Aeternum bellum-бесконечная война. Часть 1 Инквиетум. Глава 6 (страница 1 из 2)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Фэнтези
Сборник: AETERNUM BELLUM (БЕСКОНЕЧНАЯ ВОЙНА)
Автор:
Баллы: 6
Читатели: 213
Внесено на сайт:
Действия:

Предисловие:
Германия, наши годы. 

Персонажи – вымышленные потомки реально существовавших немецких королевских и дворянских фамилий, живущие в магическом мире, тесно связанном с человеческим. На фоне антуражных исторических мест Германии представлены подлинные проблемы людских душ.

Первая часть романа – «Инквиетум»  – выстроена на воспоминаниях главного героя, рисующих картину становления, развития, разрушения и возрождения личности под влиянием обстоятельств, ненависти и любви, а также борьбы добра и зла, разворачивающейся между двумя политическими организациями волшебников.

Произведение наполнено драматизмом и приключениями, развязка же неожиданна и для читателя, и для самих героев.

Aeternum bellum-бесконечная война. Часть 1 Инквиетум. Глава 6



[justify]На следующий день Конрад проснулся от ощущения, что ему не хватает воздуха. Ломило грудь и онемело левое плечо. Осторожно заглянув внутрь себя, чародей увидел, что сердце, до сих пор не дававшее сбоев, раздулось и трепещет. Попытка стабилизации результатов не дала.
Виттельсбах не был знаком с природой сердечных болезней, но догадывался, что любое движение усилит нагрузку, поэтому лежал тихо, а в голове его снова начали кружить воспоминания. Прогнать их он не смог.

Семнадцатилетние Вольф и Конрад сидели на лугу в высокой траве, прислушиваясь к звонкому голоску перекликающейся с Хорстом Гизелы, по чьему капризу их и занесло сегодня в эти диковатые места. Стрекотали кузнечики, головы палил зной…
– И ни деревца, чтобы укрыться, – недовольно бормотал Майдель, вытирая пот. – Что за фантазия в такую жару развлекаться на открытом месте?
– Не ворчи, – с улыбкой сказал ему Виттельсбах, – посмотри, как здесь красиво.
–  Тебе бы всё лютики-цветочки-бабочки, романтик ты наш, – фыркнул собеседник. – А о будущем ты задумывался?
– Да что о нём думать? – удивлённо спросил Конрад. – Нам в университеты не поступать и на службу не устраиваться. Как сложится, так сложится.
– Э-э, нет….
Вольф сорвал травинку, задумчиво пожевал её и выплюнул.
– Ты – потомок королевской династии. Как ты собираешься сие использовать?
Юноша поморщился.
– Никак. Меня и без того угнетает, что отец отказался от своего отшельничества и пытается приучить сыновей к светской жизни. Эти приёмы, рауты, где на нас смотрят, как на живые реликты… Бог мой! Неуёмное восхищение в лицо и косые взгляды за спиной. Не пожелаешь и врагу.
Виттельсбах передёрнул плечами.
– А самое неприятное, что мне постоянно навязывают «блестящие» партии из семейств Габсбургов, Гогенцоллернов и прочих благородных родов.
– Ну, и как? – оживился Майдель.
– Что, как? Большинство кандидаток – фальшивые, жеманные, не блистающие умом девицы. Да, что ум, красота – и та наносная. И все гораздо старше. Последний раз, например, нам с намёками представили некую Андреа, которой недавно исполнилось двадцать девять.
– Ого-го, – заржал Вольф, повалившись на спину. – Связать жизнь с древней старухой – это слишком! А колдуны среди них есть?
– Ну, да, – неохотно ответил Конрад, – я же говорил, что среди отпрысков аристократов много волшебников. И что?
– Как, что?
Молодой маг вскочил.
– Ты понимаешь, какие перспективы это перед тобой открывает. К совершеннолетию твоя магическая мощь достигнет апогея, и те, кто танцует сейчас на балах, придут  именно к тебе.
Виттельсбах нахмурился.
– Это ещё зачем?
Майдель забегал вокруг приятеля, а потом снова кинулся на траву. Лёжа на животе и глядя в лицо Конраду, он развивал свою мысль:
– Теперешнему русскому дуксу «Серви ноктис» сто шесть лет. Я слышал, старик сильно сдал. Ещё год-другой, и его не станет. Тогда всё магическое сообщество обратится к сильнейшему. А это… кто? И у тебя есть ещё и то преимущество, что ты являешься потомком королей, а не простым дворянином. Власть может перейти к... кому? Понимаешь?
Собеседник помрачнел ещё больше.
– Вольфи, я не хочу никакой власти! В свете последних событий даже упоминания о моём  происхождении стали меня раздражать. Кроме того, «Серви ноктис» меня не привлекает. Я не хочу входить туда, ясно?
Майдель разинул рот.
– Ты хочешь связаться с филиями – этими слюнтяями, которые не могут поднять руку на человека даже когда их убивают? Вот уж выбор так выбор, ничего не скажешь!
Конрад поймал прыгнувшего ему на запястье зелёного кузнечика и осторожно посадил того на травинку, любуясь изящным созданием.
– Я, вообще, не желаю ввязываться в политику, Вольф, мне равно претят как жестокость, так и пацифизм. Лучше уж стать инквиетумом. Я хочу жить обычной жизнью: жениться на Гизеле, воспитывать и учить детей, любоваться вот этой красотой….
Он развёл руки в стороны, словно пытаясь заключить в объятия всё, что их окружало.
– А оградить себя и семью от опасности я сумею всегда.
Взгляд Майделя похолодел. Кулак его опустился на замершего кузнечика, превратив несчастное существо в липкое месиво.
– Вот как надо бороться за своё место в мире! – заорал он так, что близ юношей полегла трава. – Ты не сможешь никого защитить, если у тебя не будет желания ударить! Имея возможность стать великим, ты хочешь отказаться от исторической миссии ради романтических бредней...
И язвительно подчеркнул:
– Твоя светлость…
Взвившись, Конрад что-то пробормотал сквозь зубы, и Вольф почувствовал, что не может шевельнуть ни одним членом: приятель наложил на него заклятие обездвиживания.
– Не смей делать такого при мне, – угрожающе процедил тот, показывая на останки насекомого. – И возвращаться к этому разговору тоже не вздумай. Я поделился с тобой своими планами, всё будет так, как я сказал, и даже не пытайся меня переубедить. Обтурацио!

