конечно. Обязательно. Все передам». Звонил начальник мужа и назначил время на завтра, приказав быть в его кабинете обоим – и Анатолию и Лере. После обеда брат увлек Анатолия на балкон и они там долго беседовали. Вечером гость заявил, что ему лучше остаться дома переночевать, раз рано утром надо быть у начальства. Лера удивилась такому решению мужа, но вида не подала. Постелили им как всегда, когда они приезжали, на тахте – другого места просто не было – разве что на полу. Анатолий не возражал и Лера первая нырнула под стеночку, а он прилег с самого края – расстояние между ними было не меньше метра с хвостиком. И что только ни крутилось в голове женщины, не давая покоя ни на минуту. Сна не было. Но ровное и мерное дыхание быстро заснувшего мужа привело Леру к нервному ознобу. Она обхватила себя покрепче руками, чтоб меньше трясло, но это не помогло: начали стучать и зубы. Лера тихонько сползла через изножие тахты и бесшумно ступая, села в кресло. Она смотрела на спящего мужа и хоровод воспоминаний отвлек ее – озноб прекратился. Она увидела себя и Толю, сидящими за последней партой в 10 классе, как она списывала у него мгновенно решенную им математику, а он у нее – все знаки препинания в изложениях, как им от этого было весело и смешно, а потом как они тяжело расставались, когда ему пришло время уезжать в лагерь на сборы для поступления в военное училище, как на 1-м курсе университета в нее влюбился синеглазый Володька, по которому вздыхала почти половина девчонок курса, как всегда ждала каждого выходного дня – из дома – ни шагу, а вдруг Толик в увольнении и придет? Такой смешной и милый – в сапогах, пилотке, а потом в шинели до пяток и шапке ушанке. Яркие и теплые образы прошлого оборвались совсем неожиданно – громким и четким голосом мужа. «Да. Хорошо. Да», - услышала Лера. «Ты уже проснулся?», - шепотом спросила Лера в темноту комнаты. В ответ – тишина. Подождав, она встала из кресла и на цыпочках подошла к тахте – муж спал. Хотела вернуться в кресло, но неподвижно замерла не веря глазам своим – руки мужа задвигались и, подняв их высоко над собой, он начал ими помахивать, тянуть вверх, сжимать и разжимать кулаки – Лера даже наклонилась поближе к мужу – притворяется? Но… Анатолий крепко спал. Через какое-то время его руки резко опустились и громко пробормотав невнятную фразу, он перевернулся во сне со спины на бок – спиной к стенке.. . До самого утра Лера так и просидела в кресле не шелохнувшись . В душе появилось странное чувство тревожности - не за себя. За своего Толика.
Утро выдалось пасмурным и дождливым. Брат с женой делали суетливый и веселый вид – как у нас теперь в семье все хорошо! Разговаривали громко и шутили – а Лере было не до шуток - она украдкой взглядывала на мужа – как он? Он хоть и был очень бледным – поведение опасений не вызывало. Вручив им большой мужской зонт, брат вызвался подвезти их по нужному адресу. И они поехали – в машине муж, отвернувшись от Леры, смотрел в окно – как несутся мимо красивые дома, мосты, зеленые скверы. О предстоящей встрече с начальством мужа Лере не думалось – но в душе появился какой- то червячок – зачем это?, разве это правильно? Но изменить она ничего не могла. В огромном кабинете их посадили за небольшой столик сбоку – чай?, кофе? – они отказались , но все равно секретарша принесла этот поднос… Начальство, когда захочет, такое милое и вкрадчивое – говорило само – не ожидая ни вопросов, ни ответов. И о будущей перспективной должности , и о партбилете, и о возможности переезда их семьи сюда. И что-то еще и еще… На прощание начальник крепко пожал мужу руку со словами «Коней на переправе не меняют, Анатолий Федорович. И берегите свою жену. Такая редкость она у вас. И где Вы ее нашли?». «Ха,- подумала Лера, - меня и искать не надо было. Рядом и ближе некуда». Когда вышли на улицу, дождь уже прекратился – и они медленно пошли к станции метро. Молчали. Лера не выдержала первой : «Толик, и я, и дети так за тобой скучаем, бросай ты эту свою бодягу и переведись в другое место. Любое. Зато будем всегда вместе». Он ничего не ответил, только внимательно посмотрел на жену. Подошли к метро. «А твоя диссертация?», - неожиданно спросил Анатолий. Лера растерялась – сейчас муж так затмил ей весь белый свет, что забылось обо всем. Она позволила себе улыбнуться: «Главная моя диссертация – это – ты. Нет, мы. Нет, - ты». Видимо, его рассмешила ее сбивчивость - теперь улыбнулся и он. Жетонов на проезд в метро у них не было и они пошли к кассе. Мельком взглянув на мужа, Лера просто так спросила:
- А почему ты не на машине?
