Лицо Элона вмиг омрачилось еще больше, тонкие губы плотно сжались, ногти впились в ладони. Свойственница царевны по браку с дядей Мерезия не могла научить девушку ничему стоящему. О ее безнравственности и распущенности говорили далеко за пределами государства. Изгнать изменницу мог только муж, но он давно томится в неволе. Вот стареющая тетка, зная о своей безнаказанности, и пускается во все тяжкие. Липкий взгляд развратной женщины не редко останавливался и на красивом офицере, но читаемое на его лице явное отвращение, останавливало от посягательств на его постель. Зачем Веления встречалась с ней? Необходимо срочно выяснить. Но как?
Катя любила подолгу стоять на широкой крепостной стене и сверху наблюдать за качающейся на волнах флотилией. Каких только кораблей не наблюдалось впереди: рыбопромысловые, зверобойные, торговые, военные и конечно же прогулочные. Яркие расцветки парусов, переливаясь, соревновались между собой в причудливости узоров. Удивительно, как они не выгорают на таком ярком солнце. Умельцы из далекой Ландии создавали поистине волшебные ткани. Не меньшим мастерством отличались резчики по дереву из Древгена. Созданные ими фигуры мифических животных украшали не только нос, но и корму кораблей и даже борта прогулочной царской ладьи. Разумеется, ни одно судно не могло состязаться по роскоши отделки с вельским посольским кораблем, ослепляющим отражающимися солнечными лучами от золотых нитей парусов. Только как сейчас на закате можно спокойно рассмотреть судно, не боясь за свои глаза. Катя уже узнала, что эти паруса не используются в плавании и устанавливаются обычно при приближении к порту назначения для поддержания статуса и величия Вельса, иначе бы вся команда и посол страдали от потери зрения.
– Тебе нравиться мой корабль, Катриих? – посол Кхан подобрался совсем незаметно.
– Он восхитителен, – честно признался мастер.
– Ты можешь плыть на нем в Вельс вместе со мной, если захочешь.
Такое неожиданное предложение не могло не настораживать готового к любой западне собеседника.
– За что мне оказана такая высокая честь?
– Твои способности представляют для нас особую ценность. Мой повелитель велел доставить непревзойденного мастера живым, невредимым и здоровым. У него большие планы на тебя. Ты от морской болезни не страдаешь?
– Не понимаю. Время моего пребывания в вашей стране ограничено периодом необходимым для подготовки к свадьбе, дальше я возвращаюсь в Бальгелию.
– Разумеется. Подготовка свадебной церемонии дело не быстрое, достаточно сложное и свадьба такого влиятельного властителя может откладываться и откладываться…
– Вы намекаете на то, что срок нашего пребывания в Вельсе может затянуться на неопределенное время?
– Разве я намекаю? По-моему, говорю прямо. Дата свадьбы не назначена. И другие гости будут приглашены только тогда, когда царь Рамонд получит то, на что рассчитывает?
– И на что рассчитывает великий царь?
– Это он сам тебе поведает. Так ты принимаешь мое предложение о совместном плавании?
– Нет. Благодарю. Моя каюта на корабле Нижней Бальгелии уже готова.
– Как знаешь. Всегда можешь передумать.
Катриих с удовольствием бы прекратил этот разговор и удалился к себе, но не имея на это права по статусу, вынужден был ждать, когда хитрому послу наскучит играть с ним, словно с игрушкой.
– Как ты думаешь, у Велении есть возлюбленный? – не унимался Кхан.
– Я не интересуюсь сердечными делами госпожи.
– Да? А может быть это ты сам и есть?
Катриих даже поперхнулся.
– А что? Хотя усы настоящего мужчины еще не стали пробиваться на твоем лице, для девушек ты можешь быть привлекателен своей чистотой и умом.
– Уверяю вас, вы заблуждаетесь на мой счет. Я не достоин красоты нашей царевны.
– Красота Велении - вопрос спорный.
– Разве царевна не самая прекрасная девушка на много дней пути вокруг?
– У Рамонда все возлюбленные прекрасны и ни одна не похожа на другую. И они все покладисты, уравновешены и скромны, иначе им не ужиться вместе.
– Ваш повелитель содержит целый арсенал любовниц во дворце?
– Конечно. Он молод и силен.
– А Веления знает о них?
– Узнает, если сама не догадывается.
– То есть, ее пребывание в вашей столице начнется с неприятных открытий и разочарований?
– Время покажет. А пока не думай за других. Так и быть ступай. Но помни, я присматриваю за тобой.
