— Да, святой отец. Я буду помнить об этом всю оставшуюся жизнь.
______
И вновь, как 7 лет назад начались скитания по подъездам и подвалам и ночевки на вокзалах.
Как то раз на вокзале задремавшую девочку разбудил пожилой мужик, показавшийся ей знакомым.
— Мурка! Ба! Это же Мурка. Приемная дочь самой марувихерши Нюрки. Как она, что с ней? Пойдем со мной, вот братва обрадуется!
Умерла Нюрка. Неделю назад, вечером. А я завязала!
— Что, совсем?
— Совсем! Я Нюрке перед смертью обещала. Она сама просила меня сделать это.
— Да, действительно. В последней просьбе матери не отказывают. Даже, если эта мать – знаменитая на всю Россию карманная воровка, марувихерша! А я семерик на зоне отпахал. Уж десять ден, как откинулся. Все Нюрку искал. Мы с ней после первой ходки познакомились. Влюбился я тогда в неё, прямо по уши … И она ко мне вроде как благоволила. Потом у меня была вторая ходка на зону и разошлись у нас с Нюркой пути-дороженьки. Ладно, Нюрочка моя, милая, царствие тебе небесное! А тебе девочка … на вот адресок. Трудно будет приходи. Там тебя люди знают и встретят, как человека. А живешь-то ты где милая?
— Нигде! Так, бомжую …
— Под открытым небом что ли?
— Ну, если не считать подъезды и подвалы …
— Слушай у меня тоже три дня назад друг умер. Бомжевал всю жизнь. А жил он в одной тепловой камере, что в конце второго микрорайона. Там недалеко трамвайная остановка. Метров сто от нее заброшенное здание бывшей котельной. А рядом с ним эта тепловая камера. Я был у него в тот день, как откинулся. Там нормально. Сухо и крыша не течет. А главное тепло. Зимой точно не замерзнешь. Ладно, бывай, милая!
Так у неё и появился тот дом, где он жила чуть ли ни весь год. Но в этом году тепловой режим видно изменился и там стало просто невмоготу жарко, дышать нечем. И она ушла оттуда сюда в этот переход. Как здесь будет зимой – она не думала об этом. Впрочем, нет, была мысль вернуться к морозам опять в ту самую теплую камеру.
_______
Небо потихоньку прояснялось. Солнце уже растопило изрядный прогал в тучах, а поднявшийся ветерок разгонял их все дальше и дальше, освобождая бескрайнюю синеву небо и приглашая туда своих постоянных пользователей: птиц и насекомых.
В это время звук движка подъезжающей машины вывел девушку из оцепенения.
Машина остановилась прямо возле неё. Поняв, что водитель обратил на неё внимание, она не глядя на машину несколько раз махнула ему рукой, делая знаки, чтоб быстрее уезжал отсюда.
Но водитель, кажется, вышел из машины. Она поднялась и стала спускаться вниз по переходу. И хотя она не видела его, он был для неё просто тенью, девушка почувствовала, что он идет за ней следом.
Она дошла до своего укромного закутка и легла на свою подстилку из старых половиков, не обращая на него внимания, демонстративно отвернувшись от него к бетонной стенке. Однако, перед тем, как отвернуться, в этот раз она мельком успела заметить не только то, что он остановился в 8 шагах от неё у крайнего мусорного бака, но и заметить его лицо. Наверное, лет сорок, — подумала она, — и, кажется, красив.
Она немного повернулась обратно. Пара одиноких прохожих прошла мимо. Потом тихо подошла какая-то сердобольная старушка и положила в её стаканчик сторублевую бумажку и собралась было идти дальше, но тут мимо пробежал юркий мальчишка и прямо на бегу выхватил эту сторублевку из стаканчика. Старушка прикрикнула на мальчишку и лишь погрозила ему пальцем. Потом покачала головой достала старенький кошелечек, открыла его и развела руками, мол, больше там нет ничего. Потом достала из сумки газету, развернула её и накрыла девушки её голые ноги. Укоризненно посмотрев на стоявшего рядом мужчину, буркнула:
— Это от дурного глазу!
И заторопилась на выход. Следом за ней направился и мужчина.
— Ушел, — подумала она. – Ну и слава богу!
Она снова встала, поднялась с перехода на улицу и опять села на свое место у входа. К её огорчению машина стояла на том же месте, а мужчина копался в её открытом багажнике.
Потом он вытащил оттуда две внушительного вида перевязанные веревками стопки старых газет и журналов и направился к бакам.
— Вот зачем он здесь! – подумала она, — места больше не нашел, что ли?
Мужчина выбросил в бак свои свертки и вышел из перехода, Потом подошел к ней и присел рядом на корточки.
Он протянул ей руку лодочкой и тихо так сказал:
— Я Андрей, а ты?
Она молчала, не зная отвечать ему или послать лесом. Тогда он опять также тихо произнес:
— Вставай! Пойдем со мной?
Это был первый мужчина, пожелавший с ней познакомиться. Понимая всю безысходность ситуации, жалея себя, с набежавшими вдруг слезами на глазах и с отчаянием в голосе она почти закричала на него:
— Вы что же думаете, одного вашего вида, крутой тачки и сказанного вами имени будет достаточно для того, чтобы я, как собачонка, побежала следом за вами?
— Послушай! Давай на «ты». Идем! Я лишь хочу, помочь, чтобы ты привела себя в порядок и увидела в зеркале, какая же ты красивая!
Она замолчала, не глядя на него.
— Пойдем! Я недавно купил себе дом, здесь в поселке, недалеко. Потом уйдешь, когда захочешь. Вот платочек, возьми, вытри слезки свои …
_______
Она поднялась и вдруг почувствовала, что ноги не держат её от волнения и покачнулась. Он подхватил её и почти на руках отнес к машине. Потом открыл ей дверцу … Прежде чем, сесть на сиденье, она первый раз взглянула ему в глаза и также тихо сказала:
— Я Света, Светка!
— Нет, ты не Светка, ты — Светлана! – поправил он её.
Потом он сел рядом с ней за руль и включил зажигание. Двигатель заработал почти не слышно. Под эту песню импортного движка она забылась. Ей чудилось, что она вдруг оказалась и летит в каком-то не настоящем, не существующим пространстве. Вот-вот, время остановится, откроется дверка и она войдет в этот новый сказочный мир, с эльфами, феями и
