расплатился.
Что было дальше… Коньяку и сигарет хватило ненадолго. Но до утра дотянули. «Вгемя скоготали» в Любочкиной постели и она в ней была никакая… «Устала» - пояснила она. А для отдыха назавтра потребовались снова коньяк, сигареты, суши… К «Оплати» добавилось еще «пожалуста», да и все изменения. Нет, на третий день потребовался спирт… … Но сыграл телефон и Любочка радостно сообщила в сторону Ромы:
- Есть габота! - и снова в трубку: - Инстгумент их или мой? Нет, не надо, ассистент у меня тоже свой. Да, новый. - и снова Роме: - Нам для габоты нужен будет коньяк или кгасное вино в тегмосе. Огганизуй! Когмить обещали в гестогане. И контенегы возьми на всякий случай, свадьба всё-таки... Ты в синтезатогах газбигаешься? Ну, неважно, шнугы везде одинаковые, разбегёшься. Дуй в магазин, Шуга за "ГАЗели" заедет чегез два часа. И сигагет возьми...
Шура на "ГАЗели", однако, примчался тотчас.
- Вот я вогона…Ну, ничего стгашного, коньяк для газоггева найдем на месте, на свадьбе должен быть коньяк. Сходишь, покрутишься, поизучаешь пговодку и пгихватишь в подсобке.
Свадьбу отработали не на одной только взятой «взаймы» бутылке коньяка. Остальные участники группы тоже прихватили "очиститель" для горла, но прикладывались к своим фляжкам нечасто, напирали на "подножный корм" со столов. Ну да, не последний концерт, коньяк еще пригодится. Любочка и в чехол от синтезатора прихватила бутылку водки. И не постеснялась на кухне подобрать в контейнеры остатки из кастрюль. Отработанная схема. Отходняк от трудов праведных обещал быть тёплым.
"Куда я попал и во что я влаяпался? Рано или поздно отцу донесут, не Москва, не спрячешься. Он будет в бешенстве и обрадуется. Как он был прав!"
-Наш Большой Фестиваль что-то затягивается… Извини, Люба, но я привык много работать и изредка праздновать. «Не превращай праздники в будни» мне говорили мои учителя в экспедиции… И можешь смеяться, я не особо люблю овсянку на сгущенке по утрам, но я к ней привык и желудок ей рад. А роллы, пицца, суши радуют язык, но желудок, чувствую, скоро заплачет, а то и закричит…
С тем Ромка и вернулся на «улицу моего деда». И опять забыл прочесть её название.
Он сидел на скамейке, считал ворон и пытался представить, как отнесутся к его возвращению Саша и Даша. Пока к нему не вырулило золотоволосое чудо с голубыми глазами. На чуде были трековые ботинки – Ромка отметил по привычке, белые кожаные лосины, голубая пуховая куртка и вязанная шапочка.
Среди полевой братии, поближе к горникам, чудо смотрелось бы естественно. Девочка остановилась и незастенчиво рассматривала Ромку. И Ромка собрался тоже и «начал процесс любования сакурой» на экспедиционном жаргоне. Не секундное дело это, кто кого перелюбует.
И совершенно внезапно девочка произнесла:
- Зови меня Жозефин.
Рома привстал и даже поклонился:
- Зови меня Роман. У тебя красивый голос.
- Да, я знаю. Я вся вообще красивая. У меня правильные черты, природные кудряшки, естественный цвет волос и я не пользуюсь косметикой.
- Наверное, еще просто рано…
- Мне двадцать шесть… - она не сказала спасибо за комплимент или чего-то подобное, просто констатировала факты. И куда она клонит, что за этим последует, угадать Рома ну никак не мог.
- Может мы пойдем ко мне домой? Скоро дождик начнется, уже осень пришла…
Что, вот так просто? Так не бывает, но вот же, стоит голубоглазое чудо и спокойным красивым голосом зовёт Рому к себе домой…
- А кто еще дома, с кем ты живёшь?
