присяжным их обязанности, разъяснить требования закона, в нарушении которого обвиняется подсудимый ( но не предусмотренное наказание ), объяснить требования закона к доказательствам в суде, еще раз кратко изложить дело и резюмировать аргументы, высказанные сторонами. Присяжные совещались в особой комнате без ограничения по времени, вердикт выносился простым большинством голосов, с открытым голосованием; при разделении голосов поровну вердикт выносился в пользу подсудимого.
Вердикт присяжных оглашался в суде. При оправдательном приговоре подсудимый освобождался немедленно. При обвинительном вердикте стороны получали право выступить с речами, посвященными определению наказания, в том же порядке, что и в прениях. Затем суд удалялся на совещание для постановления приговора, резолютивная часть которого объявлялась председательствующим либо немедленно, либо на следующий день; полный приговор затем объявлялся подсудимому в отдельном судебном заседании. Суд имел право сразу же после вынесения присяжными обвинительного вердикта отменить его и передать дело на повторное рассмотрение с новым составом присяжных, такие решения могли постановляться только всем составом суда единогласно и только однократно.
В случае суда без присяжных процедура вынесения приговора была проще: председательствующий составлял аналогичные вопросы для членов суда, суд в совещательной комнате голосовал по вопросам, также вынося решение большинством голосов. При равенстве голосов голос председательствующего решал дело.
В суде с присяжными участникам процесса запрещалось упоминать, к какому наказанию может быть приговорен подсудимый в случае признания его виновным. Эта предосторожность привела к неожиданному результату: юридически неграмотные ( а частью вообще неграмотные ) присяжные обычно представляли себе уголовный закон более суровым, чем он был на самом деле, и были склонны признавать подсудимых невиновными из милосердия, считая наказание слишком тяжелым для преступления.
Суд не имел права присудить осужденного к наказанию ниже нижнего предела, установленного законом, но мог обратиться с ходатайством о том на Высочайшее имя ( к императору ).
Апелляция была правом всех сторон уголовного процесса, но допускалась лишь на приговоры, постановленные судом без присяжных и сословных представителей. На подачу апелляционной жалобы давалось 2 недели. Апелляционный процесс по процедуре не отличался от суда первой инстанции, но был короче: рассматривалось лишь то, на что именно была принесена жалоба, свидетели вызывались по усмотрению суда. Апелляционный суд, каковым являлась судебная палата, должен был либо подтвердить решение первой инстанции, либо постановить новое решение, самостоятельно разрешив все вопросы; отмена решения и возвращение его на новое рассмотрение не допускались.
Кассационные жалобы в Кассационный департамент Сената подавались осужденными, прокурорами и гражданскими истцами в уголовных делах на все приговоры, но могли касаться лишь формальных нарушений закона судом, не затрагивая существо дела. Кассационная инстанция могла только отменить приговор полностью и направить дело на повторное рассмотрение другим составом суда. В редчайших случаях ( лицо, за убийство которого осужден жалобщик, оказалось живым и т. п. ) кассационные жалобы могли приноситься и в связи с вновь открывшимися обстоятельствами дела.
Судебные слушания были открытыми, закрытый суд допускался только для дел о богохульстве и сексуальных преступлений, и только на время судебных прений.
" В части уголовного судопроизводства принципы реформы были также следующими:
отделение следствия от полицейского дознания, процессуальная независимость следствия;
поддержание обвинения в суде прокуратурой, обособленной от суда;
суд присяжных для обвиняемых в преступлениях средней и большой тяжести;
предание суду обвиняемых в тяжких преступлениях как отдельное судебное действие;
право подсудимого на оспаривание в судебном заседании любых доказательств, представленных следствием, в том числе и право повторно опросить в суде свидетелей и экспертов;
невозможность пересмотра вступившего в силу приговора при открытии новых обстоятельств, указывающих на виновность подсудимого;
вынесение только обвинительного либо оправдательного приговора, упразднение приговоров « об оставлении в подозрении »
Основные принципы, положенные в основу судебной реформы, были следующими:
полное отделение судебной власти от административной;
процессуальная независимость судей;
единый суд для всех сословий (кроме крестьянского суда по мельчайшим делам);
гласность судопроизводства;
устный и состязательный характер судопроизводства;
право сторон и подсудимых на защиту в суде, право на представление в суде корпорированным адвокатом;
открытость для сторон и подсудимых всех доказательств, выдвигаемых против них;
ограничение рассмотрения дела по существу двумя инстанциями, первой и апелляционной ( для судов присяжных и для мельчайших дел — одной инстанцией );
право сторон и осужденных на подачу кассационной жалобы;
единство кассационной инстанции и кассационной практики;
упразднение ревизионного ( без жалоб сторон и протеста прокурора ) пересмотра дел вышестоящей инстанцией;
решение дела на основании внутреннего убеждения судей или присяжных, без принятия любого рода доказательств за заведомую истину;
передача менее значимых дел мировым судам, а более значимых — общим судам; подсудность гражданских дел определялась по сумме иска, уголовных — по тяжести возможного наказания.