- Какой машине?, - удивился он.
- На опеле.
- Откуда ты знаешь? - в его голосе уже звучало напряжение.
- Петр Иванович сказал. А что – это у тебя от нас секрет?
- Вот, вот! - видишь! Ты проговорилась! – с раздражением ответил муж. - Она мне правильно говорит про тебя, что ты везде только и знаешь, что следишь за мной! Все вынюхиваешь!
Улыбаться уже совсем не хотелось – откуда у Толи такие скверные словечки? Она рядом с ним больше 20 лет и слышит такое впервые. Да еще в свой адрес - с ума сошел?
- Прекрати глупости городить, - строго сказала Лера. И добавила: - Толя! Ты осознаешь, что сам на себя не похож? Что случилось?
Муж опустил голову и промолчал, а потом перевел взгляд в сторону от жены и она увидела его крепко сжатые губы.
- Какой ты стал… - Валерия от волнения не могла подобрать подходящего слова, - и всматриваяст в лицо Анатолия с горечью в голосе добавила:
- Смотрю на тебя – и не узнаю… А, ты не стесняйся! Закончится черная краска – тебе еще ее подсунут – чтоб не останавливался. Лучше бы домой собирался – дети тебя ждут и уже очередную стенгазету для тебя выпустили.
В метро они молча разошлись – каждый на свою линию. Лера с досадой думала – и зачем я спросила про машину? А внутренний голос ей ответил, что она – жена и имеет право - что такого-то? Спросила! Подумаешь! Не укусила же! – хоть он и заслужил. Что – то непонятное и страшное творилось с мужем – другого объяснения у женщины не нашлось.
Два дня прошли в тягучей неизвестности - Лера, обожающая этот город, сидела дома и часто подходила к телефону – сняв трубку, слушала – работает ли? Телефонный зуммер исправно подавал признаки жизни. А телефонные звонки были не от него…- то брат, то Аннушка, которые всеми силами пытались ее отвлечь, успокоить, а может быть ?.... даже проконтролировать? Вот узнай – что придет в голову молодой женщине в минуту отчаяния? На третий день позвонил муж и спросил, когда ему можно приехать? Я дома,- тихо ответила она мужу. Анатолий приехал к вечеру. После ужина брат опять под каким-то предлогом увлек его на балкон, потом они долго общались в комнате, качаясь в креслах-качалках. Женщины, притаившись, сидели на кухне, делая вид, что очень заняты: то овощи резали, то крупы перебирали – нашли себе занятия. Наконец на пороге кухни появились мужчины – и по виду оба довольные.
- А чайком сегодня здесь нас напоят? – поинтересовался брат.
- Только, если хорошо попросите, - улыбаясь ответила ему Аннушка.
- Тогда – три раза – пожалуйста!, - продолжал баловаться брат.
- Ну, уговорили. Лерочка, убираем наши дела – накрываем на стол чай.
