выйдет.
Все-таки помог ему вылезти, сам бы ни за что не смог. Протащил его в комнату, стул поставил посредине, и посадил. Сам на топчане устроился с ногами. Здесь было гораздо светлее и, наконец, Сашка смог хорошенько рассмотреть своего «тюремщика».
«Усатый» оказался пониже его ростом, пожиже сложением. Лет тридцати пяти. Кроме усов ничего примечательного на лице не обнаружилось, разве что нос «сливой» слегка.
- Как тебя по имени или по кличке?
- Вася.
-Уже неплохо. А я Сашка. Романов Александр Николаевич. Президент большой фирмы. Надеюсь, понял разницу? А ты кто?
-Проводник.
-Какой же ты, мать твою, проводник, Вася? Ты даже не «полупроводник», ты просто маленькая «шестерочка». Что-то в поезде я тебя не помню. Там, вроде другой был?
-Это Лешка был. Я спал тогда.
-Как же, это вы с Лехой посмели пойти на похищение, известного на полстраны человека? Ведь за это светит на полную катушку? Впрочем, и за любого, и даже совсем неизвестного гражданина, тоже самое светит.
-Нас заставили.
-Понятное дело. Когда своих мозгов не хватает, всегда находится кто-то, кто заставляет.
-Нас заставили! Нас заставили, а Лешку… убили Лешку.
-Так-так-так. За что же это его?
-По пьяни - и вдруг, жалостливо, как баба, захныкал: - мы, это, твои деньги…
-Делили, что ли?
-А Лешка, он… ну, его и пырнул ножом. Вовка.
-Третий, что ли?
-Не, третий это Колька Морозов. Вовка другой, такая сволочь.
- Да не хнычь, у меня этот номер не проходит.
- Да нет, голова здорово болит. Аж, тошнит.
- Потерпишь. Ты… вы, каких таблеток-то хоть японке давали?
-Аспирин, а что?
-Вот же сволочи, у нее же воспаление легких было. Антибиотики нужны были, куда вы ее?
-Да тут, в соседней комнате и лежит. Холодно же. И потом, она…
-Меня закладывала? Так я же ей и велел. Ну, а еще кто? И кто вас на такое богопротивное, противоправное дело сгоношил?
-Кучу денег обещал, как звать не знаю. Урка бывший, из блатных. Вовка его Пушкиным звал
-Ну, не хрена себе, компания. Вот что, Вася. Ты бы сапожки мне не одолжил на время? И курить хочется. А потом, мы с тобой еще потолкуем. Кстати, какое сегодня число?
- Двадцать пятое января.
- Да? Не намного ошибся, на моем «календарике» двадцать первое. Не тороплюсь жить. Чего ждешь, приглашения, или человеческой речи не понимаешь, – скидывай обувку, сука. Потом будешь мне дальше выкладывать, что знаешь. Ключ у тебя, где от этой «богадельни»?
- Вот.
Конечно, в обуви веселее стало, да и «козлик» раскочегарился, прошел озноб. Про себя подумал, тесаком поигрывая, что «не мешало бы вообще этого «мурзика» усатого раздеть, да когда уходить будет нужно, обратно его в «кубик» запихать»
- Порядок, курево доставай
- Так не курю же я.
- Здоровье бережешь? Это правильно. А теперь, все по порядку, как на духу, рассказывай все с самого начала. Как чего-то в водочку набуровили…
Да только не успел Вася рот открыть. Дверь резко распахнулась, и в проеме появились сразу двое. У одного АКМ, у другого – обрез карабина. Ситуация резко изменилась. Пришлось тесачок медленно на стол положить.
Отодвинув их, прошел в комнату мужчина худой и длинный в шикарной дубленке и меховой шапке. Прошел и сел за стол. Молча рассматривали друг друга долго. Потом «Длинный» пачку «Мальборо» на стол кинул, все так же молча. Только Саша потянулся, было за пачкой, как затвор «обреза» клацнул. «Длинный» поморщился
- Спокуха, успеете. - Сам тесак в руки взял, покрутил, на палец попробовал: - Да, хорошая работа. Только это хлебный нож, им ногти не чистят, – и положил рядом. Закуривай.