- Я живу одна, мама купила мне отдельную квартиру.
- Вместе с гаражом, где заблудших археологов разбирают на запчасти?
- У меня нет гаража, мама не разрешает мне водить машину. Я живу одна, а мама навещает меня по средам. Ты идёшь?
А вам бы не было любопытно? Странная девочка двадцати шести лет от роду с её слов, за которую многое решает мама. Но пригласить одинокого молодого мужчину в дом маму не спрашивают.
И Рома пошел. Разве не этого он искал? Молодая даже красивая женщина со своей квартиркой, наверняка не большой, в самый раз влюбиться и пожить г о с т е в ы м браком… Но только гостевым, вспомнил Шанежку Рома. Можешь влюбляться и признаваться в любви любой температуры, но не обещай жениться. Тебя потянет в поле и однажды ты исчезнешь. Ты оставишь записку про ценности на месте, что кот накормлен, готовый обед в холодильнике – но к обеду не жди меня, родная и любимая, никогда не жди, меня Вечность позвала…
А в квартире на четвертом этаже все так и было, как обещано. Одна жилая комната и кухонька за перегородкой, но в кухоньке новенькая газовая плита, чистые стены, вязаный из чего-то синтетического практичный коврик…Чайник, кофеварка, микроволновка, посудные шкафчики…
Всё для комфортной жизни среднего достатка.
И напрочь отсутствовала привычная аппаратура. Радио, телевизор, ноутбук…
Они пили чай на кухне и пытались говорить. Что-то стало с простотой общения, с какой она завязала разговор на улице. Рома заметил, что на имя или прозвище «Жозефин» откликается не всегда – придумала недавно? И почему-то предпочитает перемежать фразы на русском французскими и английскими фразами. А Рома только среднюю школу закончил, обычную, на Сортировочной станции Колючинска-2. Рома ловил знакомые слова в потоке сознания и пытался уловить общий смысл. И потому колоритнейший разговор нам пересказать он бы не взялся…
А когда стемнело, Жозефин – ну надо же как-то девочку звать, если другого имени она нам не предложила, все тем же самым простым тоном:
- Будем отдыхать? – и раздвинула сама диван, превратив его в широкую кровать. Единственную в единственной комнате. Рома поискал глазами, где есть душ? А, вот он, стандартная планировка… Вода бежала чуть тёпленькая, хорошо, что есть такая… А когда вытерся своим полотенцем из рюкзака, и вошел в жилое пространство, для него было уже готово место и откинуто одеяло. Почему-то Жозефине было очень важно, чтобы единственного одеяла хватало на обоих и Ромкина спина была прикрыта. А уже потом перешли к обычным ласкам. И они её вполне удовлетворили, бревном не лежала и страсть не изображала. В общем, и этот процесс протекал естественным порядком. Всё ровно.
Наутро Ромка сварил из собственных запасов сгущенки и овсянки кашу, кулинарное произведение было принято благосклонно. Поговорили о современном настоящем английском завтраке, но консервированных бобов и бекона в доме не нашлось. Ну и оба махнули рукой. А на вопрос, чего принести, когда вернется из универской лаборатории д о м о й, последовал уже привычный ответ:
- А чего-нибудь, what about something. Мама мне по средам всё нужное приносит.
И чего-то Ромка принес. Сыр, багеты, колбасу и шоколадные конфеты.
Колбасу Жезефин взяла двумя пальчиками и поднесла ее к глазам, долго рассматривала. А когда левая рука её открыла дверцу шкафчика с мусорным ведром, а правая брезгливо оттопыренными пальчиками направила колбаску в сторону ведра, Ромка не выдержал и перехватил руку:
- Не нравится, не ешь, я съем на завтрак.
Тогда она колбасу отпустила и принялась за конфеты.
Их она разворачивала и клала в рот, одну за другой. Престранное зрелище. И до Ромы начало доходить, что у новой подружки не в порядке с головой.
Жозефина покончила с конфетами и принялась щупать и рассматривать складки на талии.
