к двери дома, Сашка остановился и прислушался. В доме было тихо.
Морпех сжал автомат в руках, положил палец на спусковой крючок и с силой толкнув дверь, влетел в помещение. Будучи готовым сразу же открыть огонь, в случае непредвиденных обстоятельств, угрожающих его жизни.
  Его взгляду открылась мирная картина. За столом, по всему видимому, в кухне, сидело два человека. Девушка лет двадцати, и пацан. Они обедали.
  Запах в кухне стоял такой ароматный, от чего-то недавно сваренного, что у Сашки аж закружилась голова, и он чуть не упал. А хозяйка с пацаном, даже не пошевелились и не подали голоса, увидев на пороге человека с автоматом, одетым в форму, ну никак не похожую на ту, которую носят военные из местных, находящихся здесь, армейских частей.
  Морпех глубоко вздохнул и посмотрел на хозяйку.
  — Немцы в поселке есть?
  Девушка спокойно встала из-за стола, и рукой, взъерошив, сидящему на табуретке пацану волосы, ответила, глядя морпеху в глаза.
   — Немцев нет. Финны стояли. Но рано утром все собрались и куда-то быстро уехали. Сейчас в поселении военных нет.
  Сашка нагруженный эмоциями, даже не обратил внимания на необычный факт. Что он задал вопрос по-русски и хозяйка, также по-русски, ему и ответила.
  — Собери что-нибудь пожрать. — морпех решил не играть в интеллигентность, а сразу же взять быка за рога. — Да побыстрей милая. Уходить надо.
 — Какой ты скорый! — Девушка сложила руки на груди, давая понять что она ничего и не кого не боится. — А ты не спросил у меня, есть ли у меня какие запасы?
 И тут морпех вернулся в реальность, и вспомнил. что он находится в тылу немцев. На территории враждебного государства Финляндия. И русских здесь не должно быть. Они все были депортированы финнами. Или немцами. А те кто остался жить на этих землях, были карелами. Или какими-то народностями, близкими к финнам. Саамами или вепсами. Но не русскими.
 Хозяйка повернулась к нему спиной, и прошла к столу.
  — Садись за стол. И поешь с нами. — Но Сашка остался стоять на месте. — Чего стесняешься. — девушка указала рукой на лавку, стоящую с другой стороны стола. — Садись, садись.
  — Да нет. — морпех даже как-то растерялся. — Времени нет. Вы уж соберите чего-нибудь. Если есть. — и опустил автомат. — Немного. Перекусить. Да дальше идти надо.
 — Менен улос (пойду на улицу) — вдруг проговорил пацан и посмотрев на морпеха, поднялся из-за стола. Сашка насторожился, и опять поднял автомат.    Хозяйка это увидела, и улыбнувшись сказала мальчишке. — Пуху веняйя Арво (говори по русски Арво). Хян эй иммярря мейтя я пелькя петтямистя. (он нас не понимает и боится предательства.)
  — Хорошо Илта! — кивнул головой пацан и повторил, но уже на понятном разведчику языке. — Пойду на улицу.
  — Иди Арво! — хозяйка дома, обошла стоящего у входа Сашку, и посмотрела на улицу. — Если увидишь кого-нибудь. Ну дядю Валто например. Ты сразу же приди и скажи. Хорошо?
 — Да Илта. — ответил пацан и вышел из дома. Сашка и хозяйка дома остались одни.
  — Ну что сядешь за стол? — Илта сняла с головы платок, и распустила