Обтурацио (лат. obturatio) – остановить. Прекратить действие какого-либо заклинания.

Майдель рухнул в траву, со страхом и изумлением глядя на друга, выпрямившегося во весь свой двухметровый рост и взирающего на него сверху вниз. Внезапно он почувствовал себя тем самым кузнечиком, над которым навис огромный кулак. Поёжившись от непривычного ощущения, маг примирительно сказал:
– Ну, прости меня, Кон! Я перегнул палку. Не хочешь, как хочешь, дело твоё.
Виттельсбах расслабился и сел рядом.
– Я люблю тебя, Вольфи, и меня тревожит твоя нередко неоправданная жестокость. Детство у тебя было несладким, я понимаю, но, поверь, и моё меня не баловало. Оставь ты мысли о власти и наслаждайся жизнью.
Визави покачал головой.
– Каждому своё, Конрад.
Неподалёку прозвучал девичий смех, и Майдель перевёл разговор на другое:
– Мне кажется, что Гизела с Хорстом уже собрали все ромашки на лугу и даже успели погадать на любовь, – хитро улыбнувшись, сказал он.
Друг встревожился.
– И верно, пожалуй, они слишком долго остаются наедине.
– Ревнуешь? – лукаво спросил Вольф.
– Не то чтобы, – смутился Виттельсбах, – но всё же как-то неспокойно.
– Ну, тогда пошли к ним.
И мальчики, вскочив, наперегонки побежали на звук весёлых голосов.

Память вырвала колдуна из этой грёзы и перенесла на два года вперёд в совершенно иное место. В столь болезненном состоянии чародею мог бы привидеться кошмар, но воспоминание оказалось не таким уж плохим – всего лишь отрывок из незначительного, давно прожитого дня.

Зал был залит светом и шумел, словно морские волны. Щебетали дамы, наряженные в вечерние платья от лучших кутюрье мира, беседовали о своём мужчины. Все ждали появления главной фигуры – хозяина сегодняшнего вечера, наследника Габсбургской ветви с супругой.
На приёме присутствовали отец и сын Виттельсбахи. Конрад мучился от дискомфорта, порождаемого классическим костюмом и прочими аксессуарами. Гораздо уютнее он чувствовал бы себя в обычном одеянии – рубашке, брюках и привычном уже плаще. Но светское сборище вряд ли по достоинству оценило бы такой наряд, поэтому приходилось терпеть. Неловкость усиливалась тем, что молодой маг-воин до сих пор не имел понятия, как себя вести, и боялся совершить промах.
Рихард же, напротив, свободно вступал в беседу то с одним, то с другим, обсуждая проблемы, о которых Конрад не имел понятия, и представлял собеседникам сына. Мужчины пожимали руку отпрыску дома Виттельсбахов, женщины умилённо смотрели на красивого юношу, а тот чувствовал себя породистой собакой на выгуле, которую каждый норовит погладить. С каким удовольствием восемнадцатилетний волшебник отправился бы сейчас с Гизелой на берег Рейна или на один из её любимых ромашковых лугов. Искусственные ароматы, фальшивые улыбки, бессмысленные словоизлияния – всё угнетало молодого чародея.
Но Конрад не привык сдаваться. Не желая выглядеть дикарём, стараясь приноровиться к обществу, он улыбался, склонял голову в приветствии и даже пытался поддерживать разговор под благосклонным взглядом отца, довольного его поведением. И всё же испытал огромное облегчение, когда в зале появилась долгожданная чета владельцев этого роскошного приюта для избранных, и на него перестали обращать внимание.

