очень понравились. Некоторые из них я даже перечитывал.
— А знаешь, почему они тебе понравились? Хью знал главное! Он знал, что такое любовь. Он любил тебя, Рамиру, он любил нас, своих друзей. Но больше всего на свете он любил океан, — капитан, грустно улыбаясь, посмотрел на воду. — Он его любил больше жизни.
— Да, я знаю. Он мне много о нём рассказывал.
— Многие думают, что океан — это лишь огромная бездушная пустыня из воды. Но это не так. Океан — это думающее, мудрое, очень эмоциональное, живое существо.
— Живой океан, — повторил задумчиво Сэм.
— Красиво сказано, капитан!
— А как ты думаешь, сколько ему лет?
— Думаю, он очень старый.
На палубе раздался громкий смех.
— Океану миллиарды лет, но он при этом моложе нас. Время старит только человека.
— Почему?
— Слишком много мы делаем глупостей.
— А как же животные? Они ведь живут по велению сердца, а всё равно стареют и умирают.
Капитан Дюк резко повернулся и, прищурившись, посмотрел на Сэма.
— А ты не так глуп. — Капитан открепил от своего широкого кожаного пояса мятую фляжку, сделал из неё два больших глотка, закурил трубку и, выпустив густую струю дыма, продолжил: — Хочешь, я расскажу тебе древнюю легенду об этих местах? Мне её когда то поведал мой отец.
— Конечно, хочу! Вы прекрасный рассказчик, капитан. — Сэм поджал под себя ноги и замер, не сводя глаз с капитана.
— В очень древние времена, когда земля была сплошь покрыта одной лишь водой, существовало два огромных острова. Они были настолько большими, что больше напоминали материки. Назывались они Атлантида и Гиперборея и находились на южном и северном полюсах.
— И там кто то жил?
— Конечно! На Северном полюсе, в Арктике, находилась Гиперборея. Там жили гиперборейцы, но о них нам почти ничего не известно, кроме того, что они были прародителями ариев и славян. А вот про Южный полюс, Антарктиду, известно побольше: именно там находилась легендарная Атлантида, где жили атланты — полулюди полубоги. Они были очень высокие, красивые, умные и занимались разными науками…
— Капитан, и ты веришь в эти сказки? — раздался снизу грубый голос Барни. — Первый признак приближающейся старости — это вера!
— Дюк, ты там с ромом то поаккуратнее, а то сам сейчас в чудище превратишься! — прокричал Арчи, и все рыбаки громко засмеялись.
— Капитан, прошу вас, продолжайте, — послышался молящий голос Сэма.
— Они умели всё. Атланты общались, не открывая рта — мысленно. Умели мгновенно перемещаться на любые расстояния и даже… — Капитан замолчал и задумчиво посмотрел на небо.
— Что — даже? — напряжённо спросил Сэм.
— И даже летали туда, — Дюк кивнул в сторону неба.
— Ну всё, готов наш капитан! — прорычал Барни.
Капитан, продолжая стоять за штурвалом, курил и внимательно всматривался в спокойную поверхность океана. Сэм застыл, о чём то думая.
Первый нарушил молчание Арчи, который всё это время сидел на носу шхуны, ремонтируя рыболовную сеть. Он отложил её в сторону, закурил и, посмотрев на Сэма, крикнул:
— Сэм!
Парень дёрнулся от неожиданности.
— А ты видел когда нибудь живых акул?
— Нет, я впервые в океане, но от отца я много о них слышал.
— Слышал, — передразнил Арчи Сэма. — А я имел удовольствие с ними пообщаться, находясь в воде.
— С акулами? — переспросил удивлённый Сэм.
— Арчи, расскажи ему свою душещипательную историю. Пусть он знает, с кем идёт на кита, — тихо сказал Чарли.
