наказаниях криминальных и исправительных » 1845 года. 31 мая 1866 году в связи с судебной реформой стал адвокатом. Современники отмечают научный подход В. Д. Спасовича к адвокатской работе. Речи Владимира Даниловича отличались строгой композицией, подлинно научным анализом доказательств. Он часто подвергал сомнению и оспаривал сомнительные утверждения экспертов, так как обладал глубокими знаниями во многих специальных дисциплинах ( в частности, в судебной медицине ). В. Д. Спасович всегда уделял огромное внимание предварительной подготовке и не любил экспромтов. Интересно, что, начиная свои речи, В. Д. Спасович немало удивлял ранее незнакомых с его выступлениями слушателей. Вначале он всегда начинал как бы с трудом, чуть ли не заикаясь, но через пару минут оратор преображался и произносил свою речь в полном блеске мысли и формы. Сейчас невозможно сказать, было ли такое начало приёмом ( « работа на контрасте » ) либо органическим свойством Владимира Даниловича, однако в конце речей аудитория всегда была покорена. Речи В. Д. Спасовича ценили его коллеги. Анатолий Фёдорович Кони, давая характеристику В. Д. Спасовичу, писал:
В числе многих и многие годы я восхищался его оригинальным, непокорным словом, которое он вбивал, как гвозди, в точно соответствующие им понятия, — любовался его горячими жестами и чудесной архитектурой речи, неотразимая логика которых соперничала с глубокой их психологией и указаниями долгого, основанного на опыте житейского раздумья.
Владимир Спасович сделал значительный вклад в разработку проблем психофизиологии, участвовал в заседаниях и входил в состав Психиатрического общества при Военно - медицинской академии.
Известные дела:
• Дело об убийстве фон Зона
• Нечаевское " дело "
( Википедия )
« Наконец опросы перешли к защитнику, и тот первым делом начал узнавать о пакете, в котором « будто бы » спрятаны были Федором Павловичем три тысячи рублей для « известной особы ». « Видели ли вы его сами – вы, столь многолетне приближенный к вашему барину человек? » Григорий ответил, что не видел, да и не слыхал о таких деньгах вовсе ни от кого, « до самых тех пор, как вот зачали теперь все говорить ». Этот вопрос о пакете Фетюкович со своей стороны тоже предлагал всем, кого мог об этом спросить из свидетелей, с такою же настойчивостью, как и прокурор свой вопрос о разделе имения, и ото всех тоже получал лишь один ответ, что пакета никто не видал, хотя очень многие о нем слышали. Эту настойчивость защитника на этом вопросе все с самого начала заметили. » -
При опросе адвокатом Григория выяснилось, что Григорий выпил в ту ночь стакан водки.
Адвокат усомнился, что Григорий видел отворённую дверь. -
« – Понимаю, слишком понимаю! – воскликнул Фетюкович, как бы сам сконфуженный и как бы стремительно спеша извиниться, – вы, как и всякий другой, могли быть в свою очередь заинтересованы знакомством молодой и красивой женщины, охотно принимавшей к себе цвет здешней молодежи, но… я хотел лишь осведомиться: нам известно, что Светлова -
на суде выяснилось, что эта фамилия Грушеньки - Ю.Д.
