-Лиза мы ещё тебе надоедим, связь восстановлена, просто нам с Александром хочется; поболтать, излить друг-другу душу, да и не по форме одет я сегодня. Всё у нас ещё будет!
- Ну что, пошли ко мне, уже тут недалеко. В автобусе ехать,- нас могут попросить выйти, попахивают, наши продукты, в тепле ароматизируют,- вот.
Люблю я, Николая Васильевича Гоголя, его «Невский проспект», поэтому опущусь на колено, не пытаясь даже подражать Великому гению, в описании проспекта, - просто мы шли по центральной улице современного города. Расскажу и познакомлю вас, в двух словах, с Валерием Петровичем Шмальцем:
***
« Родился Валерий Петрович Шмальц в год, когда Юрий Гагарин сказал, «Поехали», и пронесся над землей! Мы первые были в космосе. И у боевого генерала, Героя Советского Союза, единственная дочь Лена, в шестнадцатилетнем возрасте, родила мальчика. Не доглядел боевой генерал за женскими позициями, в десятом классе дочь родила от одноклассника - немца. Генерал с женой своей боевой подругой посовещались, кое с кем - сказали:
- Рожай дочка, после первого аборта детей может и не быть.
И вот, наполнилась четырехкомнатная квартира генерала детским беспокойством, переходящим на визг голосистого мальчугана. Бабушка,- жена генерала, вызвалась выписать свидетельство о рождении внука, там, в загсе у нее работала подруга…. Дома все решили назвать младенца Юра. Бабушка, приехав к подруге однополчанке, еще помнила об этом, но наверно боевая контузия или воспоминание о прошлом, ей подсказали: -Валера - Валера Чкалов, любимиц всех женщин и тоже первый. Молодые, конечно, обиделись, но генерал сказал свое веское слово:
- Этих Юриков, скоро будут полные песочницы, а вот нашего Валерку не перепутаешь. И был прав,- вот что такое генерал.
Молодые жили, конечно, у генерала, места хватало всем, они поступали каждый год в ВУЗ, но все проваливали экзамены. Молодые просто сидели у родителей на шее. Генерал преподавал в высшем военном училище связи, жена работала врачом. Дед так привязался к внуку, души в нем не чаял. « Ну и что немецкая кровь с русской смешалась. Мы всем рады, кто с флагом к нам. У Пушкина тоже эфиопская кровь была намешена,- он гений», - осаживал, он людей мило злорадствующих.
Отец и мать Валерки прожили в браке три года, в один из летних дней, они заявили старикам, что разводятся. Страсти безрассудной молодости улеглись, они поняли, что разные люди. Бывший муж Валеркин папа, обещал платить сыну на содержание причитающуюся сумму с зарплаты киномеханика, и он даже платил полгода, но больше его присутствие в жизни Валерки было утеряно и скрыто водою времени – навсегда.
Боевой генерал махнул рукой и отдал приказ бабке,- своей жене:
- Дуся моя душенька, помирать нам теперь никак нельзя, надо внука поставить на ноги, воспитать и с Богом отправить в большую жизнь. И правда, уже немолодые люди взялись за себя, бросили оба курить. Как им не было трудно, с молодости, с войны они курильщики были со стажем.
Они победили этот недуг. Так же завели личный прибор для измерения давления, и два раза в день, утром и вечером жена генерала измеряла давление, себе и мужу, вела записи в тетрадку.
А Валерий рос смышлёным и веселым мальчуганом. Он радовал деда своей ранней сообразительностью, кучею вопросов «а это что?», «а это как называется?» Седой генерал был на подъеме духа, ему казалась, Валера его сын, а на жену смотрел с умилением, как будто они встретились, как первый раз - на Ханхинголе.
В первый класс Валеру отвели за руку дедушка и бабушка. Они оба надели свои награды: ордена и медали. Звезда Героя Советского Союза сияла от лучей сентябрьского солнца, лампасы генеральские были видны далеко.
Переживал генерал и за дочь, гнал от себя черные мысли, но дочь не приехала, чтобы проводить сына в первый раз в школу. Замужем она была уже четвертый раз и с новым мужем жила на другом конце города.
- Не приехала, - сказал генерал грустно жене. Бабушка зло ответила:
- Мужики ей дороже дитя, не хочу даже о ней думать отец, лучше бы уехала куда-нибудь, одни женихи на уме, да наряды….
Шло время, родители прощали дочери многое, главное, что мальчик не видел этих папаш. Генерал же сказал дочери:
- Пока пять лет не проживешь с человеком, мне на глаза не появляйся и Валеру не травмируй.
