тебя! Ты… Будешь на это смотреть?!
- Всё зависит от того, будут ли его товарищи дожидаться его. Если будут – придётся подождать и нам.
Хотя смотреть на сам процесс – не обязательно.
Тони фыркнул, но промолчал, отвернувшись.
Товарищи «озабоченного» некрофила подождали.
Впрочем, мужчина управился быстро, буквально за пять минут. И вот уже он встаёт, застёгивает штаны. И движется к остальным мужчинам.
Те встают, и группа уходит. И вот все они скрываются снова за гребнем холма-увала.
- А хитрые. Ждут, когда мы высунемся, и подойдём к Ведьме.
Ловля на «живца».
- Ну уж нет. На «трупака». Да только мы-то – не лыком шиты. Давай: двигаем вон туда!
Прячась за холмами, они быстро, бегом, обежали тот холм, за которым скрылась троица. Ушло на это не больше десяти минут.
Троица расположилась капитально: все лежали, двое целились, один – внимательно осматривал окрестности. В бинокль.
Хенрик, тщательно прицелившись, выбил карабин из рук парня, который раньше возглавлял маленькую колонну, логично рассчитав, что наверняка он и лучший в компании стрелок. Второй мужчина с оружием – крупнокалиберным пистолетом! – вскочил. И начал палить в направлении Чистильщиков. Что было не слишком умно: тех даже не было видно, а на дым от выстрела ориентироваться было глупо. Хенрик считал.
Когда прозвучало восемь выстрелов, спокойно, не торопясь, встал из-за гребня. Прокричал, глядя, как судорожно стрелявший пытается вставить новую обойму:
- Брось пушку, идиот! А то отстрелю кисть!
Парень, у которого выбили из рук карабин, проявил мозгов куда больше: даже не пытался снова его схватить. Ограничиваясь тем, что сидел на земле, держа кисть другой рукой, и раскачиваясь. Третий участник драмы просто встал, подняв руки вверх. Он был и самым старым: лет тридцати. Похоже, Хенрика и Тони знал: сопротивляться не пытался.
Парень с пистолетом пушку действительно бросил: похоже, послушался совета старшего товарища: Хенрик видел, как губы того шевелятся, но с пятидесяти шагов слышно ничего не было.
Когда они с Тони подошли, поняли, почему парень с карабином даже не пытался снова схватить его в руки: левая кисть оказалась раздроблена, и из рваной дыры обильно текла кровь. Хенрик сказал:
- Тони. Нашу аптечку. Дай им бинт. И жгут. – и, обращаясь к парню постарше, - Ты. Как тебя зовут?
- Майкл.
- Отлично, Майкл. Приятно иметь дело с разумным человеком. Вот жгут. Перетяни ему повыше локтя, чтоб остановить кровотечение. Вот и бинт. Перевяжешь руку этому балбесу. Бинт у нас – с заживляющим бальзамом.
Парень, бросивший пушку, попробовал было снова к ней незаметно приблизиться. Хенрик сказал, обращаясь к Майклу, и указав пальцем:
- А этого балбеса как зовут?
- Ленни.
- Ленни. – Хенрик развернулся к «балбесу», - Мы можем закрыть глаза на то, что ты трахал трупешник. Мы ведь Чистильщики, а не моралисты какие-то. Но мы – хотим жить. Поэтому. Сейчас ты сядешь вон там, - Хенрик указал место в десяти шагах, - И будешь сидеть там, держа руки за головой.
Я доступно объяснил? Или прострелить кисть и тебе?
Ленни, побледневший, если только это было возможно, ещё больше, быстро кивнул. Хенрик, нахмурившись, проревел:
- Я доступно объяснил?!
- Да! Да, господин Чистильщик! Я… Всё понял!
- Отлично. В таком случае отправляемся, как только Майкл закончит перевязку.
Через пять минут всё было закончено.
Майкл отлично справился и с наложением жгута, и с перевязкой. Тони за это время просмотрел содержимое рюкзаков троицы, просто вывалив его наземь. Оружия не нашлось, а все патроны Тони перегрузил в свой рюкзак. Хенрик, державший в это время троицу на прицеле, приказал:
- Загружайте своё барахлишко в рюкзаки. А, да. Раненный не сможет. Майкл. Не в службу, а в дружбу: загрузи и его рюкзак.
Оружие, конечно, тоже перекочевало в рюкзаки Чистильщиков.
Перед отправлением Хенрик сказал:
- Ждите меня вон там! Первым идёт Ленни. За ним – раненный парень. Затем – Майкл. Мой напарник – замыкающий. Не вздумайте умничать: он стреляет ещё лучше меня. Просто не любит стрелять – в людей.
Глядя, как маленький караван удаляется по пути, которым пришёл сюда, Хенрик молчал. Только краем рта дёргал: не любил он этот, завершающий, этап.
Но голову всё равно придётся отрубить. И доставить.
Иначе как они докажут, что Ведьма «гарантированно» мертва?
