Произведение «Ничто не сравнится с тобой» (страница 1 из 11)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Рассказ
Автор:
Баллы: 2
Читатели: 216 +1
Дата:
Предисловие:
Имеют ли будущее отношения, в которых женщина старше?
Дело происходит в Голландии.

Друзья, читайте мои романы и рассказы на сайте "Ирина Лем приглашает"

Ничто не сравнится с тобой

Люблю декабрь. Его студеный утренний сумрак, не желающий рассеиваться и светлеть. Его простуженное, укутанное в облака небо - ворчливо-недовольное, из вредности закрывающее солнцу доступ к земле. Его колкие дожди, переходящие в липкий снегопад. Его туманы, дрожащим желе висящие между домами. Его короткие, ленивые дни, неторопливо пробуждающиеся, рассветающие наполовину, а в четыре уже спешащие на покой.

Его бесконечно тянущиеся вечера, когда спать еще рано, а что-то полезное делать лень, и не хочется ни ходить, ни говорить, ни вообще шевелиться. Хочется зажечь свечи, забраться с ногами на диван, накрыться до шеи ласковым, теплым пледом. Сидеть замерев. Глядеть не моргая на судорожное трепыхание свечного пламени, думать о приближающемся Рождестве. И тихо надеятся, что в ночь под праздник – по мановению исполняющей желания палочки повалит снег. Потому что именно по снегу в летучих санях прибывает к нам улыбчивый дед с ватной бородой и мешком подарков.

Конца декабря ожидаешь целый год. Каждый год. Не дай Бог пропустить тот таинственный вечер, который объединяет ребенка и взрослого одинаковым ощущением - ожиданием чуда, наступления какого-то невероятно счастливого события, которое происходит раз в жизни. И не обижаешься, если оно не происходит в этот год. Потому что на следующий – обязательно.

Это время, когда верится в невозможное и приходят в голову волшебные сказки...

Впрочем, в нашей истории ничего невероятного нет.

Начиналась она в мае.

1.

Дверь открылась с переливчатым звоном, возвещая приход новой посетительницы. Возвещать оказалось некому: в холле частной физиотерапевтической практики «Физиус» было пусто. Уютно. Неярко. И по-странному для лечебного учреждения тихо. Первое впечатление, сложившееся у Тани Герштанович: персонал и клиенты буквально только что находились здесь и внезапно дружно куда-то исчезли. Оставив входящим негласное приглашение: проходите, чувствуйте себя как дома. Вот аппарат для кофе и полагающиеся ингредиенты, самообслуживайтесь, пожалуйста. Вот телевизор, правда, без звука, но он и не требуется – всю необходимую информацию можно прочесть. Вот стулья и столы с журналами, присаживайтесь, читайте, чтобы не скучать.

Таня еще раз оглянулась, чтобы окончательно  удостовериться – она здесь одна. Заодно получше рассмотрела интерьер. Прямо – дверь во внутренние помещения. Слева – пустая стена. Направо – территория для ожидания, оформленная в виде гостиной. Наискосок – пустая стойка бюро с телефонным аппаратом и просветительскими брошюрами. Обычно в учреждениях за бюро сидит дама, регистрирующая пришедших, отвечающая на звонки и вопросы. Видимо, в «Физиусе» решили сэкономить на секретарше: второстепенный работник, можно обойтись. Вообще-то совпадало: когда Таня звонила записываться на прием, женский голос сказал:

- Вам не нужно сообщать о своем приходе. Ожидайте в холле. За вами придут.

Все-таки абсолютная тишина показалась слишком нереальной. Настораживала. Таня подумала: странно это. Мелькнуло сумасшедшее ощущение, которое часто посещает героев хорор-фильма: ее завлекли в ловушку. Это не физиотерапевтическая клиника, а место для экспериментов над людьми. Сейчас из двери выйдут здоровенные мужчины в белых халатах, молча возьмут ее под руки и потащат внутрь спиной вперед. Или похлеще: стены сами собой раздвинутся, уютный интерьер исчезнет, холл превратится в устрашающую медицинскую лабораторию со сверкающим хирургическим инструментом...

А, глупое наваждение! Таня хмыкнула про себя, тряхнула головой.  Подумала: чем бы пока заняться? Сидеть, тупо уставившись в телевизор или перелистывая журналы, не хотелось. Прошлась. Осмотрела поподробнее кофейный аппарат – черный, блестящий цилиндр со множеством кнопок. Пить кофе она не собиралась, не любила машинное, тем более с порошковым молоком. У нее дома стоит отличный, новый «сенсео» с отдельным питчером для взбивания пены. Получается капучино профессионального качества, именно такое, которое любила Таня: немного собственно кофе, большое количество молока и густо взбитая пенка сверху. Присыпать какао-порошком – готово!

Она не находилась здесь и пяти минут, но полнейшее отсутствие людей и звуков - хотя бы отдаленных разговоров или других живых шумов, начало настораживать. Не ошиблась ли адресом? Спросить не у кого. Посмотрела на экран. По немому телевизору показывали отзывы пациентов, которым помогли излечиться врачи «Физиус» - именно того учреждения, куда записывалась на прием. Значит, все правильно. Таня остановилась перед стойкой с буклетами про физиопроцедуры, которые предлагала практика. В подробностях рассмотрела висевший на стене план эвакуации на случай пожара. Оказывается, убегать придется не через входную дверь, а внутренними коридорами – через задний ход...

Доктор-физиотерапевт Джим фан Волленговен посмотрел сначала на часы, потом на угол компьютера, куда проецировалось изображение от камеры в холле. В двадцать минут одиннадцатого у него назначена встреча с пятидесятилетней пациенткой с жалобами на боли в спине. Пациентки не видно. Вместо нее спиной к камере стоит какая-то девушка: стройная, в платье чуть выше колен, короткой кожаной курточке, со светло-блондинистыми волосами до плеч.