Валера рос без особых трудностей. К восьмому классу он перечитал всю довольно большую библиотеку деда, даже прочел «Один день Ивана Денисовича» Солженицына, да только мало что в ней понял…. Он любил Джека Лондона, Дюма и Оливера Твиста, к чтению его пристрастил дед. Десятый класс он закончил отлично, не потянул на золотую медаль, так как было в аттестате две четверки. Поступил в институт политехнический, на факультет «Металлургия». На третьем курсе, когда он пришел на наш Машиностроительный завод на технологическую практику, мы с ним и познакомились. Два студента, он и я, с разных вузов работали пневматическими машинками, зачищая изготовленные детали: от заусенцев, газовых раковин и трещин. Наша бригада ударная: бригадира Хрусталёва, Крановый-2 была нам, как наша семья. Любой из бригады опытный рабочий легко и доступно мог объяснить студенту процесс производства, всё, что было связано с нашей работой. И были еще «перекуры», где нас студентов, рабочие с бригадиром, подкармливали солёным салом и крепким душистым чаем, чтоб мы не упали от тяжести шлифовальных машинок. Конечно, первая заработная плата оттягивала наш карман, достойная и так нужная студенту».
***
- Вот мы и пришли. – Сказал Валерий Петрович.
Шестнадцати этажный дом, на торце которого из баннеров, то ли в шутку, или к слезе, на нас смотрел, отдавая честь, В.И. Ленин. Надпись под ним гласила: «Ну как вам живется товарищи при капитализме?». Валерий Петрович посмотрел на меня и добавил:
- Кому война, кому мать родна, - смелые у нас ребятишки. В девяносто первом надо было смелость свою показывать, а то, как я дурак на танки вождей подсаживал, гласности требовал, а они с другого боку зашли….
– Вот нам в подвал, там я Александр теперь квартирую, у рамки ввода. Да хорошо, что одноклассник директор управляющей компании этого ЖЭКа, Славка Мудрецов, пустил меня жить в подвал и документ выписал, как будто я сторож. Предлагают, дом престарелых ветеранов, да куда мне… Я курю, выпиваю иногда, а им всю пенсию отдай, да ещё неизвестно чем потчевать будут. Найду мою, подружку жизни, не принимают, вези, усыпляй, а мы с ней двенадцатый год вместе.
По бетонным ступенькам, мы спустились к железной двери, где висел большой навесной замок. Валерий Петрович достал из кармана ключ, открыл замок.
- Проходи, прямо и направо, а я закрою дверь на крючок. Найда, - позвал, он свою собачку, - ты чего застеснялась, это друг мой.
Тускло где-то в проеме дверей горел свет, мы прошли в это помещение, которое предназначалось для технических нужд. Отгороженная комнатка, простым в один ряд кирпичом, где размещались приборы: задвижки, краны, градусники. Было в этом помещении жарко и пахло плесенью. Из мебели был один видавший жизнь диван, стол - времен Петра Великого, и два сваренных между собой железных стула.
- Вот здесь я уже третий год, с собакой моей Найдой и квартирую. Как сторож и смотритель домового оборудования, - воруют черти у нас при любой власти….
- Стулья железные, зачем сварили вместе? – спросил я.
- Да по одному украдут, а двое стульев сваренных в дверь не протащат, да и тяжеловато. – Ответил он. - Житейские премудрости!
Я стал осматриваться. Спартанская обстановка: диван, где он спит без простыней и подушек, дубовый когда-то обитый сукном стол, Найда сразу заскочила на диван и свернулась колечком, на меня уже смотрела она дружелюбно, своими черными, как чернослив глазами.
- Спим мы вместе, Найда у меня в ногах, как щеночкам подобрал, так мы с ней одно ложе делим. Сколько раз мы терпели от жизни невзгоды, холод, нужду везде вдвоем, согреваем друг друга.
Я посмотрел на Валерия Петровича, и подумал «счастлив, он и любит свою собаку». И всё из его рассказа было внятно и понятно.
- Ты посиди Александр, а я пойду, выложу продукты в свой холодильник, он у меня подальше отсюда стоит. Он вышел с рюкзаком, Найда метнулась за ним.
***
« Валерка защитил диплом - отлично. Впереди у него лежали просторы, но когда, однажды подходя к своему дому, увидел машину «скорую», сердце ёкнуло…. Да дед его умер в постели. Ему было за восемьдесят. Стало деду, вдруг плохо. Бабушка вызвала «Скорую». Смерть не ждала, и деда не стало, врачи сообщили: «Мы уже тут бессильны, он умер».
Валерка плакал, и до сих пор в его душе просыпается нестерпимая боль, за самого близкого и любимого человека. Бабушка прожила всего полгода, после смерти мужа, все повторяла:
- Как же ты без меня Ванечка, зачем меня оставил на этом белом свете?
Валерка хоронил бабушку уже один. Дочь бабушки не появилась на похоронах, и никто не знал, где она. Мать появилась через полгода с новым мужем. Оправдываясь, что она не знала…. После, пила водку месяц с очередным мужем и, надумала, разделить четырехкомнатную на две полуторакомнатные квартиры.
Мать чужой человек для Валерки и он решил мысленно: «катись ты мама на все четыре стороны». И дедову квартиру разменяли на две.
[justify] Прошел траурный год. И однажды, когда Валерий приехал домой с работы, он обнаружил под своей дверью спящую мать. Она была вдрызг пьяна. Мать занёс в квартиру, привел в чувства: помыл, переодел в бабкины одежды, что