- Конфетки… - произнесла она. В этой прелестной головке с короткими золотыми кудряшками проходил процесс по каким-то своим законам.
Затем она придвинула табурет, протянула Роме руку, чтобы Рома поддержал, влезла на табурет и на самой верхней полочке за дверцей, за банками с кофе, откопала синюю пачку сигарет. Спустилась с табурета и принялась пробовать прикурить от электрической зажигалки при газовой плите. Хорошо еще, что не от газовой конфорки – всю прическу бы сожгла. Хорошо, что Рома полевик, а у полевика в рюкзаке есть аварийный запасец спичек. Курить Жозефин не умела, пачка была едва начатой. Но лежала она там не с утра, много дольше. Рома тут ни причем.
Что-то это всё значило, но вот что?
А в среду Роман увидел маму. Мама сидела на кухне, вся такая основательная, тёмное длинное платье и сетка держит прическу валиком – вроде такие носили в 40-х в Голливуде? Сидела мама к Ромке спиной и на приветствие не ответила. Мама ела, ела так же основательно. Глеб прошел в комнату и разложил на столике ноутбук. Пока мама броненосным крейсером не вплыла в комнату.
- Молодой человек, - протрубила мама, - Чего вы хотите от моей дочери?
- Ничего плохого. Ровно того же, чего очень многие люди нашего возраста: дружбы, тепла, любви, общения… Меня Ромой зовут…
- Я спрашиваю, чего вы хотите от моей дочери?
- Я отвечаю, наверное того же самого, чего хочет ваша дочь…
- Молодой человек Рома, покиньте этот дом. Немедленно!
А что делать прикажете, она в своем праве, она купила Жозефине эту квартиру и оформила, сто процентов, на себя. Жозефина стоит, молчит, слова при маме не произнесла…
Рома затянул, застегнул свой рюкзак, вскинул на левое плечо и пошел на выход.
Жозефин догнала Рому на крыльце. На вытянутых руках она держала раскрытый ноутбук.
- Мама чуть не выбросила его с балкона. Почему, ну почему ты не сказал, что женишься на мне?
Ну чего тебе стоило? Она меня хочет сдать в монастырь, говорит, что меня бесы одержали…
- А мы говорили о женитьбе? Мы и узнать друг друга не успели и в любви не признавались…
- Иди и скажи маме, что прямо завтра женишься на мне!
Рома сложил ноутбук в планшетную сумку через плечо и зашагал к остановке.
* * *
Шанежка рекомендовал заглядывать на детские площадки.
В районе Английской и «улицы моего деда героического шахтёра» такая нашлась.
И внучку героического деда Даша и Саша шапочно знали.
- Верка Катастрофа… Известная личность… Её семью многие знают. Была задумка одного проекта, но она отказалась позировать. А жаль… Нестандартные внешность и аксессуары ныне в моде в нашем деле…
Что нестандартного нашли во внешности Веры Даша и Саша или в её сыне, Рома не понял. Лёгкая хромота. Катастрофа… Что-то, но объясняет. Однако…Хромоту статичные фото не видят.
Но женщина молодая и прекрасная, высокая, стройная, видно, что тренируется в атлетике. Длинные ноги, сильные руки…
Однако, прошла уже неделя дворняжкиной жизнью. И не голодал, и не замёрз на скамейке в парке, а чувства оседлости как не было, так и нет. Да, жизнь в палатке в лагере в грозу давала больше ощущений стабильности, чем в постелях случившихся дам. А не это ли подразумевал мудрый Шанежка? Да ну её, такую жизнь… Надо было менять планы, что-то решать… Чуть попозже. Потому что в тот же день недели, в тот же час, когда он столкнулся с Верой, они с сыном появились на детской площадке.
- Вам покажется странным, но жду я вас. Родители уже коситься начали, что за маньяк тут ошивается, а я смотрю на них, на детей и страстно самому захотелось почувствовать себя отцом. Вот так же
