А ведь скоро дети начнут понимать, что к чему, и задавать вопросы… Женька не представляла, как она будет им всё объяснять.
***
Виктор Михайлович Варнашов, известный в определённых кругах как Македонец, представлял собой типичный образчик успешного отечественного бизнесмена образца второй половины нулевых годов. Обладая достаточной властью и возможностями, он не причислял себя, однако, к бизнес-элите общества, хотя на своём региональном уровне и мог считаться таковым. Для Македонца было важней иметь реальную власть и влияние на события, нежели всевозможные рейтинги, тусовки, списки Форбс, презентации, телепередачи и прочая пыль. Его деловая биография была выстроена по канонической для нынешнего олигархата схеме: участие в ОПГ, отсидка, нажива и усиление, легализация части бизнеса, захват новых направлений. Всё это обеспечивалось применением черных схем, устранением конкурентов, откровенным бандитизмом, покупкой правоохранителей, продвижением своих «петрушек» в политику, в силовые структуры, в контролирующие и законодательные органы. В общем, всё, как у всех. Его жизненное кредо представляло собой кольцо: деньги он рассматривал как средство для достижения власти, а власть – как способ увеличить доходы.
Деньги Македонец ценил и любил, поэтому несколько удивился, когда к нему с интересной информацией подошёл Борзый — старый подельник ещё по девяностым, а ныне, в миру, начальник его охраны Иван Сергеевич Лихмачёв:
— Звонила баба того водилы, что наш груз угробил, хочет возместить.
— А много ты ему зарядил?
— Шестнадцать лямов.
— И что, она думает, что стоит столько? – усмехнулся Варнашов.
— То-то и оно, что она предлагает лавэ вернуть, - похоже было, что Борзый сам озадачился таким поворотом. Это он, узнав вчера об аварии, предложил шефу развести лоха: поставить на бабки и заполучить тем самым в собственность опытного водителя.
— И какую рассрочку она просит?
— Никакой. Говорит, что вернёт всё сразу. Сегодня.
Ого! Македонец про себя присвистнул: неплохо живут дальнобойщики! Водила, конечно, им пригодился бы, но не этот первый, не он же и последний. А отказываться от денег было глупо.
— Ну, ладно. Пошли кого-нибудь из своих, пускай заберут.
— Гонзу пошлю, - предложил Лихмачёв, - он это дело начал, ему и заканчивать.
Македонец только пожал плечами: мол, как хочешь.
Гонза был тем верзилой, которого Женька встретила при входе в больницу. В свои двадцать шесть лет он ещё ничем особо не прославился, хотя уже заработал известность как сильный и беспощадный громила, гроза рыночных лавочников, маклеров и вокзальных шлюх. Пару лет назад он сколотил бригаду из десятка отморозков и начал шерстить вышеуказанную братию, завоевывая себе место под солнцем. В конфликтах, которые неизбежно возникали в ходе такой деятельности, бригада Гонзы всегда выходила победителем: главным образом из-за того, что не брезговала никакими средствами, не признавала никаких правил, договорённостей и авторитетов. Такое поведение, в стиле «а-ля девяностые», приносило определённый результат, но не сулило перспектив настоящего роста. Гонза не был дураком и прекрасно понимал, чем отличалось то время от нынешнего. Сейчас, когда все серьёзные «поляны» поделены, дерзкие новички только всем мешают. Его задачей было громко заявить о себе и пристроиться со своими ребятами к какой-нибудь серьёзной братве. И у него получилось. Очень скоро на отчаянных громил обратил внимание Борзый. Ему нужны были такие люди для решения неделикатных вопросов. Так Гонза попал под крыло Македонца и теперь старался проявить себя, берясь за любые задания.
***
— Вон, подъехали, упыри, - Женька кивнула Ирме, поглядев в окно. У соседнего подъезда стоял незнакомый джип.
— Зачем ты их к дому-то вызвала?
— Шутишь? А то они адрес не узнают, если захотят! А так — больше доверия.
— Может, и я с тобой? – неуверенно поинтересовалась Ирма. Женька посмотрела на неё, как на дуру, но быстро изменила выражение лица:
— Я сама, а ты будь с детьми. Если до ночи не вернусь, тогда действуй. Пока, - она чмокнула подругу в щеку и вышла из квартиры.
Ирма закрыла дверь. «Ну вот, опять затупила! Вечно так! – она разозлилась на себя. Правильно, какая я ей сейчас помощница!?»
Так у Ирмы всегда, с самого детства: она безошибочно решит любую задачу, рассчитает каждый шаг, найдёт лучший выход из любой ситуации! Но, для этого ей нужно хоть несколько минут подумать. А вот так, чтобы сообразить мгновенно, - этого у неё не получалось.
Время шло к вечеру, жара спадала, в тени дома это чувствовалось хорошо. Виталя сидел за рулём и, чтоб не умереть со скуки, разглядывал проходящих мимо девчонок. «О, глянь, какая пошла! О, а эта! Я б с ней…».
