В монгольской Гоби звезд видно гораздо больше, и звезды
немигающие, то есть как в Космосе!
Друзья!
Из Сети
"В Учении «Агни-Йога» (Живая Этика) есть некоторые представления о звёздах и их влиянии на человека.
Согласно этому Учению, звёзды влияют на человека. Пространство пронизано вибрациями звёздных лучей разного свойства. Микрокосм человека реагирует на них по созвучию, установленному в течение предшествующих долгих существований.
Сочетание звёздных лучей и углы их пересечения создают фокусы психо-магнитных условий, которые воздействуют на психику человека. В момент рождения человек принимает на себя отпечаток этих угловых взаимоотношений звёздных лучей, чтобы в течение всей земной жизни реагировать на эту комбинацию далёких воздействий.
Физический облик человека характеризуется влиянием той или иной звезды или знака. При этом звёзды побуждают, влияют, воздействуют, но не контролируют человеческие деяния, то есть вершителем судеб человека всё же остаётся его свободная воля.
В «Агни-Йоге» говорится, что человек, сознательно работающий над собой, способен преодолеть сложности своего гороскопа".
https://ya.ru/alice/?
...Други!
Алиса, конечно, кое-что знает о звёздах!Но очень мало и однобоко! Вот мы видим звезду физичекую(Солнце), а в "Письмах Махатм" его называют лишь... отражением Невидимого ДУХОВНОГО Солнца! У звёзд и планет есть свои могущесвенные Боги-Водители! Но и они-несовершенны и подлежат беспредельной эволюции во Вселенной!!
Посланцы Шамбалы Н.К.и Е.И.Рерихи имели связь с Её Владыкой, Космическим Иерархом М., давшим через Елену Ивановну Божественные книги "Агни-Йоги".
И наш великий учёный- фантаст Иван Ефремов их тайно изучал (в СССР тогда эти книги были запрещены-В.Н.), а потом написал свой шедевр "Туманность Андромеды".Этот чудесный "инопланетный" роман я читал ещё в школе, печатавшийся в 50-е годы в "Пионерской правде".
В.Н.
**********
1.«Он знал, почему
красота спасет мир».
Летчик-испытатель
рассказал о загадке
Ивана Ефремова
Мы продолжаем публикацию интервью, которое дал
ИА Красная Весна летчик-испытатель, член Союза
журналистов СССР и России, киносценарист, лауреат
международных премий Мстислав Листов о жизни и
творчестве писателя-фантаста, геолога и палеонтолога,
доктора биологических наук, профессора Ивана
Ефремова.
Мстислав Степанович дружил с членами семьи Ивана
Ефремова, знал многих выдающихся деятелей, ученых,
ставших прототипами романов писателя «Лезвие
бритвы», «Час быка» и «Туманность Андромеды».
Первая часть. Интервью
ИА Красная Весна: У Ефремова было
определенное представление о
коммунистическом будущем? Как он видел
общество будущего?
Мстислав Листов: Как мне кажется, он это
довольно ясно изложил в своих книгах, в
«Лезвии бритвы», если читать в строках и
между строк. У Ефремова там четыре
смысловых части, есть российская часть,
итальянская, африканская и индийская части.
Исключительно интересно место, где главный
герой ведет спор с индийскими йогами,
обсуждает основные положения
древнеиндийской философии. Одним из
консультантов книги была наша знаменитая
писатель и ученая-этнограф и индолог Наталья
Романовна Гусева, автор переводов многих
книг, она была одним из консультантов
«Лезвия бритвы», и в нашем фильме она также
говорит о Ефремове.
Это очень серьезный вопрос. Наши, как я их
называю «рерихнутые», часто приписывают
Ефремову, что он был поклонником агни-йоги,
что у него 86 выдержек, где он цитирует их. Я
имею доступ ко всем ефремовским материалам,
и то, что сейчас осталось, мы передадим туда,
где будет восстановлена его мемориальная
квартира-музей, мемориальный кабинет и
библиотека Ивана Ефремова. Там немало
документов, касающихся йоги, Рерихов (он
встречался с Ю. К. Рерихом), Блаватской,
Гурджиева, эзотерики. Он изучал это. Но
некоторые верхогляды утверждают, что он
увлекался Рерихом. Надо различать Рериха-
философа и его как художника, это не одно и
то же.
