— Да уж, ты точно не романтик. Но… я тебя боюсь.
— Ты боишься меня? Или того, что с тобой происходит, когда я рядом?
Марта посмотрела ему в глаза, легко поцеловала в щёку и произнесла то, что её мучило уже несколько дней:
— И что теперь? Что дальше? Я же понимаю, ничто не вечно…
— А чего ты бы хотела? — спросил он. И ответ на этот вопрос был решающим.
Марта задумалась.
— Я не знаю…
— Чего ты не знаешь? Чего ты хочешь?
— Не дави, Берт. Я боюсь поверить, что может всё сложиться, и то, что между нами произошло, — это не игра просто от скуки. Понимаешь?
— Марта, я взрослый мужчина. Я умею отвечать за то, что делаю.
— Берт, я же понимаю, как для тебя важна свобода. И как ты не хочешь себя связывать. Но знаешь, ждать кого-то — это романтично, один раз. А потом — это уже образ жизни, и он может быть бесконечным. Мне нужно понять, хочу ли я этого. Ведь время…
— Ты говоришь — время. А я говорю — выбор. Всегда ведь кто-то кого-то ждёт. Но насколько я помню, я тебе ничего не предлагал.
— То есть ничего не будет? — спросила Марта тихо.
— Что-то будет. Но сначала ты должна решить, чего ты хочешь. На что ты готова. И только потом мы поговорим и обсудим, что хотим мы оба, и что из наших желаний возможно, а что — нет. Но скажу сразу: я не романтик, если уж быть с кем-то — то чтобы дышать легче, а не тяжелее. Я не дарю цветов и не делаю подарков. Принципиально. Это всё мишура. Не главное вообще.
Что ты так на меня смотришь? Я серьёзно. Любовь — морковь, это всё сопли, ах, ох… Это не ко мне. Для меня любовь — это когда тебе рядом не мешают жить. Всё остальное — кино и драма. Так что с этой темой не ко мне.
Марта слушала внимательно и молчала. Вздохнула и спросила:
— А разве не важно быть рядом с человеком, которого ты выбрал? Ведь если жить далеко друг от друга, то… это уже и не «рядом»… Зачем тогда?
— Марта, я всегда говорил: неважно, где ты живёшь. Главное — кто тебе по утрам говорит “Доброе утро”. Подумай о том, что я тебе сказал.
Он спустился с крыльца, забрал из беседки свой ноутбук и зашел в квартиру. А Марта ещё долго стояла, пила чай и смотрела в даль. В голове копились мысли, и одна из них как громкий колокол трезвонила в тишине — он уедет. А что дальше? От звона этой мысли заболела голова. Она зашла в дом, посмотрела вокруг себя, будто в первый раз здесь оказалась. Постояла в тишине, потом резко, словно что-то для себя решив, кивнула и начала суетливо зажигать везде свет. Почему-то сейчас это казалось очень важным. Нет… Не то. Снова погасила. Да. Вот так. Слушать, как молчит тишина, и думать о нем, о его словах. И о себе с ним и без него.
Глава 9
Иногда жизнь заставляет задуматься о вещах, на которые нет готовых ответов. А чаще всего — вовсе никаких. И один из таких вопросов: Одиночество — это… что? Как? Хорошо или нет?
Наверное, каждый хотя бы раз в жизни задумывался об этом. И, скорее всего, единственно верного ответа на этот вопрос так никто и не нашёл. Потому что одиночество для каждого разное, как и эмоции. Для Марты оно было привычным, и совсем не тяготило. В конце концов она не была совсем одна — есть Лиза, до недавнего времени были и родители. Только женское счастье затерялось и никак не желало приходить. А вот появился Альберт. Он не был пределом её мечтаний, да и от принца на белом коне он весьма далёк. И всё же чем-то этот мужчина привлекал Марту, и ей очень хотелось заглянуть туда, в будущее, которое могло бы быть с ним, если бы он предложил. Но было страшно. А вдруг не получится? Сейчас ей нужно решить, чего она хочет. Альберт ей ничего не предложил, но если она не определится, то ничего, наверное, и не произойдёт. А это самое сложное. Что лучше? Как раньше, или с ним? Марта прекрасно понимала, что он совсем не такой, как часто пишут в женских романах.
