«...Граф, как тебе известно, Его следственный комитет не стал даже рассматривать, как участника беспорядков в столице. Первопричиной этому были ходатайство и хлопоты о молодом офицере, князей Лобановых-Ростовских и Касаткиных-Ростовских, а также большой поддержки в этих действиях князя Щербатова. Князя Фёдора Александровича даже не осудили, но в 1826 году он был отправлен в отставку в родное поместье, без права выезда. Там же, как мне известно, он и умер, при довольно странных обстоятельствах, о которых особо судачили многие в столице, как впрочем друг, и его родные, да и товарищи в обществе, попытавшиеся расследовать все странности этой смерти.
Власть умерила и успокоила многие горячие головы в России и Европе этим случаем. Многие говорили, что это не было случайностью и к этому причастен Бенкендорф Александр Христофорович (1782.23.06.-1844.23.09.) гл.начальник III отделения собств. Канцелярии его Императорского Величества. Но, мне думается это ложное представление его "современников", фактов таких поступков нет, правда пока… уж слишком много совпадений и похожих смертей. Вам и мне, хорошо известно, что часто вместо руки, друзья дают подножку. Этакая "субординация" в достижении своих целей....но об этом, как нибудь в другой раз мой друг. Меня зовёт на ужин моя супруга с друзьями из общества друзей австрийцев...».
Мы достоверно знаем из писем княгини, что лично, по указанию Бенкендорфа, а не по указанию Александра I, как говорили с удивлением при дворе, княгине Щепиной-Ростовской О.М., оказана помощь в траурных мероприятиях, связанных с похоронами её мужа, князя Александра Ивановича Щепин - Ростовского, ещё в 1821 (а по справке только в 1825 году - автор), и это факт не оспоримый, т.к. сохранились бумаги этого события, завещание. Так что, если жандарм и был привязан к этим всем событиям, то скорее вынуждено, пусть даже выполняя чью-то волю, то это как-то не стыкуется с другими его благотворительными и праведными поступками христианина. Впрочем, это часто было
свойственно и палачам, и подлецам. При всём этом, мы - автор заявляем, что совпадения в рассуждениях, планах и разговорах героев повести, их поступках, тексты в опубликованных нами документах и иных действиях лиц, претендующих на историческую истину в последней инстанции, как героев, так и участников нашей истории, не случайны. Но, продолжим далее свой рассказ, о тех, кровавых, неблагоприятных и тяжёлых для отечества событиях 1825 года. Князь Дмитрий Александрович пишет в своём дневнике:
«— И наконец господа третье условие и последнее; для успеха восстания,я, штабс-капитан Князь Дмитрий Александрович Щепин-Ростовский, считаю, что без поддержки их народом (общества-Авт.) дело восстания обречено на провал. Народ России безграмотен и тёмен, кроме молитв ничему не обучен из наук, его прежде надо с начало просветить, обучить и обогреть вниманием и заботами! (удивительное восприятие и отношение к народу!) хотя-бы азам демократии и свободы, какие я увидел в Испании, и лишь после этого требовать изменение системы власти и отмену крепостного права. В один же порыв, день, это сделать просто невозможно, это грозит безумием и огромными жертвами. Всё нужно бы проводить в столице и только мирным путём, ведя переговоры с властью… Нет ничего трагичнее, чем власть брата над братом. Вы господа офицеры понимаете о ком и о чём я говорю...Довольно! Нельзя господа офицеры кокетничать с судьбою. Надо уметь сочетать любовь к Отечеству, честь и долг, присягу и службу. Приглашая лекаря к больному, посмотрите кто его Вам рекомендует, и сколько крестов за его спиной... И если-бы мне было суждено вывести гвардию в поле, то я стал скорее всего выжидать, при условии и при таком обороте
диспозиции гвардии. Применив "манёвр" и тактику дипломатии, скорее всего чрез посыльного без реляций, открыто предложил императору переговоры, ибо прекрасно понимаю опасность вооружённого противостояния для России. Хотя, хорошо задуманное дело, редко когда хорошо заканчивается. У нас в столице никогда не приходят к всеобщему соглашению, поэтому власть и теряет уважение народа, словно враг, открытый и без компромиссный, невидимый и неосязаемый вполне».
Приведём наш пример, упоминаемый однажды, как нам помниться, и в письме декабриста к некоему, нами покуда неустановленному, офицеру гвардии штабс-капитану Уткину А.П.:
«- Император Александр I вёл переговоры с Наполеоном, так почему Гвардию не должен был понять наш император Николай, и выслушать восставших разумно и терпеливо? – вполне логично для нас, но сие непозволительно самодержцу. Осуждать господа, иного слепца за то, что он ничего не видит, наивно и даже наверное глупо и дерзко. Не нужно объяснять гвардии те условия, в которых она проживает, она их и без вас знает. Говорите искренне и правдиво. о тех перспективах которые их ожидают в случае победы, и в случае нашего поражения...
Чиновничная среда, политика двора губительны для России, как и вся эта мышиная возня вокруг "свобод" народа, и сия политика пугает больше, чем война...»