Во время чаепития Лера сказала, что ей пора домой возвращаться – у детей экзамены на носу и ее, наверное, уже ждут на работе. Анатолий пусть сам решает – где ему быть. И как быть. На что тот ответил: « Поедем вместе. Послезавтра рано утром заеду за тобой – будь готова». Брат сидел с видом победителя – ему в этот момент точно не хватало наполеоновской треуголки. По Аннушке тоже было видно, что она довольна стараньям мужа. Лера и обрадовалась и с другой стороны испугалась - как же они дома будут жить? Что происходит? Вот так, как чужие? – будто не было между ними ни всепоглощающей любви, ни безграничной преданности, ни полного доверия и понимания друг друга с одного взгляда? Как жить – не помирившись, без душевного разговора и общения? И молодая женщина твердо решила - чего не хватает здесь – дома обеспечу точно. Там и стены, как говорится, помогают.
Муж остался ночевать – ему опять рано утром - быть на ковре у начальства. Рабочие вопросы, сказал, решать. Спать легли по-прежнему – она под стенкой, он – с краю тахты. Удивительное дело – Лера сама не заметила как стала засыпать, успокаиваясь фактом, что ее Толик рядом и так будет всегда. Домой! Они вернутся домой - это уже хорошо. Его рук, которые хоть дотронутся, хоть прикоснутся к ней – она сейчас уже не ждала. «А вот будем дома – все будет», - подумалось ей. Стресс тоже расслабился и выпустил Валерию из своих цепких объятий – пришло туманное забытье, а потом – и сон. За окном уже забрезжил рассвет, когда женщина проснулась от каких-то непонятных звуков. И увидела, что голова мужа хаотично мечется по подушке и он очень громко, но не разборчиво, что-то быстро-быстро бормочет. Прислушавшись – ничего не поняла - какая-то абра – кадабра. И непроизвольно ее руки потянулись к нему – такому еще родному и любимому – «Толик! Толик! Шшшш, все хорошо, все хорошо… «,- шептала Лера, легонько и нежно касаясь лица мужа. Ей так нестерпимо захотелось целовать и целовать его, прижаться к его родному плечу. .. С большим трудом Лере удалось удержаться от этого чувственного порыва. Она замерла : на ее глазах происходило чудо. Бормотанья стихли, голова мужа уже спокойно лежала на подушке, дыхание стало ровным и глубоким – он по-прежнему крепко спал. Недолго посидев под стенкой, лихорадочно думая и обнимая свои колени, Лера перебралась в спасительное кресло. Ей было о чем задуматься и на тахту она так и не вернулась.
За завтраком она спросила мужа - как бы невзначай – хорошо ли ему спалось. И получила утвердительный ответ. На удивление день промелькнул быстро – завтра!, завтра!, завтра! – стучало в висках Леры, - мы будем вместе!, сами!, потом – дома! Вечером, когда брат вернулся с работы, она решилась поделиться с ним о странностях в поведении Анатолия. Валентин Константинович как всегда выслушал ее очень внимательно, не перебивая, ничего не уточняя. И сразу вынес свой вердикт: «Это – стресс, сестренка! Представляешь, что там мелется у него в душе? Попал в переделку – а как выбраться – не знает… Уверен, хотел просто воспользоваться – раз дают, то чего нет? О какой любви может идти речь? Не смеши меня! Там таких держат – для здоровья, как сказал тебе по телефону Петр Иванович. Успокоится твой Толик, поверь. А сейчас – сама будь умничкой – завтра вам в дорогу.» И на Леру посыпался град наставлений от старшего брата – на работе срочно взять отпуск, послав всех и все подальше, Толика не дергать!, больше с ним шутить и смеяться!, быть всегда нарядной и терпеливой, самой к нему не лезть со своими чувствами, пока он полностью не восстановится, а главное – вообще даже не вспоминать о случившемся. Брат сам развеселился от потока своих советов и даже стал подначивать Аннушку поделиться терпением с сестренкой – было такое дело, что и его рыльце когда-то оказалось в пушку… Спать легли рано - Анатолий не позвонил и время, когда заедет за