Вася не выдержал и занюнил
- Я хотел… а он…
- Цыц, отседа. В коридоре ждите. – Достал спички и, вытащив одну спичку, а коробок тоже на стол кинул. И опять молча стал спичкой в зубах ковырять.
- Закуривай, я подожду, времени у нас много.
Васе бы заткнуться, так нет же…
- Пусть он мне сапоги отдаст
- Он с тебя снимал или ты сам?
- Сам.
- Тогда заткнись, сявка! С тобой после посчитаемся. Вали отсюда пока. И вы тоже. Вован, разберись с Васяткой.
Вова, амбал килограмм под двести, автомат в его руках, как детская игрушка, почесал задумчиво задницу.
- Как его?
- Как, как? Быстро и легко.
Даже дверь не успели за собой закрыть, Как заяц взвизгнул Вася, и… поволокли куда-то его тщедушное тело.
- Ну, что ты будешь делать? Как с этими дураками, у которых ни образования, ни профессии в руках нет. Зато есть желание «срубить по легкому». Вот такие и пропадают, не пойми за что. Будто и не жил совсем.
От глубоких затяжек сигареты закружилась голова, но все же какая-то, может быть глупая надежда, у Сашки появилась – все-таки один на один. Даже то, что вторая рука у длинного под столом, а это верный признак наличия оружия, все равно...
- Ничего тихо не умеет делать. Учишь, учишь их. Мясники – и совсем без паузы - Как отдохнулось на нашем курорте, Александр Николаевич? Да, забыл представиться – Владимир Дмитриевич. Ты уж извиняй нас, что долго заставили сидеть и, согласись, что могло быть и хуже. Не от меня зависело. Баба твоя ничего, собрала за тебя выкуп, да менты обложили, хрен возьмешь. А тут синичка мне цвиркнула, что у тебя самого капиталец имеется. Я тебя пытать не собираюсь, страсть не люблю, как орут, когда жилы тянут. А вот тезка мой, что за дверью, ему, что в носу ковырять, что человека недели две вымачивать, пока все не выложит. Но, я думаю, у нас до этого не дойдет, полюбовно договоримся. Ты бабки отчиняешь, и вали на все четыре. Инке под бочек.
Саша подумал, что «тянуть» время нужно – бдительность усыпить этого.
- Не выйдет ничего, козел! Бабки мои в швейцарском банке и без моего фейса никто их не сможет получить.
- Я к тебе без «базара», а ты сразу «козлиться». Нехорошо, Александр Николаевич.
- Какого черта вы ко мне-то? Мало ли по свету коммерсантов?
- Да тут такое дело. Не выкуп за тебя мне надо, а, вроде как свое вернуть нужно. Инночкин мужик прежний, Николай Николаевич, царствие ему небесное, должен, мне остался.
- Много?
- Много не мало, а десять лет жизни он мне должен. По его «подставе», впарили мне по самое. Думал, вернусь, я его своими руками, медленно давить буду. Не вышло. Но, поскольку, ты теперь, вроде бы на его месте, с Инки получить захотел. За тебя, как я слышал, готова себя заложить, вместе со своими щенятами. Чего она в тебе нашла? Трахарь что ли какой особенный?
- Жена она мне.
- Я о том и говорю. В Швейцарии говоришь? Можно и в Швейцарию. Только очень длинным путем. Ничего, я люблю путешествия с приключениями. Так что думай. Три минуты на это дело хватит? Вот еще закури, да и я с тобой подымлю. А сигарета как раз за три минуты и прогорит.
- Сколько вам нужно?
- Сколько могут стоить десять лет жизни? На покой мне надо. Старею. «Прошла любовь и в членах кровь остыла, конец висит давно, а рядом ждет могила»
- ???
-Так. Баловство. «Пушкиным» на зоне окрестили. Надо в теплые края перебираться. На Кипр или еще куда. Ксиву любую на раз сбацаю, да и тебе тоже.
- Миллиона я тебе не дам, не жди, а тысяч…
- Мы с тобой за бугром торговаться будем.
В коридоре совсем тихо, «Вова-мясник» еще не вернулся. Ждать более удобного момента нельзя было. Чтобы закурить, Владимиру Дмитриевичу пришлось таки вытащить вторую руку из-под стола. Сашка успел рвануться вперед. Резко ногой ударил по краю стола. «Телевизор» на пол грохнулся, и кинескоп