В части уголовного судопроизводства принципы реформы были также следующими:
отделение следствия от полицейского дознания, процессуальная независимость следствия;
поддержание обвинения в суде прокуратурой, обособленной от суда;
суд присяжных для обвиняемых в преступлениях средней и большой тяжести;
предание суду обвиняемых в тяжких преступлениях как отдельное судебное действие;
право подсудимого на оспаривание в судебном заседании любых доказательств, представленных следствием, в том числе и право повторно опросить в суде свидетелей и экспертов;
невозможность пересмотра вступившего в силу приговора при открытии новых обстоятельств, указывающих на виновность подсудимого;
вынесение только обвинительного либо оправдательного приговора, упразднение приговоров « об оставлении в подозрении »
( Википедия )
* Роковой день *
« На другой день после описанных мною событий, в десять часов утра, открылось заседание нашего окружного суда и начался суд над Дмитрием Карамазовым. » -
« Но что особенно поразило, это – внезапная выходка Мити: только что донесли о Смердякове, как вдруг он со своего места воскликнул на всю залу:
— Собаке собачья смерть! » -
« – Подсудимый, признаете ли вы себя виновным?
Митя вдруг встал с места:
– Признаю себя виновным в пьянстве и разврате, – воскликнул он каким - то опять - таки неожиданным, почти исступленным голосом, – в лени и в дебоширстве. Хотел стать навеки честным человеком именно в ту секунду, когда подсекла судьба! Но в смерти старика, врага моего и отца, – не виновен! Но в ограблении его – нет, нет, не виновен, да и не могу быть виновным: Дмитрий Карамазов подлец, но не вор! »
* Опасные свидетели *
Итак, на суд не явились: Миусов, помещик Максимов, Смердяков в виду его смерти. Автор пишет так, что мы понимаем, что он на суде присутствовал. Давайте продолжим список, чтобы понять, кто же рассказывает историю братьев.
Дмитрий под судом, Иван и Алексей, а также Ракитин и Калганов - свидетели, Григорий писать точно не может. Ракитин был на суде изобличён адвокатом в том, что он с Грушенькой договорился, что если он приведёт Алексея в монашеской одежде, то получит от неё 25 рублей. Единственный участник суда без проблем это Калганов. -
« Замечу только, что с самых первых минут суда выступила ярко некоторая особая характерность этого « дела », всеми замеченная, именно: необыкновенная сила обвинения сравнительно со средствами, какие имела защита. » -
« Мужчины же наиболее интересовались борьбой прокурора и славного Фетюковича. » -
Убеждён, что прототипом Фетюковича явился адвокат В.Д.Спасович. -
" Влади;мир Дани;лович Спасо;вич ( бел. Уладзімір Данілавіч Спасо;віч; пол. W;odzimierz Spasowicz; 16 января 1829, Речица Минской губернии, ныне Гомельской области — 26 октября 1906, Варшава ) — русский [ источник не указан 47 дней ] юрист - правовед, адвокат, польский публицист, критик и историк польской литературы, общественный деятель.
В 1863 году издал « Учебник криминального права », за который ему была присуждена учёная степень доктора права. Один из первых выступил с резкой критикой « Уложения о наказаниях криминальных и исправительных » 1845 года. 31 мая 1866 году в связи с судебной реформой стал адвокатом. Современники отмечают научный подход В. Д. Спасовича к адвокатской работе. Речи Владимира Даниловича отличались строгой композицией, подлинно научным анализом доказательств. Он часто подвергал сомнению и оспаривал сомнительные утверждения экспертов, так как обладал глубокими знаниями во многих специальных дисциплинах ( в частности, в судебной медицине ). В. Д. Спасович всегда уделял огромное внимание предварительной подготовке и не любил экспромтов. Интересно, что, начиная свои речи, В. Д. Спасович немало удивлял ранее незнакомых с его выступлениями слушателей. Вначале он всегда начинал как бы с трудом, чуть ли не заикаясь, но через пару минут оратор преображался и произносил свою речь в полном блеске мысли и формы. Сейчас невозможно сказать, было ли такое начало приёмом ( « работа на контрасте » ) либо органическим свойством Владимира Даниловича, однако в конце речей аудитория всегда была покорена. Речи В. Д. Спасовича ценили его коллеги. Анатолий Фёдорович Кони, давая характеристику В. Д. Спасовичу, писал:
В числе многих и многие годы я восхищался его оригинальным, непокорным словом, которое он вбивал, как гвозди, в точно соответствующие им понятия, — любовался его горячими жестами и чудесной архитектурой речи, неотразимая логика которых соперничала с глубокой их психологией и указаниями долгого, основанного на опыте житейского раздумья.
Владимир Спасович сделал значительный вклад в разработку проблем психофизиологии, участвовал в заседаниях и входил в состав Психиатрического общества при Военно - медицинской академии.
Известные дела:
• Дело об убийстве фон Зона
• Нечаевское " дело "
( Википедия )
« Наконец опросы перешли к защитнику, и тот первым делом начал узнавать о пакете, в котором « будто бы » спрятаны были Федором Павловичем три тысячи рублей для « известной особы ». « Видели ли вы его сами – вы, столь многолетне приближенный к вашему барину человек? » Григорий ответил, что не видел, да и не слыхал о таких деньгах вовсе ни от кого, « до самых тех пор, как вот зачали теперь все говорить ». Этот вопрос о пакете Фетюкович со своей стороны тоже предлагал всем, кого мог об этом спросить из свидетелей, с такою же настойчивостью, как и
