охотник на вес золота. Их оружие — серебряные кинжалы и заговорённые пули, их защита — бдительное око и ведьмовские заклятия.
— Что ты умеешь, новичок? — спрашивал меня Эрик при первой встрече.
— Метко стрелять и бить прямо в сердце, — как по писаному отвечал я.
— Нет, какими заклятиями ты владеешь?
Я подумал, что это очередная проверка:
— Список моих способностей прилагался к сопроводительному письму...
Взгляд Эрика стал суровее, чем обычно. Я явно его раздражал.
— Молодой дурак! — вспылил он. — Как полагаться на тебя в бою, если я не знаю, на что ты способен!? Засунь себе знаешь-куда свои документы!
Я примирительно поднял руки:
— Покажите свои умения, и я покажу свои. Будет тренировка.
Эрик прищурил глаза, пытаясь прочесть мой мотив, но махнул рукой:
— Хорошо. Смотри, мальчишка.
"Святой колокол" и "древняя звезда" — простые и действенные заклятья сотворения света — вот первое, что он мне показал. Я исполнил их даже лучше, и это снова его разозлило. Он начал творить заклятья одно за другим: боевые, защитные, призывы, сотворения. Я решил потешить его эго и специально проваливал более сложные знаки и молитвы, но Эрик не унимался.
— Ты что, жалеешь меня?!! — орал он. — Я вижу, что ты в совершенстве владеешь всем чёртовым списком! Молодой дурак. Только попробуй схалтурить на поле боя, и я самолично вычищу твоей мордой нужник.
После того случая мне никак не удавалось расположить к себе Эрика. Он смотрел то ли с завистью, то ли с презрением, щурил глаза и фыркал: "Молодой дурак!" — всякий раз, когда я проявлял себя средь фальконеров. Впрочем, подходящих случаев было не то чтобы много.
Я помогал исцелять Диего: мои молитвы оказывали на него благотворное влияние.
Он очнулся на третий день, отыскал глазами Эрика и, выдохнув: "Ты жив!", — больше ни с кем не перекинулся ни словом. Я часто ловил на себе его взгляд, и от этого взгляда меня почему-то знобило, а желудок сводило спазмами.
Мы похоронили Присс по уставу фальконеров в тот же день, когда очнулся Диего: испепелили у всех на глазах заклятьями адского пламени, а пепел смешали с древесной золой и закопали под кострищем.
— Пусть её дух осветит нам путь, — сказал Дэйтон.
Вскоре мы снялись со стоянки.
Марк и Стэн успели ещё раз посетить деревню перед отправкой, набрали провизии и расспросили местных о Лиаму Ума.
Человек тьмы появлялся здесь несколько раз, пожирал домашний скот, пугал ребятишек, охотился на людей в лесу.
— Не понимаю, — шептал Эрик Дэйтону, пока мы перебирались через небольшую расщелину по подвесному мосту. — С такой силой он мог вырезать всю деревню, сожрать всех: от волов до цыплят, — но не стал. Это точно не демон. Разве демон способен остановиться? Нет. Демон не остановится, пока не дотлеет последний дом. А юма? Юма не станет пугать ребятишек. Он их просто сожрёт! Что не так с этим чудовищем?
— Быть может, это и не чудовище вовсе, — мрачно ответил Дэйтон.
Фальконерам была противна сама мысль о том, что это творил человек. Но они утешали себя тем, что человек не мог вывернуть корову наизнанку и сожрать всю её плоть, оставив лишь рога и копыта.
По мнению Дэйтона, Человек тьмы преследовал какую-то цель. Его путь, если верить слухам и многочисленным сообщениям, начинался на юге и пролегал через десятки деревень и сёл. Однако, если поначалу Лиаму Ума двигался по прямой, вскоре его появления стали беспорядочны и хаотичны. Слухи плодились быстрее, чем он пробирался на Север. Орден перестал отличать вымысел от правды, байки от донесений, и потому было решено выслать группу разведки, к которой присоединился и я.
Мы шли на юг — туда, где, по мнению Дэйтона, впервые появился Лиаму Ума. Мы искали портал, древнюю гробницу, заброшенный замок, или на худой конец, капище Чёрной Воды. Но теперь, кажется, наши поиски должны были прекратиться.