Когда я показывал свой фильм в крымском
Симферополе, ко мне подбежали сразу
несколько человек из общества Рериха и
просили продать им фильм, чтобы они его как
знамя понесли за Ефремова. Я сказал, что не
могу отдать фильм, поскольку должен его
показывать в Севастополе, и, как говорится,
давайте разойдемся красиво! И по сей день эта
тяга приписывать Ефремова к поклонникам
Агни-йоги и эзотерическим учениям крепка.
Вы спрашиваете, откуда у Ефремова сведения
относительно будущего. Он был человек
энциклопедической образованности. Все его
книги, начиная от первых повестей
«Путешествие Баурджеда», «На краю
Ойкумены» и заканчивая «Часом быка» —
описал историю на протяжении более 6000 лет.
Найдите еще такого писателя. Первые
редакторы Ефремова говорили мне: «Если до
Ефремова литература была человековедением,
то после Ефремова она становится
человечествоведением». Ведь Ефремов был
геологом и палеонтологом. А как палеонтолог
он стал создателем учения о формировании
геологической летописи — тафономии, за
которую профессор Ефремов И. А. получил
Сталинскую премию в 1952 году.
Известно, что знаменитый писатель Алексей
Толстой пригласил Ефремова к себе в
кремлевскую больницу, когда умирал от рака
легких, и спросил, как он стал писателем, как
успел выработать свой холодный и изящный
стиль. Ефремов ответил, что он как ученый,
геолог и палеонтолог, привык описывать всё,
что видят глаза, пейзажи местности перед
собой, пласты горных пород, стратиграфию
всех геологических построений, сказал, что он
«помнит любое дерево на любом повороте своих
многочисленных экспедиций».
Иван Антонович участвовал в 31 экспедиции,
26 из них он руководил, включая знаменитую
советско-монгольскую экспедицию в пустыню
Гоби в 1946–49 годах. Единственная
документальная книга, описывающая это, —
«Дорога ветров», которую я, перед тем как
снимать фильм, зачитал до дыр, насколько
точно он там всё описывает, что и как
происходило в экспедиции.
Первая геологическая экспедиция молодого Ивана Ефремова
Он отфильтровывал то, что отживет, с его
точки зрения, постепенно, — «бытовуху» так
называемую. Он считал, что человек создан для
научных исследований и путешествий. В
основном человек должен быть творцом, и
если даже не ученым, то тем не менее он
должен интересоваться всем, что происходит
вокруг него — как развивается медицина, наука
и техника, педагогика, та же экология.
Знаменитое письмо Сухомлинского Ивану
Антоновичу — об этом: «Дорогой Иван
Антонович, вы не поверите, вашу „Туманность
Андромеды“ я прочитал 4 раза. Это не
пристрастие к фантастике, а стремление еще
и еще раз понять глубину ваших мыслей,
которых у вас обилие и в строчках, и между
строчками. Ваши люди будущего восхищают
своей правдивостью… Опишите, дорогой Иван
Антонович, гибель жизни на какой-то планете,
пусть все задумаются, что эта гибель ожидает
и нас. Ваш Сухомлинский».