— Это было десять лет назад. Шли уже пятые сутки, — сказал Арчи и как то загадочно всех осмотрел. — А кита всё не было. Наш капитан очень переживал по этому поводу. Он сидел на корме, никого не подпуская к себе, постоянно пил и угрюмо всматривался в океан. Мы все собрались на палубе и молча ждали… — Арчи задумался и закурил; его взгляд застыл. — Чего мы тогда ждали, никто из нас не понимал. Но никому не хотелось ни говорить, ни двигаться — мы все были в каком то оцепенении. — Арчи замолчал, медленно встал и посмотрел на океан. — Точнее сказать, нас всех сковал какой то неведомый животный страх: сердце почти остановилось, дыхание замедлилось. И тут я заметил, что нет ветра, а в океане такого не бывает. И тут… На чистом небе, из ниоткуда, появилась какая то очень странная дымка.
— Дымка? — переспросил Дюк. — И что в ней было странного?
— Цвет, — ответил Арчи и посмотрел на капитана. — Она была оранжево грязного цвета и блестела, будто мокрая. Но самое удивительное было то, что она стремительно двигалась, несмотря на полное безветрие. Я забыл про всё и всех и лишь наблюдал за ней, рассматривая причудливые узоры, которые она мне рисовала. А затем… — Арчи достал из своего кармана фляжку, дрожащей рукой поднёс её ко рту и сделал большой глоток. — Нас завертело, да так сильно, что всё вокруг слилось. Я уже не чувствовал под ногами палубы, меня сильно мутило. — Арчи резко замолчал, вздохнул и резко сел.
— Что было дальше? — спросил обеспокоенный Дюк.
— А дальше какая то неведомая сила потянула меня вниз. Очнулся я уже в воде — ни корабля, ни команды, всё утонуло. Надо мной вновь было чистое небо, яркое солнце и солёный ветер.
— Арчи, а почему ты раньше мне про это не рассказывал?
— Так к тебе, капитан, на берегу не подступиться: ты то пьяный, то злой с похмелья.
— Интересная история, только причём тут акулы? — язвительно спросил Барни.
— А вот причём, — Арчи посмотрел на Барни. — Я стал вертеться в воде, осматриваться и заметил шлюпку — она плавала метрах в ста от меня. Я очень обрадовался и быстро поплыл к ней. И всё бы ничего, если бы не три треугольных чёрных плавника, которые, рассекая воду, быстро плыли в мою сторону. Я ускорился — плавники на какое то время исчезли, но буквально через несколько секунд вновь появились. И тогда я понял, что окружён, да и было их уже пять. Они находились всего в нескольких метрах от меня. — Арчи замолчал и задумчиво посмотрел на небо. — Я до сих пор не понимаю, что это было, точнее — кто…
— Ты о чём? — переспросил Дюк.
— Плавники медленно стали кружить вокруг меня, сужая радиус и приближаясь. Один плавник пропал — и я тут же почувствовал большое упругое тело, слегка коснувшееся моего левого бока. Затем пропал ещё один плавник — почти сразу же моя правая нога встала на что то твёрдое, и я стремительно стал подниматься вверх. Я выскочил из воды, как пробка, подлетел метра на три, перевернулся в воздухе и головой вниз ушёл под воду.
Они играли со мной, вызывали меня на бой — хищникам не интересны пассивные жертвы. Под водой я открыл глаза: вокруг меня беспорядочно кружило пять огромных белых акул. Они были повсюду и не давали мне вынырнуть. Я с детства ныряю и могу находиться под водой до пяти минут, но не с акулами. У меня сильно кружилась голова, но вот что странно — мне было совершенно не страшно.
— Так а чего бояться? — съязвил Барни и грубо засмеялся.
— На тёмном фоне их белые тела выглядели особенно зловеще. Вдруг вдалеке что то блеснуло — да так ярко, что я почти ослеп. Океаническая темнота превратилась в золотое сияние, будто в воду скинули миллионы золотых слитков. И в эту же секунду акулы ускорились, как будто бы сильно занервничали. Дальше… — Арчи опять замолчал; по его лбу бежали капли пота.
— Так что было дальше? Арчи, попытайся всё вспомнить, это очень важно, — почти умоляюще попросил его капитан Дюк.
— Капитан, я всё помню, но я не знаю, как это описать. — Арчи замолчал и попытался вновь отхлебнуть из фляжки, но руки его не слушались. Тогда он посмотрел на капитана и продолжил: — Это были рыбы, их было много — очень много: десятки, а может, и сотни. Внешне они очень напоминали дельфинов, но было в их внешности одно «но»…
— Что за «но»? — Капитан, забыв про штурвал, прислонился к ограждению и внимательно смотрел на Арчи.
