Супергерой по объявлению

горгулья сделала кувырок в воздухе, растворилась, чтобы тут же появиться неподалёку, возле кустов.
— А искать то что?
— Как увидишь, поймёшь!
«Я уже ничего не понимаю…» — тоскливо заметил в своей голове парень и вяло двинулся вокруг площади, всматриваясь во всё, что попадается на глаза.
 
— Может голубь? — вслух спросил Костя и пошёл в сторону птицы, почему-то его заинтересовавшей.
— Или дверь? — тут же рядом возник голос горгульи, отчего парень дёрнулся в сторону и чуть не рухнул, запутавшись в своих ногах.
Он не сразу понял, о чём речь, а потом повернул голову и увидел перед собой настоящую деревянную массивную дверь приятного насыщенного синего цвета. Вот только дверь просто стояла. Без стен и чего-либо.
— Нам сюда! — радостно известила горгулья и тут же оказалась возле двери, взявшись за ручку, — закрыто.
Подёргать дверь, подёргать ручку, понять, что результата нет.
— Есть ещё способ! — будто не теряя энтузиазма, отметила статуя, повернувшись к парню.
— Какой ещё способ? — тоскливо ответил он.
— Отмычка. Ты в детстве замки вскрывал?
— Я в детстве в художественную школу ходил, — Костя считал, этой информацией должны закрыться любые вопросы о возможных подобных опытах в его жизни.
— Тю, угораздило же тебя, — хрипло посмеявшись, прокомментировала статуя, тут же сверкнув на солнце своим острым когтем, — учись, художник!
 
Пара движений и дверь открылась. Оттуда сразу раздался радостный гвалт.
— Будто базарный день, ей-богу.
— Всё верно, мы с тобой на ярмарке! Ох, всё не мог сюда добраться, дела-дела, а тут такой отличный повод, у меня как раз сплетни свежие закончились ещё на той неделе, надо добрать будет!
— Как мы здесь кого-то искать будем, здесь народу тьма-тьмущая! — обессиленно спросил парень, глядя поверх голов в гущу ярмарочных домиков.
— А ты не туда смотришь, ты на ноги смотри, нам нужны копыта, или, о! — воскликнула горгулья и тут же понеслась вперёд.
Косте оставалось бежать следом, чтобы не отстать.
— Фиолетовые подкрадули! Я же говорил, что мне не нравится твой водитель, а он один из этих, — доносилось до парня хриплый голос статуи.
Они мчались мимо рядов, со стороны кричали продавцы, зазывая к своим лавкам:
— Чешуя русалки, свежая!
— Лунные слёзы, этой ночью собранные!
«Ну да, этой ночью, ага, ночь безлунная была, кому он мелет!» — горгулья вновь решила общаться в голове парня.
Тот усмехнулся, рынок другой, правила, видимо, те же.
— Последняя партия чистой совести! Спокойный сон в подарок, торопись, разбирай!
Парень чуть не свернул, спокойный сон не на каждом шагу продаётся.
— Куда, упустим же! — горгулья пихнула его в плечо, и они понеслись дальше.
 
Ещё несколько поворотов и вот они его нагнали. Давнишний водитель, на ногах чудесные фиолетовые ботинки из явно дорогой кожи.
Горгулья налетела на него со спины и отработанным движением вцепилась в ухо.
Мстислав, ойкая, запрыгал с очень несвойственной его массе прыткостью.
— Куда бежать вздумал, козорогий! Что ты там натворил, ну, сознавайся?
Парень про себя отметил, что горгулья, походу, из тех, с кем явно лучше дружить. И аккуратно подошёл ближе ко всему действию.
Мужчина как-то встряхнулся, сбросив с себя ожившую статую, и встал в полный рост. Богатырский, надо заметить. Косте никогда не казалось, что он маленький. С его роста на большинство можно было смотреть если не свысока, то на равных. А здесь он понял, что быть ниже на полторы головы — это сильно бьёт по самоощущению. Неприятно.
— Слышь, прицепилась, шавка мелкая, — басом выругался мужчина и неприятно осклабился, — всё как надо сделал, смотри веселье какое было!
— Веселье было, да, не спорю. Вот только нельзя такие штуки проворачивать в пространстве горожан, да и для остальных существ это опасно!
— Только там это проворачивать всё и нужно! Нечего разделять пространства! Мы будто за забором в своём же городе!
Костя стоял в стороне и уловил тот момент, когда пыл мужчины угас, и он просто будто продолжал спектакль.
«Зачем ему это?»
Ответ не заставил долго ждать. Театральным жестом в очередном порыве, мужчина швырнул себе что-то под ноги и тут же рассеялся в дымке.
— Любитель спецэффектов, доморощенный! — откашливаясь, прохрипела статуя, разгоняя перед собой дым. — Давай на выход, надо в институт, тут мы провалились, но ещё сможем его найти!
 
