- Мне не очень. Он позвал меня к себе домой. Ну, думаю, наконец-то. Я так застоялась здесь, среди этих специальных гендеров, как кобыла на конюшне. Мне бы чего попроще, понатуральнее. Но не тут-то было. Он стал заниматься со мной любовью к философии. И я сразу подумала: «Не так страшна любовь, как философское отношение к ней».
- Ну, и дела. Неужели Каин стал беседовать с тобой про любовь, как какой-то трахнутый философией дурак?
- Вот-вот, именно так. Я все ждала-ждала, когда дело дойдет до любви, но оно закончилось так и не начавшись. Полное удовольствие от любви к беседе, а не к самой любви получил только Каин.
- Ты, наверное, не знаешь, как ты оказалась права. Каин, на самом деле, никакой не философ, ибо, как софист, получает любовь, удовольствие не от любви, а от слова «любовь», от слов о любви.
- Помню еще со студенческой скамьи, как один учитель говорил, что слово «бог» – это уже бог.
- Ну, это он преувеличил. Слово «бог» не есть еще сам Бог. В Евангелии сравнивается бог не со словом «бог», а со словом, ибо слово как логос, премудрость у бога. Здесь мы видим яркий пример переноса значения признака предмета на сам предмет. Даже было такое религиозное течение «имяславие», в котором адепты слова «Бог» молились на это слово как на Самого Бога.
- Так вот Каин, вроде них, этих имяславцев. Пока я была в его палатах, он все время настаивал на медитации и находился в большом напряжении от разговора о параллельной реальности. Ну, думаю, пошла искра. Когда же будет разрядка?
- И чем все закончилось?
- Известно, чем – ничем! Я вас, философов, хорошо знаю. Сама такая, как пионерка, всегда готовая. Но как дело дойдет до самого дела, - так в кусты, в одни разговоры. Ну, почему мне так не везет. Наверное, и с тобой все повторится по тому же самому сценарию.
- Почему нам не проверить и верифицировать меня на «это самое», на любовь к познанию. Недаром же мы: Адама и Ева
- Не боишься быть сфальсифицированным?
- Нет, я не позитивист.
- Да, кстати, он не приглашал тебя к себе?
- Для чего?
- Для медитации, чтобы вернуться домой.
- Враки. Он специально покинул его, чтобы не быть у себя на уме, а на себе
у ума.
- В уме?
- Нет, лучше так: «для ума». Да, и чем закончилась медитация?
- Ничем.
- Вот и у меня тоже. Он предложил заниматься любовной медитацией.
- Это как? Тантрическим сексом, что ли?
- Если бы. Заниматься не любовью, а медитацией на предмет занятия любовью. Во время полового акта думать. И не просто думать, а думать о смысле любовного соития. Вы тоже занимались этим?
- Извини, я не философ в любви. Я не думаю - я делаю.
- Не думай, не говори, а делай. Между нами есть что-то общее, или кто-то, вроде Людвига. Не то я, было, сейчас подумала, что ты такой же, как и Каин, импотент или, вообще, гей.
- Сначала мы договорились заняться медитацией для того, чтобы покинуть этот город дураков ради города мудрых, но потом додумались, что в лучшем случае можно попробовать вернуться назад в наш мир. Кстати, каким образом ты очутилась тут?
- О, это целая история. Накануне того, как я попала, у меня была божественная ночь любви. Я всю ночь занималась любовью.
- С кем?
- Какой любопытный! И тебе не стыдно задавать такие нескромные вопросы девушке?
- Все понятно. Ты оказалась здесь от любовной прострации.
- Я только воображала.
- Всю ночь?
- Конечно.
- У тебя богатое воображение. Ты прямо олигарх воображения.
- Не угадал. Я – властительница дум.
- Я не ослышался? Ты богиня?
- Правильно.
- Какое счастье! – воскликнул Адам и заплясал от счастья.
В ответ Ева стала хлопать в ладоши.
Когда они устали от «занятия с любовью» – от пляски и хлопанья – Адам спросил Еву: «Так ты София или Афина»?
- Я Ева – твоя жизнь. Чтобы узнать меня, понять кто я такая, - познавай меня.
- Не познай, а познай?
- Нет, познавай, не останавливайся.
- Но как? Ведь чтобы понять, надо остановиться, подумать.
- Думай в процессе, сам ход дела и есть наведение на мысль познания.
- Все!
- Ты все?
- Да. Ты нет?
- Знаешь, поспешишь – только меня насмешишь.
- Давай отдохнем и потом опять займемся медитацией.
- Другого раза может и не быть.
- Почему?
- Потому что. Уже не хочу. Ты говорил, что у тебя ничего не получилось с медитацией у Каина. У него получилось?
- Не знаю, но он исчез.
- Туда ему и дорога.
- Куда?
- Сам не догадался? Он попался. Что до тебя, то ты…
- Что я?
- Ты остался, оказался не готов.
- Не на ту напал?
- Это я выбрала не того.
- Ты же сказала, что здесь других, как я, нет.
- Тебе не хватает выдержки в медитации. Она необходима для полного взаимного проникновения. Тогда и ты, и я окажемся в другом месте. Пока же мы находимся в том же самом месте.
- В каком?
- Не скажу.
- В дураках?
- Какой ты непонятливый. В жопе.
- В лучшем случае окажемся где?
- Ты во мне, а я в тебе.
- Это как?
- Как одна плоть. Это метафора. Какой ты глупый! И впрямь из города дураков. Окажемся на небе, в царстве идей.
- Теперь я понял, что медитацией следует заниматься вместе, чтобы от нее был максимальный эффект.
- Дурачок. Это нам, как Еве и Адаму, можно заниматься такой медитацией.
- Не такой я и дурак, чтобы не понимать очевидных вещей. Как мужчины, я и Каин, раздельно занимались медитацией. Я только думал, он же абортировал себя. Вот почему он исчез.
- Интересная мысль. Сотри себя со своего места и это место будет пусто, а свято место пусто не бывает. Там будет дух. Поэтому ты и не увидел Каина.
- Ева, ты поразительно умна от природы.
- Не говори лишнего, не то мне неловко, что я такая умная.
- Как скажешь, Ева, - сказал, хмыкнув, Адам и, помявшись, признался, - Ева, я это самое, уже хочу заняться медитацией с тобой.
- Точно хочешь? Уверен?
- На все сто!
- Зато я не готова. Я уже предупреждала тебя, что другого раза может и не быть. Раз на раз не приходится. Так-то вот!
- Ну, Ева.
- И не проси! Ты видел, чтобы мед тек скорее из банки, если его потрясти?
- И в медитации так. Куда ты торопишься, торопыга?
- Ну, очень хочется помедитировать, - прямо мочи нет.
- Чего нет?
- Ты издеваешься? Возможности нет вытерпеть твое соблазнительное предложение заняться медитацией.
- Хорошо. Но должно пройти время для готовности к следующей медитации. Запасись терпением.
- Сись. Это я понимаю.
- Не ерничай. И самое главное: чтобы крепко напрячься, следует хорошо расслабиться.
- Я уже весь как натянутая струна.
[justify] - Кстати, ты не сторонник струн? Пожалуйста, отвлекись на мгновение, не то наша медитация станет притчей во языцех, просто анекдотом. Ты когда-нибудь видел себя со