Между прочим, у Сухомлинского в его
Павлышской средней школе все книги Ивана
Ефремова входили в обязательный перечень
двухсот книг, которые должен был прочитать
каждый выпускник его школы за время учебы…
Еще раз, Ефремов был энциклопедист. Его
прогностичность проистекала из того, что он
был крупнейшим знатоком эволюции живой и
неживой природы, как палеонтолог он
проникал на 70–150 миллионов вглубь истории
существования Земли. И эти знания давали ему
основания фантазировать — как ученому, а не
только как фантасту. Сейчас можно увидеть в
магазинах кучу томов НФ-литературы с
красивыми обложками, но это фэнтези, далекое
от научной фантастики, которая, к счастью, еще
сохраняется … А Ефремов считал, что научная
фантастика может стать новой
натурфилософией. Но я не знаю, кого сегодня
можно поставить в один ряд с Жюлем Верном,
Гербертом Уэллсом, Иваном Ефремовым,
Александром Беляевым, Алексеем Толстым,
Артуром Кларком, Станиславом Лемом, Фредом
Хойлом…
Главный редактор журнала «Техника
молодежи» Василий Дмитриевич Захарченко,
который печатал произведения Ефремова, мне
рассказал, что он спросил А. Кларка: «Кого из
современных научных фантастов вы поставите
на первое место?» Кларк, не задумываясь,
сказал: Станислава Лема. Захарченко был
дотошным человеком и снова спросил: «А
Ефремова?» Кларк задумался и ответил: «А
Ефремова я ставлю выше Лема». Комментарии
излишни.
ИА Красная Весна: Ефремов в своих
произведениях очень много описывает тьму,
антимир, планета Торманс как образ
воплощения этого. Откуда у Ефремова эти
представления?
М.Л.: Как я уже говорил, Ефремов был доктором
наук и у него был доступ к книгам Ленинской
библиотеки. Его не пускали за границу, хотя
приглашали неоднократно. Он побывал только
в Монголии и Китае. Он очень быстро читал, у
него была прекрасная память, он всё
анализировал. «Час Быка» — это роман-утопия,
особая книга, это была его научная фантазия.
Сам Ефремов проехал по Монголии с
раскопками за 3 года 25 тыс. км, а мы с
киногруппой на газике по Гоби — около
1000 км. Это одна из самых страшных
полупустынь мира, как писал американский
профессор Эндрюс в 1925 году. И однажды
ночью, по дороге, мы потеряли одну важную
деталь от машины и вынуждены были
заночевать ночью в богом забытом месте
Булган Сомон (там был барак, где были одни
стены и больше ничего). Разместились кое-как
на ночлег — пять человек. Все легли, а я вышел
ночью на порог… Монголы рядом
ремонтировали машину. Когда я поднял к небу
глаза, был в шоке — такого никогда не видел.
Кто был в Крыму, тот видел, что там видимый
спектр звезд в 5–6 раз больше, чем у нас в
средней полосе России. Так вот, в монгольской
Гоби звезд видно гораздо больше, и звезды
немигающие, то есть как в Космосе! Пустыня
Гоби имеет другой коэффициент тепловой
отдачи, там всё по-другому, и создается некая
линза, которая приближает космос без
телескопа. Эти звезды как бы прибиты на
абсолютно черном бархатном небе. Левее,
вижу, какой-то газовый шарф висит, и я вот-вот
смогу дотянуться до него рукой… Вот такой
эффект был оптический! Спросил водителей,
что это такое, они переглянулись, улыбнулись и
говорят — так это Млечный путь… Вы
представляете?! Подпрыгни — и ты до него
доберешься. У нас такого не увидишь никогда.
Так что замысел ефремовской «Туманности
Андромеды» не случайно родился в Гоби. За
полгода до полета Первого искусственного
спутника Земли в этом произведении Ефремов
предвосхитил полет человека в Космос…
Поэтому Гагарин и назвал его своим любимым
писателем после приземления. Юрий Гагарин
вспоминал в книге "Дорога в космос": «В
библиотеке появилась книга "Туманность
Андромеды" Ивана Ефремова. У себя, в комнате
мы читали ее по очереди». А Королев держал
книгу до последнего дня в больнице. И
В. П. Глушко Ивану Ефремову писал, и
М. К. Тихонравов. Отсюда многое пошло.
Но ефремовская фантастика началась до того. В
1947 году вышла его первая повесть «Звездные
корабли». А в 1959-м вышла в свет его вторая
НФ-повесть «Сердце змеи», которое я называю
прологом к «Часу Быка». Но самое знаменитое
произведение, ставшее классикой мировой
научной фантастики, — «Туманность
Андромеды». Зародилось оно именно в Гоби.
Видимо, у
