«Вот такой получается герой, но с дырочкой в правом боку», - скажу от себя, как от автора. – Кто прав, кто не прав, - не берусь судить.
- Наши легендарные предки – Адама и Ева – жили в этом раю? – с интересом спросила Ева.
- Нет, то был животный, земной рай, я же говорю о небесном, духовном рае.
- Чем же там они занимались?
- Они жили не среди ангелов на небе, а были на земле. Но тогда на земле они действительно жили, а не выживали, как мы. Там не было борьбы за свое, обособленное существование. Они жили рядом с Богом у древа жизни. Это живое древо росло до неба. В его кронах скрывались ангелы. Они не работали, в поте лица, и в муках не рожали, как и не занимались плотскими удовольствиями, которые скрашивают у нас жизнь, полную забот и хлопот в поисках хлеба насущного.
- Как быть с эволюцией, смутные контуры которой просматриваются в днях творения.
- Дни или циклы творения нам кажутся звеньями эволюции с точки зрения естественной истории.
- Меня только смущает то, что как медитация может послужить приближению смерти? – вдруг спросил Адам как бы самого себя.
Наступило молчание. Собеседники Адама ждали, что он ответит на свой вопрос. Но Адам молчал, не зная, что ответить. И тогда Иисус предположил, что медитация может дать случайный повод к смерти. Вот только то, что он назвал экзистенциальной медитацией может быть причастной к смерти, но не как ее причина, а как ментальное сопровождение.
- Да, может быть и так, - оживился Адам. – С самого начала пребывания в этом параллельном мире меня не отпускает впечатление того, что я уже не тот и все вокруг другое, как будто я оказался по ту сторону зеркала, в зазеркалье. Я смотрю на происходящее и на самого себя как проходящее, преходящее. И это наблюдение дает мне основание полагать свое существование, а заодно и ваше призрачным.
- Да, тебя не обманывают твои чувства, - согласился Иисус с адамовой версией толкования событий. - Только мы находимся не в другом мире, а в другом измерении этого мира – измерении не-бытия, так сказать. Это измерение перехода из одного состояния мира в другое.
- Нечто подобное буддистскому состоянию «бардо»?
- Вроде него. Это состояние тех, кто склонен был к ментальной жизни в прошлом, предсмертном существовании.
- Значит, мы «живые трупы»? – с огорчением в голосе спросила Ева.
- В твоих устах, Ева, вопрос вполне уместен. Кто, если не ты, могла задать такой вопрос. Да, мы уже мертвы. Но мы еще и живы для нового рождения. Вот в каком мире - покажет будущее, - пояснил Иисус.
- Но почему мы оказались в граде дураков?
- Потому что умереть для умного человека – это оказаться в дураках. Во всяком случае, другого объяснения у меня нет, - заключил Иисус.
На этом, любознательный читатель, нам пора оставить героев этой печальной повести наедине с их судьбой. Здесь они находятся уже вне зоны досягаемости наших предположений и описаний.
.