— Быстрее! — хриплый голос горгульи раздавался где-то рядом с ухом Кости.
Они бежали прямо до института, в городе начался какой-то переполох, в метро горгулья отрекомендовала спускаться:
— Если здесь такая вакханалия, представь в каком настроении драконы там сейчас внизу! Не, давай поверху, дольше, но целее будем!
Вот они и бежали поверху. Казалось, что парад превратился в какое-то сумасшествие. Вроде всё как обычно, но то тут, то там виднелись ожившие статуи, где-то мелькали рога и копыта, и Костя мог поклясться, что видел грифона, потягивающегося на солнышке, отчего в воду свалился зазевавшийся рядом прохожий.
Хотелось бы всем помочь, но горгулья торопила, требуя не обращать на это всё внимание:
— Если начнём тормозить, дальше будет только хуже, пошевеливайся!
Одно за другим открывались и закрывались дыхания, и парень мысленно пытался вспомнить, был ли вообще в его жизни когда-нибудь подобный марафон. Сердце колотилось у горла, бок взрезала ножом боль. Увидев поворот к институту, Костя позволил себе чуть сбавить темп. Ожившая статуя не стала задерживаться, и первая нырнула в арку.
 
И спустя считаные мгновения оттуда раздался яростный вопль.
У парня открылось очередное дыхание, и он поддал скорости, заворачивая в арку и тут же замирая от неожиданности.
— Липкая лента от мух, ты дурак? — горгулья билась, запутавшись в лентах, чем только усугубляла ситуацию.
— Ну ведь сработало! — в ответ захохотал басом Мстислав.
Костя мысленно согласился, но незамедлительно побежал спасать товарища. Мстислав же испарился в воздухе, на сей раз даже без эффектного дыма.
— У-у-у, козорогий, я тебе покажу! — трясла в воздухе маленьким кулачком ожившая статуя, — сейчас только выберусь, ты у меня попляшешь в своих этих подкрадулях дурацких!
Костя ей успокаивающе поддакивал, снимая ленту за лентой.
Каких-то минут десять, а может, больше, но эта странная парочка освободилась от ловушки и теперь стояла в тени арки, запыхавшиеся, держа руки на весу, подальше от тела, чтобы не обляпаться ещё больше:
— Давай к профессору. Пускай он подключается.
 
В институт, тем не менее заходили спокойным шагом и склонёнными головами побитых воинов.
За горгульей тянулась зацепившаяся за её ногу лента, которую статуя, шкрябая ногой по полу через шаг, пыталась сбросить, но безуспешно.
Их встретила прохлада пустого холла. Они замерли в середине зала. И только было горгулья открыла пасть, чтобы разразиться то ли очередной руганью, то ли просто призывом внимания к их скромным персонам, как раздался грохот, будто книги наверху снова покинули свои места, и со стороны подвала прогремел многоголосый крик.
Зажав уши руками, Костя отметил, что в этот раз всё это действие оказалось тише, чем ещё даже утром.
«Глохну, что ли?»
 
Крик затягивался, но будто сходил потихоньку на нет. Меньше минуты и дверь из подвала распахнулась, к ним выскочил радостный профессор:
— Ох, как хорошо, что мне согласились отправить сегодня же ещё одну партию кричащих драгунских роек! А то инспектор собрал весь их крик разом, ничего не оставил даже. Этих меньше, но для экспериментов самое то!
И только оказавшись буквально в метре перед Костей и горгульей, радостное щебетание пожилого мужчины стихло.
Он многозначительно угукнул, разглядывая парня и статую, переводя взгляд с одного на другую и обратно.
Костя только сейчас попытался представить, как он вообще может выглядеть после всего с ним за сегодня произошедшего. Ничего хорошего, впрочем, не представлялось.
Мужчина покачал головой и молча провёл рукой перед лицом парня, а следом и горгульи. Хотелось бы как-то возмутиться на попрание личных границ, но парень отвлёкся на ощущение внезапной чистоты. Взглянув на свои руки, он понял, что на них нет той липкой дряни. Равно как и он весь теперь довольно чистый.
 
— Я же вам так и не представился, — внезапно сказал спокойным голосом профессор и протянул свою руку, небольшую, с морщинистой кожей, — Виссарион Вахович, очень рад знакомству!
Костя протянул свою в ответ и почувствовал крепкое рукопожатие тёплой сухой ладони. Хорошее рукопожатие, Косте