Решил еще подождать – вероятно, его клиентка запаздывает. Или не придет вообще, такое случалось. Могла бы позвонить, предупредить – по закону вежливости... Когда через минуту картинка не изменилась, все-таки вышел в холл, скорее по обязанности, чем в уверенности, что девушка – к нему.

На звук открываемой двери посетительница обернулась, и Джим понял, что ошибся. Опешил немного. Перед ним стояла эффектно выглядевшая дама, находившаяся в гармонии со своим возрастом, который не скрывала, но умело вуалировала. Без резкого вторжения пластической коррекции, уродующей внешность, уничтожая индивидуальную неповторимость лица.

Джим догадался - в молодости дама выглядела ярко-привлекательно. Сейчас  привлекательно по-другому - утонченной эстетикой в чертах. Эстетикой, которая выдавала редкий тип женщин – красивых и умных, умеющих себя преподносить. Джим знал такой тип: гордые, но не заносчивые, знающие себе цену, но простые в общении... при одном условии: если почувствуют в собеседнике ровню по интеллекту. Раньше он с ними близко не сталкивался, не общался. Побаивался, что ли. С годами и жизненным опытом пришла уверенность в себе – был бы не прочь такую завоевать...

Внешне пациентка выглядела безупречно. Ухоженная кожа – гладкая, чистая, сохранившая молодую упругость. Без мешков под глазами и коричневых кругов на веках – спутников возраста «за сорок». Густые волосы аккуратно подкрашены, уложены по плечам в тщательно созданной небрежности. А главное - глаза: темно-карие, живые, излучающие энергию и озорство, будто их обладательница каждую минуту готова рассмеяться. Был бы повод.

Блондинка с карими глазами – комбинация, которую Джим обожал.

Только не сейчас. В данный момент он  доктор, существо бесполое, потому - эмоции задвинуть подальше.

Оцепенение длилось секунду. Он протянул руку:

- Добрый день. Мефрау Герштанович? Я ... -  и скороговоркой представился.

- Таня, - ответила она просто, как всегда в неофициальных случаях.

При знакомстве фамилия обычно не запоминается, не стоит напрягаться называть. К тому же доктор наверняка ее уже знает, как и многое остальное по медицинской части – из данных компьютера. Она посмотрела на Джима со спокойной уверенностью и немного с любопытством.  Будто молча вопрошая – что он имеет предложить по улучшению ее состояния? Ненавязчиво, но очевидно давая понять: если не понравится его обслуживание, тут же уйдет. Она держит ситуацию под контролем.

- Прошу за мной, – сказал доктор, сделав жест в сторону двери во внутренность «Физиуса».

Джим вошел первым и снова жестом показал на первую дверь налево, которая стояла открытой.

Внутри практика была так же пустынна, как и холл, но теперь Таня не сомневалась, что находится по нужному адресу. Настороженность пропала – она не в лаборатории садиста-маньяка. Попеняла себе: поменьше хорор-фильмов надо смотреть, нафантазировала не по делу. Хотя ей простительно – творческий человек, воображение богатое... Легкой походкой вошла в кабинет, остановилась.

Кабинет имел компактный размер, чуть меньше ее собственной гостиной, и не оставлял сомнений в своем предназначении – излечивать мышцы, позвоночник и суставы. Повсюду специальные принадлежности и тренажеры. На вешалке – эластичный эспандер. В углу - гигантский, серебряный шар для тренировки спины. Слева – покрытая свежим бумажным полотенцем кушетка для массажа, способная двигаться вверх-вниз. Напротив двери высокая металлическая конструкция с гирьками, пружинами и стульчиком внутри – неизвестного предназначения, не похожая на стандартные аппараты для фитнесса. За ней – огромное окно вместо стены с дверью в мини-садик, который виднелся в промежуток между неплотно прикрытыми гардинами.

- Присаживайтесь. – Джим показал на стул у торца стола, сам сел за компьютер. Пальцы забегали по клавиатуре. – Сначала несколько вопросов – заполнить формуляр.

Пока он задавал стандартные вопросы и делал копию с паспорта, Таня исподтишка его рассмотрела. Выглядел молодо, вероятно – около тридцати, что не понравилось. Она не любила молодых докторов. Они неопытны, часто неумелы, не отличаются уверенностью в себе. Предлагая метод лечения, не умеют настоять на своем, легко идут на поводу у пациента, заранее зная, что пострадает эффективность процедур.

«Ладно, не будем делать скороспешных выводов», - подумала Таня.  Когда ее спросили по телефону, кого она предпочла бы иметь лечащим специалистом – мужчину или женщину, она уверенно ответила – мужчину. С женщиной-массажером имела неудовлетворительный опыт общения незадолго до того. Жаль, что ее не спросили и о желаемом возрасте врача. Сказала бы «после сорока пяти».

Ха, шутка. Слишком большая роскошь – ставить много условий. Иначе найдутся привереды, будут выбирать доктора не только по полу и возрасту, а по цвету глаз и политическим убеждениям. Наверное, только миллионеры могут себе позволить подобную переборчивость... Кстати, к цвету его глаз у Тани претензий не появилось.

Молодой доктор оставил неплохое первое впечатление. Высокий, что Таня ценила в мужчине больше, чем лицо. Впрочем, к лицу тоже невозможно придраться. Не безупречно красивое, но вполне приятное, с легким загорелым оттенком и крупными, четкими чертами:


Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Обсуждение
Комментариев нет
Реклама