Раз у ней такая фамилия, значит она светлый падший ангел, потому что в тексте романа не раз проскальзывали у неё черты чёрта, например, сверкание глаз. -
месяца два назад чрезвычайно желала познакомиться с младшим Карамазовым, Алексеем Федоровичем, и только за то, чтобы вы привели его к ней, и именно в его тогдашнем монастырском костюме, она пообещала вам выдать двадцать пять рублей, только что вы его к ней приведете. Это, как и известно, состоялось именно в вечер того дня, который закончился трагическою катастрофой, послужившею основанием настоящему делу. Вы привели Алексея Карамазова к госпоже Светловой и – получили вы тогда эти двадцать пять рублей наградных от Светловой, вот что я желал бы от вас услышать? -
мы помним, что Дмитрий перелез через забор и побежал к дому Морозовой, где кухарка Феня сказала, что Грушенька уехала в Мокрое. Это тот самый дом, где находится старая, заросшая кустами, беседка, которую показал Алёше Дмитрий; дом этот соседский, от которого можно добежать или быстро дойти до дома Фёдора Павловича. Интересно, а куда пошли Ракитин и Алёша после того, как Грушенька уехала... -
« Помню, не прошло и тут без эпизода со стороны Мити: взбешенный тоном, с каким Ракитин выразился о Грушеньке, он вдруг закричал со своего места: « Бернар! » Когда же председатель, по окончании всего опроса Ракитина, обратился к подсудимому: не желает ли он чего заметить со своей стороны, то Митя зычно крикнул:
– Он у меня, уже у подсудимого, деньги таскал взаймы! Бернар презренный и карьерист, и в Бога не верует, преосвященного надул! » -
– Это была шутка… Я не вижу, почему вас это может интересовать. Я взял для шутки… и чтобы потом отдать…
– Стало быть, взяли. Но ведь не отдали же и до сих пор… или отдали?
– Это пустое… – бормотал Ракитин, – я не могу на этакие вопросы отвечать… Я, конечно, отдам. » -
« Но Фетюкович поймал и их в свои тенета: как ни вилял позванный опять Трифон Борисович, а все - таки должен был сознаться, что его колода карт была подменена паном Врублевским своею, а что пан Муссялович, меча банк, передернул карту. Это уже подтвердил Калганов, давая в свою очередь показание, и оба пана удалились с некоторым срамом, даже при смехе публики. »
* Счастье улыбается Мите *
Случилось это вовсе нечаянно даже для самого Алеши. Он вызван был без присяги, и я помню, что к нему все стороны отнеслись с самых первых слов допроса чрезвычайно мягко и симпатично. Видно было, что ему предшествовала добрая слава. Алеша показывал скромно и сдержанно, но в показаниях его явно прорывалась горячая симпатия к несчастному брату. Отвечая по одному вопросу, он очертил характер брата как человека, может быть и неистового, и увлеченного страстями, но тоже и благородного, гордого и великодушного, готового даже на жертву, если б от него потребовали. Сознавался, впрочем, что брат был в последние дни, из - за страсти к Грушеньке, из - за соперничества с отцом, в положении невыносимом. Но он с негодованием отверг даже предположение о том, что брат мог убить с целью грабежа, хотя и сознался, что эти три тысячи обратились в уме Мити в какую - то почти манию, что он считал их за недоданное ему, обманом отца, наследство и что, будучи вовсе некорыстолюбивым, даже не мог заговорить об этих трех тысячах без исступления и бешенства. Про соперничество же двух « особ », как выразился прокурор, то есть Грушеньки и Кати, отвечал уклончиво и даже на один или два вопроса совсем не пожелал отвечать. » -
« – Он говорил мне раз о своей личной ненависти к отцу и что боится, что… в крайнюю минуту… в минуту омерзения… может быть, и мог бы убить его.
– И вы, услышав, поверили тому?
– Боюсь сказать, что поверил. Но я всегда был убежден, что некоторое высшее чувство всегда спасет его в роковую минуту, как и спасло в самом деле, потому что не он убил отца моего, -
" отца моего " - вот эта фраза и громкий голос на всю залу выдаёт сильное волнение Алёши - ведь Фёдор Павлович отец их обоих: Алёши и Дмитрия. -
– твердо закончил Алеша громким голосом и на всю залу. Прокурор вздрогнул, как боевой конь, заслышавший трубный сигнал. » -
« – И все же на него указали?
– Я указал со слов брата Дмитрия. Мне еще до допроса рассказали о том, что произошло при аресте его и как он сам показал тогда на Смердякова. Я верю вполне, что брат невиновен. А если убил не он, то…
– То Смердяков? Почему же именно Смердяков? И почему именно вы так окончательно убедились в невиновности вашего брата?