— Они были из золота — ну или золотые. Прежде я ничего подобного не видел и даже не слышал про такое — золотые дельфины. Двигались они быстро, но при этом как то очень грациозно, завораживающе. Они напали на моих акул, насквозь пробивая своими острыми, как ножи, носами их животы. Затем один из них подплыл ко мне — прямо к моему лицу, — и наши глаза встретились. В них я увидел своё отражение. Он на несколько секунд замер, а затем сказал: "Живи!..."
— Кто сказал? Дельфин? — спросил Барни своим хриплым голосом и сел, с интересом рассматривая Арчи.
— Да, дельфин. Он говорил со мной мысленно, и было полное ощущение, что он мне улыбается.
— А дальше? — с напряжением в голосе спросил капитан Дюк.
— А дальше я очнулся в шлюпке.
— Как вы там оказались? — спросил Сэм, который от услышанного сполз на ступеньки.
— Не знаю. После разговора с дельфином ничего не помню, но это и не удивительно — не каждый день говоришь с рыбами.
— А это и не рыбы, — тихо сказал капитан Дюк.
— Возможно. Постепенно я пришёл в себя, встал и увидел жуткую картину: по поверхности океана плавали все пять акул. Их тела были все в дырках, из которых сочилась кровь, отчего вода стала тёмно красного цвета. — Арчи вновь встал и посмотрел на воду. — Через несколько часов меня подобрали рыбаки — целого и невредимого — и доставили домой. Про эту историю я почти никому не рассказывал, не мог.
— И правильно. Тебе бы всё равно никто не поверил, — сказал капитан и снова встал за штурвал.
— А ты говоришь, мне папа рассказывал, — опять передразнил Арчи Сэма и улыбнулся ему.
— Где с тобой всё это случилось? — спросил Чарли.
— Да это всё наша злосчастная Яма.
— Яма? — переспросил Сэм.
— Это самое глубокое место прибрежных вод. Ходят слухи, что там и вовсе дна нет, — ответил Сэму капитан Дюк.
— Ну а ты, Чарли, поведай нам про своих девчонок. Лично я ничего подобного в своей жизни даже не слышал — разве что в сказках или в легендах, — произнёс окрепшим голосом Арчи и по дружески стукнул в плечо сидевшего рядом с ним друга.
— Девчонок… — Взгляд Чарли застыл, лицо стало похоже на восковую маску, а лоб покрылся испариной, на нём появились голубоватые вены. — До сих пор при воспоминании бросает в дрожь! — продолжил Чарли. — Капитан, неужели они действительно существуют?
— Вне всякого сомнения, — довольно крякнул капитан и выпустил очередную струю дыма.
— Кто они? — спросил Сэм.
— Он сейчас тебе всё расскажет, — Дюк, улыбаясь, посмотрел на Сэма. — Ты орать то ночью не будешь? А то сейчас наслушаешься всякого. У нас здесь места то не простые… Я бы сказал — загадочные, таинственные, сказочные. — Капитан отвернулся от Сэма и стал любоваться океаном, будто он был его личной собственностью.
Чарли встал на ноги, подошёл к старому пиратскому сундуку, достал оттуда бутылку рома и сделал большой глоток.
— Мы сегодня пить рано начали.
— Так завтра уже будет не до этого, — как то загадочно сказал капитан Дюк. — Барни, ты бы лучше рассказал Сэму свою историю — и мы её с огромным удовольствием заново послушаем.
— Так на рыбалке про баб нельзя, — прохрипел Барни.
— Про таких можно, — рыбаки громко засмеялись.
— Это случилось семь лет назад, — тихо произнёс Барни, и все сразу же замолчали. — Тот год был особенно жарким и засушливым, и кит ушёл. Куда он делся? Его просто не стало. Весь урожай засох, и у нас начался голод. Тогда то и решили плыть на материк за едой.
— Помню этот ужас. Некоторые семьи даже собак своих съели, — сказал Барни не своим голосом и тут же замолчал.
— Мы