В некоторых письмах товарищам, в частности Кирееву И.В. мелькает под инициалами К.П., уж не имя ли, имя Великого Князя Константина Павловича, а не Николая Павловича. Но, декабрист первоначально старательно обходит эти факты, старательно вымарывая их из воспоминаний, дневников и писем, своих архивов, имена тех царедворцев, которые были на стороне борьбы за изменение политики России внутри Отечества и внешней. Мы специально подводим читателя к событиям 1825 года кусками, постепенно, раздражая и пробуждая его от бытия нынешнего дня, как раскалённый металл, закаляя и зля его сознание краткими вставками исторических событий нашей истории, вплетая и древние страницы русской истории, начиная от Святой Ольги, обвиняемой ныне в том, что она привела и пробила первую тропинку на Русь восточной религии, предав истинно древнейших славянских богов. На эти обвинения мы напомним её слова сказанные своему сыну и описанные в ростовских сказаниях и летописи:
«- В нынешних условиях заключать союзы с близкими и дальними государствами по старому нельзя. Сами условия в воздухе висящее, и обстоятельства, политика наша и иных государей, пространно изменилась. Русский мужик говаривал с горечью: Пока ты жених, не цапай невестушку грязными руками грешника и безбожия...Ибо похотливые мысли опережают разум, и руки цапают промежность ног, а не душу и сердце новобрачной...»
«- Решать свои действия и договорные обязательства мы вынуждены по новому, чрезвычайно жёстко, с хитростью лисицы и с неудержимой яростью волка одиночки, ибо это требуют наши интересы, интересы наших детей и правнуков, государства в конце - концов. Во имя нашего и их благоденствия, блага будущего новой веры. Только так и не иначе, мы будем вершить наши действия и поступки. Помни, Русь та, в которой и потомки наши будут русичи. Я желаю, чтобы и мои внуки были вскормлены молоком родной матери. Ныне деньги регулируют товарами и купцами, а политика государствами...»
РОССИЯ ВСПЛАЧЕТ ОТ ГРЕХА
В БЕССИЛЬНОМ ГНЕВЕ ОТ ОШИБОК
ПОМЯНЕТ ВСЕХ, КТО ЗДЕСЬ СТРАДАЛ
И ВЫБЬЕТ ИМЯ НА ГРАНИТЕ...
А МЫ? МЫ ЧТО, МЫ ЛИШЬ ПЕСЧИНКИ
В ТОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЕ
ГДЕ ВСЯКИЙ ВЫШЕ ОППОНЕНТА
ДВОРЦОВОЙ МЕРЗКОЙ КУТЕРЬМЕ...
Кн. Щепин-Ростовский Д.А. 1826г. П.Кр.
...Как в своё время говорил Пётр Каховский своим товарищам на планы возможного смещения романовской династии:
« - Чтобы понять естество жизни и поступков, отойдите на пару шагов от будущего господа, и не мешайте Творцу, не нарушайте этикет истин. Увы, в России надобно прибраться, и этим придётся заниматься нам... Думать же о будущем, надобно тогда господа слушатели, когда ты в нём уверен, и не на балу с дамой, тем более лёжа на диване в гостиной.Ныне многие отравлены воздухом Европы, и ещё одно! Страшно, если о наших разговорах узнает Инквизитор... Мрамор романовских Свобод тяжек. Впрочем, Заря за окном уже загорается. Наша невинность, дикий порыв сердец, придаёт нам силы. Слабость этого Мира. Внемли нам Господи и обереги от жестокости и от истины в ошибках...»
Много позже, князь, вспоминая слова Петра Каховского, сказал на это:« - Мой Ангел хранитель смертельно устал... и пусть наши Земные невзгоды, растают как небесные облака...Вы, люди, посмевшие вращать колесо Истории, не Вы ли потеряли чувства реальности? Или мы ошиблись торопясь за вами? Явно, что прошло время Земных королей, монета случая встало на ребро и шатается...Ныне ситуация, в которое вляпалось Общество, шаткая и на грани погибели. Одной стрелой двух птиц не собьёшь. Вчера-Вчера, а Сегодня-Сегодня... Отечество тогда было другим, ситуация и обстоятельства другими, мы были другими... Мы не желали петь "Господи помилуй" и "Трисвятая песнь"»
Вот правда того времени среди общества. Границы бытия, проскальзывают легендами и летописями по душам современников, как и по сердцам наших предков. Правда истории жестока и подчас несправедлива, и надо хорошо различать какова истинная среда её обитания, в каком ларчике истина событий и действий того или иного исторического лица, и при каких обстоятельствах свершали они свои поступки. Иной кажущийся дьявол, священней взгляда истины, ибо кровавые решения правителя или правительницы идут на благо государству, именно поэтому
и явного грешника и убийцу, привечают к лику святых. Казалось бы, княгиня Ольга и Святой Князь Владимир грешны в своих жестоких начинаний и предательстве древней веры Руси, но эта жестокость событий, вбитая в души народа христианством и православием, сделало Русь-Россию такими великими и истинно Святыми, что народ нашего отечества, искренне поверивший в христианского бога, соединённого с идеалами и историей Руси, стал Свят и воистину велик в своей правде и вере, что доказывает тысячелетняя история государства российского. Многие друзья в России,Германии,очень советовали автору не поднимать тему древней Руси и христианства, и быть по осторожней с темой декабристов, говоря, что она не своевременна и даже опасна для отечества, ибо прошлое часто возвращается кровавыми тенями событий...
[justify]И это несмотря на то, что в 2015 году состоялся юбилей-190 лет со дня трагических событий произошедших в бывшей столице России, Санкт-Петербурге. Мало кто из современников осознаёт значение событий 1825 года и подвиг декабристов. Только вчера, мы приехали из Петербурга, посетив многие значимые места прошлого. Отношение к восстанию не однозначно, но все, кого-бы мы не спрашивали, в музеях, городе, говорили, что другого выхода на тот временной период не было. В 1825 году, Общество было возмущено