недоверие и даже панику.
- Да. Вот смотрю на вас и сам не верю произошедшему. Как маленькая хрупкая девчонка могла перетащить ваше тело далеко от места расправы, - доктор задумался.
- Продолжайте, прошу вас. Я почти ничего не помню о случившемся и всегда был уверен, что это мое воспаленное воображение, галлюцинации рисуют мне образ девушки.
- Значит вы так ничего и не знаете?
- Что я должен знать? Отвечайте!
Павел опустился на предложенное место на краю койки и принялся подробно вспоминать события тех дней. Как Полин, возвращающаяся с ночного дежурства, нашла раненого Рояла на грязной обочине у освещенного участка дороги. Патрульные, верно, приняли его за убитого с такими ранениями, поэтому и не добили. Девушка волокла его несколько часов в старую заброшенную часовню на краю оврага, подальше от патрулируемых районов. Сам Павел по ее просьбе только на следующий день смог пробраться и осмотреть умирающего. В то, что у Роала были шансы выжить, доктор не верил и уговаривал Полин отступиться и смириться с неизбежным, не подвергать себя опасности. Но упрямая девушка каждый день тайком бегала в часовню, обрабатывала и перевязывала раны, насильно вливала в него доставшиеся ей со стола врагов бульоны или каши, предварительно разведенные водой, размоченный хлеб. С ее слов, у раненого был постоянный сильный жар, сознание прояснялось только на редкие короткие мгновения, все выглядело как затянувшаяся агония. Сильный организм не хотел сдаваться и боролся больше недели. Но конец был неминуем. Однажды, в минуту отчаяния, Полин потеряла бдительность, и ее подстрелили на пути к оврагу. Возможно, это была просто шальная пуля. Неравнодушные люди, случайно обнаружившие раненую, подобрали ее и принесли в дом. Сутки пролежав без сознания и только-только придя в себя, Полин рвалась к умирающему. Но куда уж там. А на следующий день начались бомбардировки города своей же артиллерией, выбивающей засидевшихся врагов из надежной засады. Когда все затихло Павел по настоянию девушки сам лично пробрался к укрытию и увидел на месте часовни только пустую воронку. Капитана Роала Дерина занесли в списки погибших, через связных с партизанами передали сообщение в ставку командования. От раненой девушки срывали печальные известия настолько долго, насколько только было возможно.
Роал слушал, не перебивая, и не мог поверить своим ушам. Значит, ему не привиделось? Полин действительно ухаживала за ним! Он провел больше недели в беспамятстве, пролетевшие как один день. Дальше рассказывать свою историю продолжил сам чудом спасенный. Он очнулся от ужасной жажды, все тело горело, во рту пересохло. Продвигаясь мучительно долго, ползком, обдираясь о ветки колючего кустарника, он спустился в овраг в надежде найти там бьющий из-под земли родник. Скорее всего, в самом низу он снова потерял сознание, так как впоследствии очнулся от разрывающего землю звука бомбардировки. Когда снаряд прилетел в часовню, раненого капитана там не было. Этим и объясняется его необыкновенное воскрешение. Немного переждав после того, как все стихло, он так же ползком стал пробираться к краю леса. А дальше помнит только то, что очнулся в партизанской землянке в тылу вражеской армии, очень далеко от города. Таким вот путем оказался Роал Дерин вместо королевского флота в разведке, где очень пригодилось его образование, знание языков и военный опыт.
- Вот это история, - выдохнул, наконец, старик Ярил, слушавший оба повествования, затаив дыхание, - А девчонка то какая боевая. Известно о ее дальнейшей судьбе?
- Выскочила замуж менее чем через два месяца после только что рассказанных событий, как только наши зашли в столицу, - с нотой обиды и грусти ответил Дерин.
- Полагаю, даже знаете за кого? - уточнил доктор.
- Само собой разумеется. За кого и собиралась.
- Что планируете делать дальше? - не унимался собеседник.
- Считаете, я должен поблагодарить ее? – уточнил Дерин.
- Не уверен, что правильно, а что нет. Вы же не скоро уезжаете?
- Пока точно не известно.
- Найдите время заглянуть ко мне как-нибудь. Поговорим. А сейчас прощайтесь. Пациенту давно пора отдыхать. И Павел размашистым шагом вышел из палаты.
- Не нравиться мне что-то в этой истории. Какая-то недосказанность. Почему девушка так храбро спасала тебя, а замуж вышла за другого, - размышлял старый капитан.
- Да разве женщин поймешь? А эту особенно. Все у Полин сложилось хорошо. Муж, сын. Видел я ее сегодня мельком. Случайно вышло.
- Она тебя узнала?
- Я не подходил к ней.
- Случайно. Не подходил. Тьфу на тебя. Как был скучным, так и остался. Нет в тебе романтики Роал совсем. Вот поэтому она другого в мужья и выбрала. Тот, другой, хоть приличный?
- Дерьмо полное.
- Ты что-то знаешь про него?
- Лучше бы не знал, - ответил Роал и засобирался уходить.
- Во дела!
Старик то расстегивал, то застегивал пуговицы мягкой больничной пижамы, подавляя в себе огромное желание вмешаться в судьбу своего друга, разобраться в такой необычной истории, но все же решил, что не имеет на то права.