Вечер был в разгаре. Поцеловав руку даме, с которой оживлённо беседовал, Рихард вернулся туда, где его ждал сын, и взял с подноса бокал вина – третий за сегодня. Глаза его блестели, и чувствовал он себя вполне комфортно. И Конрад, несмотря ни на что, восхищался отцом. В пору юности старший Виттельсбах вёл светский образ жизни и сейчас вновь с наслаждением купался в том, что когда-то являлось его естественной средой обитания. Глядя на родителя, выросший на воле молодой человек слегка завидовал его свободе обращения в чуждом ему самому мире, который никогда не станет для него родным.
Благодаря редким откровениям Рихарда, сын знал, что женился тот рано, вступив в брак по воле родителей. Жена из испанской ветви Бурбонов тоже оказалась очень юна. Обоим повезло, молодые люди полюбили друг друга. Конрад помнил те времена. Эстефания стала хорошей матерью, и отец тогда вёл себя иначе. Эти счастливые воспоминания о мире и покое, как в семье, так и за стенами их дома, юноша бережно, словно драгоценный камень, хранил в укромном уголке сознания. О них не знал никто, даже Гизела.
А потом случилась беда. Когда родился Карл, что-то пошло не так, и мама умерла. С тех пор и посуровел Рихард, именно тогда он и отказался от светских развлечений, так нравившихся им с Эстефанией, посвятив себя воспитанию сыновей…
Конрад оторвался от размышлений, когда рядом остановились две юные, как ему сначала показалось, девушки. И изумился, поняв, что одна из них – ровесница отца. Та представила Виттельсбахам дочь – Габриэле. Рядом с высоким, широкоплечим атлетичным юношей все женщины казались маленькими и хрупкими, но Габи, как называла её мать, перекрывала все стандарты: макушка изящной головки находилась на уровне груди молодого мага, и чтобы поцеловать маленькую ручку, ему пришлось согнуться чуть ли не вдвое.
Несмотря на крохотный рост, Габриэле была такой хорошенькой, что в груди Конрада что-то ёкнуло. И, если бы не его романтическая влюблённость в Гизелу, кто знает, во что вылилось бы это знакомство. К тому же девушка оказалась очень неглупой, и молодые люди легко поддерживали разговор, находя предостаточно интересных тем. Конрад даже испытал чувство сожаления, когда старшая дама, окликнув дочь, повела её дальше – вглубь огромного зала.
Чародей вздохнул. С уходом единомышленницы вечер вновь потерял для него свою прелесть. Чувствуя, как в нём растёт раздражение, юноша, взяв с подноса бокал, залпом опорожнил его и немедленно пожалел об этом. Незнакомый с алкоголем организм отреагировал соответственно и мгновенно. Перед глазами всё закружилось, мысли спутались, гул толпы


Оценка произведения:
Разное:
Обсуждение
     20:40 02.09.2018 (1)
1
Боль в груди, нечем дышать, немеет левая рука — у Конрада инфаркт. При обширном инфаркте возникает сильная боль в предплечье и рвота при малейшей активности. 
Конрада тоже вывезли в свет с матримониальной целью, парень засиделся в девках, только не каждая девушка может стать его невестой.
     21:16 02.09.2018
1
Последнее позабавило ))) А ведь верно, и ему пора. Учитывая, что волшебники рано вступают в браки...
По-видимому, инфаркт он будет переносить на ногах ( 
Спасибо!
     14:48 13.08.2018 (1)
1
По прежнему - хорошо
     15:10 13.08.2018
Спасибо!
     19:33 06.07.2018 (1)
1
страдания юного Вертера)))))
     22:05 06.07.2018 (1)
1
Хм... Да 
     13:59 07.07.2018
1
Реклама