И вдруг мелькнула мысль: а что она должна решать, если он ей ничего и не предлагал, и может быть даже не собирался? А она тут… А чего она хочет — это, конечно, она знает, и скажет ему об этом, обязательно! Да… осталось только понять, чего именно.
— В этом доме каждый сам себе режиссёр, и зритель, — прошептала Марта сама себе.
— А кто ты сейчас? — произнесла вошедшая в кухню Лиза.
Марта вздрогнула и посмотрела на дочь.
— Напугала меня! Что ты подкрадываешься?
— Мам, не уходи от вопроса. Кто ты сейчас? Режиссёр или зритель?
Марта вздохнула.
— Наверное, и то, и другое.
— Как это? Разве так бывает?
— Бывает, Лиза. С одной стороны, я должна понять, чего хочу — это я вроде как режиссёр. А с другой — потом буду просто смотреть, что получится. Значит, и зритель тоже. В итоге, получается и то и другое.
— Даа… А что, так сложно? Проще никак?
Марта засмеялась.
— Нет, никак. Это жизнь, а в ней просто не бывает.
Лиза помахала рукой, словно прогоняя эту мысль.
— Мама, я не хочу, чтобы наш новый сосед стал моей новой проблемой.
— А моей? — с улыбкой спросила Марта.
— Мне кажется, он ей уже стал.
Марта подошла к дочери и обняла её.
— Девочка моя, какая ты проницательная… А ведь тебе всего одиннадцать лет!
— Не всего, а уже!
— Да, прости, уже. А почему наш сосед может стать твоей новой проблемой? При чём тут ты? И какие это ещё у тебя проблемы?
— Мам, ну ты даешь! У девочек в одиннадцать лет много всяких проблем! А сосед... ну если ты, например, станешь с ним встречаться, он будет тут … жить? Оно мне надо?
Марта захохотала. Непосредственность дочери её развеселила, и она в сердцах воскликнула:
— Какая же ты у меня ещё маленькая! Лиза насупилась.
— Ты всегда говоришь, что я ещё маленькая. А сама снова влюбилась, как девчонка! Не думай, что я не понимаю! Я всё вижу! У тебя глаза блестят, когда ты его видишь!
— А почему ты решила, что это значит «влюбилась»? — Марта покраснела и улыбнулась.
— Потому что у Луизы так же блестят глаза, когда она смотрит на Патрика! А она, знаешь, как в него влюблена! Так что …
— Да, это конечно критерий, — Марта рассмеялась. — И всё же, если я хочу, чтобы у нас были отношения, как ты к этому отнесешься?
— Он уедет, а ты будешь слушать музыку, смотреть в окно и думать, что это любовь. Ну, может, и правда любовь.
— Лиза! Я серьезно!
— А ты уверена, что тебе это нужно? Или просто страшно быть одной? — Лиза сощурилась и посмотрела на мать.
— Знаешь, Лиза, ты меня в последнее время удивляешь. Ты такие вопросы задаешь, на которые сложно ответить…
— Это потому, что я уже взрослая!
Марта улыбнулась, погладила дочь по голове.
— Мой ответ — наверное, и то и другое.
— Мама… опять и то и другое? А одно нельзя выбрать?
Марта уже открыла рот, чтобы ответить дочери, как заметила Альберта. Он вошёл в кухню, махнул Лизе в знак приветствия, подошёл к Марте и поцеловал.
Лиза закатила глаза:
— Фууу. Эй, алё! Я здесь вообще-то. Вы опять поцеловались! Ну, раз вы оба решили поиграть во взрослых, не забудьте про правила безопасности.
Марта покраснела и воскликнула:
— Лиза! Как тебе не стыдно! Как ты говоришь со взрослыми?
— А где тут взрослые? Ау!
Альберт, до этого наблюдавший за ними, ухмыльнулся и произнёс:
— Ну, видимо, взрослая это ты? Или я ошибся?
Лиза проигнорировала его слова и обратилась к матери:
— Мам, ты не из тех, кто ведётся на улыбки. Что с тобой? Хочешь, я уйду погулять, чтобы вы тут посмеялись вдвоём?
Альберт кивнул, а Марта тихо сказала:
— Лиза, дочка, тебе действительно лучше пойти погулять. Нам с Альбертом нужно поговорить.