— Почему мы продолжаем идти? — спросил я у Таури. Мне казалось, что из всех фальконеров она была ко мне наиболее благосклонна.
— А ты не догадываешься? — усмехнулась она, сверкнув чёрными, как ночь, глазами.
В такие глаза легко ненароком влюбиться.
Я решил разыграть дурачка:
— Лиаму Ума здесь. Разве нам не нужно вернуться и сообщить? Ни одно чудовище не скроется от целого легиона фальконеров!
— Если так учит Зелёный Берег, неудивительно, что у тебя куча регалий, — Таури рассмеялась, — Мы — разведчики, Новичок. И мы разведываем. А сообщение в Орден уже отправлено.
Я остановился:
— Как отправлено? Когда?
Таури обернулась, лучезарно улыбаясь:
— Да вот буквально вчера, когда Марк со Стэном ходили в деревню. Ты разве не видел сигнал?
— Я видел зелёную вспышку... — вспомнил я.
— Зелёный шар, — поправила Таури, — Гонец скачет во весь опор. Через пару дней послание прибудет в Орден.
Пара дней!
Я прикинул в уме. При любых раскладах Орден нагонит нас не раньше, чем через неделю.
— Успеется ли? — вслух подумал я.
Таури откликнулась:
— Боишься, что мы раньше найдём точку исхода? — её голос звучал всё веселее, — Не переживай! У Дэйтона с Эриком уже есть план. А если что-то пойдёт не так, — она засмеялась, — Мы вручим Человеку тьмы твои документы. Он портки обделает от страха!
К её веселью присоединилась добрая половина фальконеров. Они оценили шутку. А вот мне было не до смеха.
***
Вдали от торговых трактов, под защитой широкой горной гряды приютилась маленькая деревушка под названием Каруюхайа, которую местные считали краем мира. Они искренне верили, что за горами начинается царство мёртвых, потому что никто из живых не возвращался оттуда.
— Это был человек, — рассказывал Дэйтону староста, расцвечивая каждое слово яркими жестами. — Он пришёл из-за гор, долго говорил не по-нашему, потом научился. Мы одели и накормили его.
— Зачем мертвецу еда и одежда? — сурово спросил Эрик.
— Или — демону! — ничуть не смутился старик.
— Что он делал, о чём говорил?
— Говорил о чудовищах, спрашивал, не живут ли в наших лесах нечистые, которых не может сразить человек.
— И что вы ему отвечали?
Староста всплеснул руками:
— Правду! Боги леса давно оставили мир живых, а иные беды нас миновали.
— Что потом?
— Потом человек ушёл. И пришёл демон. Он резал скот, убивал всех, кто ходит дальними тропами. Мы отправили вестника в Орден, потом другого, и ещё. Многие женщины остались без мужей... — староста обвёл фальконеров многозначительным взглядом, — ...из дюжины вернулся один. Но к тому времени демон покинул наши края.
На этом беседа закончилась, а чуть позже, обосновавшись в заброшенном доме на окраине Каруюхайи, фальконеры принялись складывать разрозненные кусочки мозаики.
— Это было одно из первых сообщений о Лиаму Ума, — сказал Дэйтон. — Много позже мы узнали, что похожий человек разорил несколько селений в Зелёной Пустыне. Его путь начался там, за горной грядой.
— Мы и за месяц не перейдём эти горы! — воскликнул я, и тут же пожалел о сказанном. Нож Бриго лязгнул о точильный камень, Марк погасил улыбку, Таури прикрыла глаза рукой.
— Иногда ты поражаешь своей невежественностью, — сказал Дэйтон, — Нам не нужно переходить горы. Мы пойдём на юг, к Большому Тракту, возьмём лошадей и обогнём гряду. Путь займёт чуть менее двух недель.
— Ты ведь с Зелёного Берега, новичок, — Эрик провёл пятернёй по засаленной бороде, — Как ты мог забыть о большом тракте?
Я потупил глаза и промямлил:
— Я думал, нам нужно идти по следам Человека тьмы...
Таури растрепала мне волосы:
— Дурачок!
В деревне решили остаться на несколько дней, чтобы набраться сил и запастись провизией.
Фальконеры не забывали об осторожности и долге разведчиков. Минимум трое