– Я не мог не поверить брату. Я знаю, что он мне не солжет. Я по лицу его видел, что он мне не лжет.
– Только по лицу? В этом все ваши доказательства?
– Более не имею доказательств.
– И о виновности Смердякова тоже не основываетесь ни на малейшем ином доказательстве, кроме лишь слов вашего брата и выражения лица его?
– Да, не имею иного доказательства. » -
Очень слабое показание - понятно, брат брата не станет обвинять на суде, а будет оправдывать, да и Смердякова легко обвинять, ведь он мёртв! -
« Начался допрос Катерины Ивановны. Только что она появилась, в зале пронеслось нечто необыкновенное. Дамы схватились за лорнеты и бинокли, мужчины зашевелились, иные вставали с мест, чтобы лучше видеть. Все утверждали потом, что Митя вдруг побледнел « как платок », только что она вошла. Вся в черном, скромно и почти робко приблизилась она к указанному ей месту. Нельзя было угадать по лицу ее, что она была взволнована, но решимость сверкала в ее темном, сумрачном взгляде. Надо заметить, потом весьма многие утверждали, что она была удивительно хороша собой в ту минуту. Заговорила она тихо, но ясно, на всю залу. Выражалась чрезвычайно спокойно или по крайней мере усиливаясь быть спокойною. Председатель начал вопросы свои осторожно, чрезвычайно почтительно, как бы боясь коснуться « иных струн » и уважая великое несчастие. Но Катерина Ивановна сама, с самых первых слов, твердо объявила на один из предложенных вопросов, что она была помолвленною невестой подсудимого « до тех пор, пока он сам меня не оставил… » – тихо прибавила она. Когда ее спросили о трех тысячах, вверенных Мите для отсылки на почту ее родственникам, она твердо проговорила: « Я дала ему не прямо на почту; я тогда предчувствовала, что ему очень нужны деньги… в ту минуту… Я дала ему эти три тысячи под условием, чтоб он отослал их, если хочет, в течение месяца. Напрасно он так потом себя мучил из - за этого долга… » -
« Прокурор не позволил себе ни единого дальнейшего вопроса на эту тему. Фетюкович глубоко поклонился ей. О, он почти торжествовал! Многое было приобретено: человек, отдающий, в благородном порыве, последние пять тысяч, и потом тот же человек, убивающий отца ночью с целью ограбить его на три тысячи, – это было нечто отчасти и несвязуемое. По крайней мере хоть грабеж - то мог теперь устранить Фетюкович. « Дело » вдруг облилось каким - то новым светом. Что - то симпатичное пронеслось в пользу Мити. » -
оказалось, что Ракитин двоюродный брат Грушеньки.-
Появился свидетелем Иван Федорович.
* Внезапная катастрофа *
« Иван Федорович приблизился как - то удивительно медленно, ни на кого не глядя и опустив даже голову, точно о чем - то нахмуренно соображая. Одет он был безукоризненно, но лицо его, на меня по крайней мере, произвело болезненное впечатление: было в этом лице что - то как бы тронутое землей, что - то похожее на лицо помирающего человека. Глаза были мутны; он поднял их и медленно обвел ими залу.
Алеша вдруг вскочил было со своего стула и простонал: ах! Я помню это. Но и это мало кто уловил. -
вот что Смердяков сказал Ивану:
« ... если бы Дмитрий Федорович совершили это самое убивство, то, ничего не найдя, или бы убежали - с поспешно, всякого шороху боясь, как и всегда бывает с убивцами... » -
* Трактат о Смердякове *
« Видите ли, господа присяжные заседатели, в доме Федора Павловича в ночь преступления было и перебывало пять человек: во - первых, сам Федор Павлович, но ведь не он же убил себя, это ясно; во - вторых, слуга его Григорий, но ведь того самого чуть не убили, в - третьих, жена Григория,