— Но с одним условием! — крикнула Лиза. — Ты мне потом всё расскажешь! А то ходите тут на цыпочках, прячетесь. Все всё понимают. Просто делают вид, что не понимают. — Она покачала головой. — Знаешь, что я обожаю? Когда взрослые делают глупости, а потом учат нас быть умными. Ну ладно. Я ушла. Ведите себя прилично.
Она прошла к выходу и уже у двери ткнула Альберта пальцем в бок. Когда Лиза вышла, Альберт повернулся к Марте, показал ей на стул и сказал:
— Давай сядем. Нам действительно нужно поговорить.
Марта кивнула, отодвинула стул и села. Ей было страшно, голос Альберта звучал серьёзно и непривычно для неё. Его тон мог значить только одно — ничего хорошего он не скажет. Она выпрямила спину, сложила руки на колени, потом сцепила в замок и положила их на стол. Вот. Так у неё будет опора. На всякий случай.
Альберт развернул стул и сел напротив. Откашлялся и начал говорить.
— Марта, мне нужно уехать. — Он помолчал. — По работе.
— Как-то неубедительно прозвучало, — сказала Марта дрогнувшим голосом. — У тебя есть другая женщина и ты едешь к ней?
Альберт вытаращил глаза и засмеялся.
— Ты меня удивляешь, Марта. Откуда у тебя такие мысли? Насколько я помню, я не давал повода так думать. Да и в общем… а разве я должен отчитываться?
— Ты прав, не должен, — прошептала Марта. — Извини. Продолжай.
Альберт хмыкнул и продолжил.
— Ты меня раздеваешь не глазами, а вопросами. Это, знаешь ли, посложнее будет. Не нужно делать проблему там, где её нет. Если бы ты не была такой упрямой, я бы уже испугался, что это не ты.
Марта улыбнулась, но продолжала сидеть натянутая, как струна, как будто перед прыжком в бездну, понимая, что вроде бы вот выход — нужно просто встать и выйти. Но она не могла. Ждала.
Альберт помолчал, потом тоже сложил руки в замок, положил на стол и продолжил.
— Так вот. Как я уже сказал, мне нужно уехать. Но я не хочу этого делать не поговорив с тобой. Всё же у нас были приятные… мгновения. Я не романтик, не принц из сказки и не мужчина мечты. Думаю, что ты успела это заметить. Я не дарю цветов и подарков, не приглашаю на свидания и не верю в любовь. Мне важно, чтобы женщина меня устраивала, и была мне удобна, тогда у нас может что-то получиться. Ты, Марта, меня устраиваешь, ты мне удобна, и даже мне нравишься. Ты забавная. Я предлагаю тебе отношения на моих условиях.
Марта выдохнула и закрыла глаза. Потом открыла и спросила:
— На каких?
Он улыбнулся.
— Я знал, что ты спросишь. Он наклонил голову и посмотрел на неё, будто пытался разглядеть под другим углом. А потом ответил:
— А условия таковы: первое — ты не мешаешь мне жить. Я не могу сидеть на одном месте. Для вдохновения и работы мне нужна свобода, и я буду… часто в поездках. Иногда подолгу. Конечно же у тебя будет связь со мной — телефон, электронная почта. Но видеться мы будем редко. Ты не будешь высказывать мне претензии по этому поводу, и пилить, что меня постоянно нет. Если ты захочешь — сможешь ездить со мной. Но думаю, это вряд ли будет часто получаться. У тебя — Лиза, а у неё школа. Но вопрос с совместными поездками можно решить. При желании.
Марта посмотрела на него.
— А что значит в твоём понимании «свобода»? К ней относятся… другие женщины? — произнесла она и покраснела.
Альберт рассмеялся.
— А ты ревнивая.
— Ты ошибаешься. Но если… я вдруг решу… согласиться на такие отношения, я должна знать, что ты там … в своей жизни не пользуешься другими женщинами, так же как в эти дни — мной.
Альберт удивлённо посмотрел на неё:
— Я? Пользовался тобой? Ну… будем откровенны, тебя это вполне устраивало. Ты тоже пользовалась… моим присутствием и… телом. И даже получала удовольствие. Так что всё честно. Не надо драматизировать. Я могу тебе обещать: если у нас будут отношения — я буду тебе верен. Это для меня принципиально. Я не сплю с другими женщинами, когда у меня есть своя, пусть даже и
