21.Побег
Самое страшное – тишина. Тупая и давящая на уши тишина. Когда приходится разговаривать самому с собой, придумывая темы, невидимых собеседников, возражать им, доказывать что-то свое. Просто орать стихи, начиная вспоминать самые детские и потом из школьных учебников по литературе. Потом петь все песни, какие знал. И вдруг, ловишь себя на том, что расшумелся сильно, а на самом деле даже рта не открывал. И, понимаешь, что это начинаются «глюки». А это уже не очень хороший симптом. И надо каким-то образом прервать эту бетонную «молчанку», иначе… не хочется даже думать, что может быть иначе.
И все время мысли о побеге – от самых невероятных планов, до… самое простое всегда лежит рядышком. Надо только наклониться и поднять. И как только первая мыслишка появляется, тут же выскакивает откуда-то другая, выстраивается «цепочка» логическая, и уже даже тишина не так давит.
Охранников трое. Скорее всего, по суткам. Вот тот, у кого изо рта пахнет, «Усатый», наиболее приемлем. Кажется, более глуповатым и в то же время более «человечным», если в таком положении можно себе представить человечность. Хотя бы потому, что нет-нет, а лишнюю пару сигарет кинет, «от себя». Так что надо ориентироваться на него. Остальные, точно какие роботы, никаких эмоций, как к ним ни подходи, дело свое знают.
Решил действовать. Конечно, всего нельзя предусмотреть, но общую картину можно.
Пять подряд раз «принимал передачу» стараясь казаться вялым и больным. Наверх, как обычно, даже не смотрел. А когда «Усатый» дежурил, так вообще, через большую паузу поднялся еле-еле, и, цепляясь за стену, себя подтащил.
Господи, как же ждал следующей «раздачи». Раз двадцать репетировал, представлял различные варианты развития события. Выходило два, ну, с половиной, если принять во внимание, вариацию номер два. Это когда, много их будет и с оружием. Главное, чтобы спустились сюда, или хотя бы лестницу опустили. Вот тогда… но это было почти нереально, и он это очень хорошо понимал. Ну, а все-таки если…
Примерно ко времени улегся посреди своей «залы». Рядом воды немного разлил, вроде как «не донес». Позу принял неестественную, но все же удобную для того, чтобы мгновенно вскочить и «отреагировать».
Когда люк стал открываться, тихонько выдохнул, мелко стал дышать верхушками легких, а живот в себя втянул. Челюсть нижнюю «отклячил» и глаза закрыл. И в этой тишине пауза такая зависла. Ведро медленно опустилось, легонько о пол стукнуло.
«Ну, давай, гад, решайся проверить, сдох я или нет. Опусти, скотина, лестницу. Даже можешь сам не спускаться, а тебя в одни прыжок достану»
-Э, мужик? Ты живой или нет?
«Это сколько же времени, речи человеческой не слышал?» - Чуть не вздрогнул от неожиданности. И опять долгая пауза. Только слышно, как сопит «Усатый», сидя на корточках перед люком. А ему оттуда только нижняя часть тела распластанного на полу видно, да живот впалый, не дышащий. Минут пять, наверно, вот так сидел, соображал, что ему делать.
«Ты только уйди и люк открытым оставь. Я уж как-нибудь разберусь. Думаешь, не допрыгну до люка? Слабо? Пробовал уже, с разбегу от угла можно, если очень постараться. А я уж, постараюсь. Ну, давай, давай, двигайся».
«Усатый» кашлянул пару раз, поднялся и…
«Мама миа, всем богам, в которых сейчас как никто верю, свечку стопудовую поставлю, у-хо-ди!».
Металлом по бетону зашуршал. «Господи, неужели, такая удача? Не спугнуть бы».
Сашка совсем дышать перестал, голова кругом уже пошла. «Усатый» начал лестницу узкую, из тонкой арматуры сваренную, опускать, скрежеща ребристым металлом по краю люка.
«Может, пора уже? Рвануть на себя лестницу и дело с концом? Нет, брат, выдержим еще немного».
Все же пришлось сделать медленный вздох, иначе сознание уже стало мутиться. И глаз слегка приоткрыл. Увидел, как в люке нога в сапоге стала на верхнюю ступеньку, напрягся для прыжка. Но все же дал спуститься до середины.
Вскочил бесшумно и всю ярость, что накопилась за все время этой невольной «отсидки» вложил в один удар. «Усатый» даже не охнул, оторвался руками от лестницы, на секунду завис и рухнул прямой спиной на пол. И почти бесшумно совсем. Сашке пришлось чуть-чуть падающее тело поддержать, башку бы точно расколол. А «жмурика» брать на себя не хотелось. Может, еще и пригодится.
В два приема выскочил наверх в коридор, сразу почувствовал холод, и даже это обрадовало. Секунду подумал и вытащил наверх лестницу, люк прикрыл тихо. «Если жив, остался, то пусть посидит немного, испытает на себе, что такое «кубик бетонный», а если… то в пределах самообороны в экстремальной ситуации».