Из подъезда вышла девушка в приталенном чёрном пиджачке с большой спортивной сумкой через плечо. Длинные прямые волосы цвета лесного пожара колыхались в такт её движениям. Невысокая грудь упругим контуром проступала сквозь плотную непроницаемую ткань, едва заметно вздрагивая при каждом шаге. Крепкие тугие бёдра, какие бывают лишь у спортсменок или танцовщиц, казалось, вот-вот разорвут тесно обхватившую их коротенькую мини-юбку.
— Ого! Вот это конфетка! Гонза, ты только глянь!
— Так, Ботя, мы на работе, - почти стихами усмирил его бригадир. - Дело сделаем, потом и подсластишься.
Виталя по кличке Ботинок или просто Ботя надулся и притих. «Конфетка» быстрым шагом приближалась к их джипу.
— Наша что ли? – Ботя глянул на бригадира.
— Наша, наша, не кипешуй, - Гонза сразу узнал вчерашнюю девчонку из больницы.
Женька уверенно распахнула заднюю дверцу и забралась на сидение:
— Ну что, мужчины, поехали!
— Куда? – Гонза немного оторопел от такого поведения терпилы, каковой он её считал.
— Как куда? Вам вообще бабки нужны? В банк, конечно.
— Что в сумке?
Женька расстегнула молнию и показала ему. Ничего, сумка была пуста.
— А зачем тогда?...
— Ну, ты странный! Я что, деньги должна в трусы напихать?
Гонза ошалел на секунду, представив эту картину, но быстро взял себя в руки и только ухмыльнулся: «Да, штучка! Такой бы я и сам туда денег напихал».
— Поехали! – скомандовал он Витале.
— Пойдёшь со мной? – обратилась она к верзиле, когда они подъехали к банку. «А почему бы и нет?..» Эта рыжая нравилась ему всё больше и больше. Они вышли из машины и вдвоём направились ко входу.
Славик сидел, уставившись в монитор, и ни о чём не думал. Хотя нет, думал о том, что до конца рабочего дня осталось выдержать всего полчаса, а потом можно будет забуриться к Саньку в бар, налакаться пива и поиграть в приставку. День прошел как обычно, тупо. После обеда не было ни одного клиента, но он должен всё равно сидеть тут, как китайский болван, и даже в телефоне не поиграешь: камеры всё пишут. Дай только повод старшему менеджеру — вмиг останешься без стимулирующих, на голом окладе. «Эх, похоже, кредиты никому не нужны, все себе уже понабрали; сейчас впахивают, как лошади, чтоб расплатиться», – рассуждал он.
Мысли о Саньке и баре с пивом подтолкнули приятное воспоминание: Верочка… Сегодня, кажется, её смена. Верочка Славику нравилась, вот только все его попытки сократить дистанцию между ними оказывались безрезультатны. Славик её не понимал: пивас не любит, к играм равнодушна, и даже его рассказы о престижнейшей работе оператора в отделе кредитования граждан воспринимались ею как-то вяло. Эх, скукота! И народа нет вообще, только вон та парочка в зале что-то высиживает уже минут пятнадцать. Рыжая девка с каким-то амбалом. Чего они там сидят? И девка на него, на Славика пялится, а амбал, похоже, уже и закемарил. Им что, больше посидеть негде? Нет, ну чего она пялится?! Дура какая-то…
«Так, ну и кого выбрать?» - решала Женька. Наверное, вон тот, взъерошенный, камера как раз на него повёрнута. А что у него в голове? Она расслабилась, отключая ум и эмоции, оставляя только чувства, и чужие мысли потекли к ней, как белый молочный поток.
Славик встрепенулся. Он, похоже, на секунду заснул. Чего это ещё? Рыжая девка идёт прямо к нему, амбал тоже очухался. Ух, как он на её задницу смотрит! Славика аж самого начало пробирать.
— Здравствуйте, можно присесть? – Женька уже присела, не дожидаясь ответа. - Я хотела бы получить кредит. Мне назначено на сегодня, пятое окно. Меркулова Евгения Артуровна, - девушка улыбнулась.
«Пятое окно — это моё», - подумал Славик. Странно, что его не предупредили. Он пересмотрел бумаги на столе.
— Здесь ничего для вас нет.
— А вы в базе посмотрите, - подсказала девушка.
— Одну минуту…
«Меркулова Евгения» набил он в поисковике. Да, вот оно. Опять эти черти накосячили! Он что, сам теперь должен всё распечатывать?! Кредит под залог квартиры. Шестнадцать миллионов рублей. Кредит одобрен. Странно. Шестнадцать под квартиру?
— Тут сказано, что вы берёте под залог …
— Моя квартира стоит таких денег, - девушка улыбалась.
Да, да, стоит… Ну, конечно, стоит! Да и кто он вообще такой, чтоб ставить под сомнение решение начальства? Сказано «одобрено», значит, одобрено.
— Вам нужно открыть счёт в нашем банке, на который мы переведём всю сумму.
— Нет, нет, я возьму наличными. Мне сказали, что деньги заказаны.
Ну да… Ну, конечно, наличными! Что-то он тупит. Скорей бы в бар, к Саньку…
— Сейчас, одну минуту, - Славик забил данные в болванку договора и выкатил на печать. – Вот, пожалуйста, распишитесь здесь и здесь. Благодарю.
Девушка быстро подписала.
— Вы можете пройти в кассу, девятое