Глава 17
Надежды Дерина оставаться в столице инкогнито таяли час от часу. Ему удалось арендовать приличные апартаменты в отеле не далеко от дворца. В основном тут останавливались иностранные гости, и возможность встретить жителей столицы сводилась к нулю. Именно поэтому он и решился спуститься на завтрак в ресторан и, заказав, по своему обыкновению полный кофейник, погрузился в изучение светских новостей за укромным угловым столиком, изредка поглядывая в окно. Кофе еще не успел остыть в первой чашке, как за спиной раздался знакомый голос: «Боже, Роал, не ужели это ты?» Роскошная молодая женщина стояла прямо перед ним. Мужчина даже растерялся. Он не сразу узнал в этой крупной яркой даме свою давнюю знакомую.
- Вероник?
- Да, да, знаю. Я сильно изменилась. Но ты? Как ты оказался жив? - бедняжка не могла справиться со своими эмоциями.
- Присядь, пожалуйста, и говори тише, - попросил мужчина.
- Значит, это ты. Мне даже не надо видеть глаз за твоими дурацкими очками. Как ты умудряешься в них читать? – взволнованная Вероник продолжала нести всякую ерунду.
- Рад, что друзья меня помнят, - успокаивающее произнес Роал, - заехал ненадолго. Только прошу, не называй меня сейчас больше по имени.
- Хорошо, Роал. Ой, прости! А спрашивать можно?
- Хочешь, чтобы я врал?
- Не хочу. Ты жив, а это главное.
- Расскажи лучше о себе.
- Да что обо мне рассказывать…, - Вероник нежно положила ладонь поверх руки Роала и пожала ее. … про меня. Я снова замужем. Мой третий муж меня младше немного, всего на три года. Богат, умен, хорош собой. А я вот посмотри, что со мной стало. И все дети. Трое погодков. Разве сохранишь с ними фигуру.
- У тебя трое детей? - не поверил мужчина.
- Да, муж настоял. Двое мальчиков и одна девочка.
- Выходит, этого мужа ты все же любишь?
- Я и прошлых любила. Но по-другому как-то.
- Ты счастлива?
- Очень. А ты? Все один?
- Не встретил такую как ты, - улыбнулся Роал, - заказать тебе что-нибудь?
- Нет. Я пойду. Я тебя через витрину увидела и забежала в порыве. Мне дочь надо забирать с занятий танцами, школьный учитель набрал малышек и понемногу учит их балету. Да, кстати, сын Полин ходит в эту же школу. Правда он постарше. Представляешь, этот дурак Стор сомневается, что сын от его. Хотя мальчишка - точная копия папаши. Бедняжка Полин чего только от него не натерпелась, пока не решилась уйти.
- Они развелись? – скрыв волнение, равнодушно спросил собеседник.
- Нет. Разве Стор даст ей развод. Это же помешает его политической карьере. Вот и мучает ее, периодами грозясь отобрать ребенка. Как все это страшно! – Вероник посчитала, что самое важное она сказала и поспешила попрощаться, - Мы еще увидимся?
- А твой новый муж не приревнует?
- Может быть, и стоило бы его поддразнить.
- Хорошо, найду тебя, - Роал смирился и принял как данное, что быстро из города ему не уехать. Скорее всего, придется встретиться с прошлым, которое никак не отпускает и покончить с недопониманием раз и навсегда.
Об Эливе Сторе у Дерина была в свое время собрана информация. Не так, чтобы он ее специально искал, но когда-то лейтенант Стор проходил участником по одному паршивому делу, и разведке пришлось собирать отзывы сослуживцев. Получалось, что этот молодой гаденыш не раз порочил честь мундира и офицерское звание. Да, учеба в элитной военной академии позволяла многим возвышаться над другими, но не в таком проявлении. Особенно отличался лейтенант в жестокости неуставных отношений с новобранцами, гонял их по плацу в ливень, заставлял подолгу стоять, упершись лбом в пол, выкидывал даже те скудные передачи, которые смогли собрать своим солдатам родные. Часто за малейшую заминку одного лишал обеда или ужина все подразделение, и это при таком и так ограниченном питании. А про постоянное требование сигарет, пьяные разгулы с разгромом казарм, развороченные мусорные баки не рассказывали только что самые молчаливые. Жаль, что дело с расхищением армейского обеспечения пришлось оставить. Представленный полный отчет обо всех махинациях с завышенными ценами на обмундирование, с поддельными документами на продукты и лекарства, с фиктивным переоборудованием лазаретов мог заинтересовать только внутреннюю службу безопасности, связи участников схем с внешним врагом не прослеживалось. Командование получило данные о более опасных и явно темных делах, по сравнению с которыми в первые послевоенные годы махинации с военным обеспечением казались мелочью. А может быть, всплыло что-то еще, о чем не полагалось знать.
Сейчас Стор без пяти минут заместитель министра транспорта. Никому и не будет интереса поднимать старые делишки, чтобы попытаться «утопить» его. И зачем только Вероник рассказала про Полин. Лезть Роалу в чужие семейные отношения