Коридор действительно длинный, метров шестьдесят, может быть. И всего три лампочки. Двери стальные почти все справа, а слева, метров через двадцать поворот – тупик или еще что, не ясно пока – темно там. В конце коридора лестница с поворотом направо и там сверху тоже лампочка. И холодно, в одних брюках и майке не очень здорово. В «кубике» тепло было почему-то, ровная комнатная температура.
До второй двери прошел и резко распахнул. Никого. Зашел. Как и говорила Йока-Ксюша, бедновато с мебелью. Но зато есть плитка электрическая, обогреватель «козел» – труба цементная со спиралью. На топчане телогрейка старенькая. Телевизор.
«Черт, без обуви, хорошего мало. Но надо быстро все обследовать, а потом дальше думать будем». Опять в коридор выбежал, и подряд все двери стал пробовать открыть. Посчитал – всего двенадцать. Почти все закрыты. И не просто закрыты, а «заварены». За открытыми же, полная темнота, а выключатель, если такой есть, искать времени нет. За поворотом налево еще несколько дверей и небольшая дверка в конце. Догадался – если это бомбоубежище, значит должен быть запасный выход во двор или еще куда. Дверка открылась, но за ней хода ней, полностью все забито кирпичом битым, мусором, слежавшимся и истлевшим и смерзшимся давно - инеем покрыто все. Наверно, можно этот завал разобрать, только бы какой инструмент найти, лом или лопату – хоть что-нибудь. Опять вернулся в основной коридор и пробежал к лестнице. Крутая, в два «марша по восемнадцать ступенек…
Наверху дверь стальная массивная. И плотно дверь закрыта, заперта. Ключ надо искать.
Вернулся в коридор. Непонятно откуда холодом тянет. На потолке большое отверстие, вероятно, когда-то вентиляция была. Притащил лестницу, поставил… дальше воздуховод вверх уходит и где-то поворачивает в сторону – не видно, темно и холодом оттуда тянет.
«Сколько же у меня времени, пока следующий «клиент» подойдет? Черт, одеться нужно, околею. Посмотреть, что еще в комнатке найти можно».
Вернулся опять в комнату, телогрейку надел, но без обуви все равно плохо. Начал все осматривать подробнее.
Телевизор попробовал включить, оказалось, одно название только, сзади крышки нет, и кроме кинескопа тоже ничего, «декорация» одна. Нож нашел, тесак широкий – сгодится. И что? Больше ничего? Ни продуктов, ни воды, ни… На топчан сел.
«Подумать надо. Получается, что никто тут и не дежурит. Вон, и «козел» холодный. Значит, приходят, примерно, через двенадцать… или сколько там часов, проверяют только, жив ли. Весело. Ну, правильно, что здесь им еще делать? Получается, что и теперь тоже у него есть время, чтобы выбраться отсюда. Часов десять как минимум. Это уже неплохо. Надо пойти, с «Усатым» разобраться, может у него и ключ есть. Да, наверняка, должен быть, а то, как же он сам сюда зашел? Все, начинаем действовать. И обувку у этого реквизируем.
«Усатый» уже сидел у стены под самым люком, без маски, ощупывал свою голову – все-таки немного об пол «приложился», и, кажется, еще плохо соображал, потому что, когда рядом опустилась лестница, долго тупо на нее смотрел, прежде чем поднял голову вверх. Саша помедлил спускаться к нему. Решил проверить наличие оружия, чего прежде не догадался сделать. А пока рядом с люком положил тесак, чтобы в случае чего…
- Что ж, ты, мужик, так неловко по лестницам ходишь. Смотреть под ноги надо. Как головка? Бо-бо?
«Усатый» шумно выдохнул и опустил голову.
- Ну, ты как? Сам вылезешь, или тебя «выковыривать» из моего «номера»? Давай, вылезай, поговорим малость. Может еще, и поживешь на белом свете, хлебушка пожуешь.
-Заткнись, сука – пробурчал только сквозь зубы.
-Вот те раз – с клюквой квас. Ты учти, я могу тебя тут закрыть и баланду носить не буду. Подохнешь. Ладно, не пыли, вылезай, пока я добрый. А то я к тебе спущусь, знакомиться по-другому будем. Повторяю, пока я добрый, бить не буду, сопли только утру.
Видимо сообразив, что «перемены климата» не ожидается, а махаться с этим… кажется, бесполезное занятие, начал двигаться. Цепляясь за лестницу, кое-как поднялся. Сверху было заметно, что затылок у него в крови.
«Похоже, что сотрясение мозга, если он у него есть, обеспечено» – подумал Сашка и криво усмехнулся – «за все платить приходится». А вслух добавил
- Ползи помалу. И не сильно руками дергай. Я нервный стал, могу с катушек слететь, и тогда из тебя фарш отменный