Повторное позволение не потребовалось, юноша, мигом поклонившись, исчез за крутым поворотом каменной стены и свободно выдохнул.
Посланник Вельса долго смотрел вслед, раздумывая над нехарактерным поведением юного умельца. Для мальчишки, подобранного на улице и взлетевшего до небывалых высот за считанные дни, он слишком скромен и сдержан. Его не греют лучи славы и не привлекают даруемые знатными особами блага. А это очень странно. В умах подобных людей, не жаждущих славы и денег, может таиться крамола и угроза существующей власти. Не даром малец не раболепствует перед царскими персонами и держится на равных с любым вельможей. Стоит отнестись к нему повнимательнее и не привезти Рамонду ко двору молодого смутьяна.
Глава 5
Наконец настал торжественный день отплытия свадебного каравана в Великий Вельс. Время, проведенное в ожидании этой даты, превзошло все разумные сроки для подготовки приданого и снаряжения кораблей. Казалось, посол Кхан намеренно испытывал терпение царевны и всего царского двора, оценивая достойную ли невесту выбрал его повелитель. Некоторые соседние дома правителей даже стали посмеиваться и намекать на разрыв помолвки со стороны правителя Вельса. Дескать царевна не верна данному обещанию и имеет чуть-ли не целый штат возлюбленных.
Царь Элфаст не скрывая своей радости, с несвойственной его возрасту и величию подвижностью носился по пристани, и раздавал указания направо и налево, порою одно нелепее другого. Со стороны казалось, что ему не терпится избавиться от засидевшейся в башне дочери, что совсем не удивительно, учитывая сколько женских истерик, упреков и требований пришлось ему пережить за последние два месяца. Любимая доченька добавила седины в виски венценосного отца. Не отставали и ее мать с теткой, которым категорически запретили въезд в Вельс сопровождать невесту, из опасения негативного влияния с их стороны на ум будущей царицы цариц.
Пушки прощальным грохотом оповестили о готовности к отплытию, народ Нижней Бальгелии высыпал на пристань, не желая оставаться в стороне от такого судьбоносного для государства события. Элон поставил заслоны из стражи на пути движения царевны, образуя живой коридор. Царевна Веления не заставила себя долго ждать. Всего лишь каких-то часа два-три люди находились под палящими солнечными лучами прежде чем лицезреть красавицу. Правда увидеть им удалось только тоненькую фигурку, облаченную в тяжелое парчовое платье и увешанную небывалым количеством драгоценностей. Лицо и волосы девушки были закрыты тонким покрывалом. Складывалось впечатление, что царевне горестно оставлять родной дом и она скрывает следы слез и печали. Ах если бы кто-то мог заглянуть под ткань накидки, он стал бы поражен той самодовольной улыбкой и высокомерием на юном личике, укрытыми от посторонних глаз. Изящной походкой царевна прошествовала мимо свои подданных и поднялась на ладью. Элон последовал за нею и как только за его возлюбленной закрылась дверца каюты, офицер дал команду отчаливать. Стража расступилась перед нахлынувшей публикой, кричавшей напутственные слова и машущей зелеными ветвями оливы на прощание.
Первым отплыл златопарусный корабль Вельса, за ним царская ладья и потом последовали военные и грузовые корабли. Поданных Бальгелии, допущенных сопровождать невесту, оказалось так мало, что они уместились на одном паруснике со всем своим дорожным скарбом.
Мастер Катриих отказался и от места на резной ладье Велении и на корабле Кхана. Шумная компания придворных бальгельцев, предвкушающих развлечения, его совсем не тяготила. Погруженный в свои идеи он мог подолгу не замечать никого вокруг.
[justify]В пути находились неполных семь дней. Дорога особо не успела утомить, как звонкий сигнальный гул возвещавший о приближении к порту назначения донесся с корабля Вельса. Вскоре показались бирюзовые купола столицы. Как там у Пушкина: «Град на острове стоит, с златоглавыми церквами, с теремами и садами». Церквей конечно же не было. Православная вера еще не зародилась. А вот все остальное соответствовало описанию сказочного города, размещенного на неприступном полуострове. Как они смогли такое построить? – восхищался Катриих вслух, представляя сколько усилий понадобилось только на доставку строительных и отделочных материалов. Он слышал ранее о том, что город был возведен на пустынном полуострове дедом нынешнего правителя за двадцать лет, но не представлял масштаб проведенных работ. Когда корабль обогнув половину полуострова направился в закрытый от волн и ветра фьорд, юноша ахнул, рассмотрев висячие сады города, разбитые на нескольких уровнях по обеим сторонам от залива.
