и предвидеть. Но, живший и сводящий Антона с ума внутри его этот подлый и коварный преступник кровожадный извращенец и маньяк рогатый адский демон джин исчез. Либо, куда-то нырнул и затаившись, спрятался. А она, лежала и смотрела на него своим практически не моргающим ангельским голубыми глазами.
Он, Антон плохо помнил, было ли что-то между ними.
Вероятно да. Так как, кое-чего у него Антона даже болело промеж его мужских ног, натертое, чуть ли не в мозоли, а в паху все сводило болезненной судорогой. Да и белые шелковые простыни под ним были влажные как после страстного неимоверного дикого секса.
Было все еще влажным от пота нагое полностью мужское тело. И было такое ощущение, что секс завершился только, только вместе с пробуждением. Да, как оказалось, еще какой секс, раз болело все мужское его сорокалетнее тело.
Он, обнимал ее и руками ощущал ее женское молодое гибкое красивое полностью обнаженное девичье нежное тело. Ее с торчащими маленькими аккуратными сосочками полненькую грудь и крутые женские изящные бедра.
Ее запах, что был не запахом пота, а неких приятных цветочных ароматов. Что сходил до него с мокрых раскинутых по подушкам русых вьющихся длинных волос.
И казалось, его прекрасная любовница источала некий даже голубеющий вокруг себя искрящийся переливающийся всякими цветами радуги свет.
Она, вдруг плавно, убрала с его тела свои руки, и отбросив в сторону с себя постельное покрывало, поднялась, молча, разметав растрепанные свои русые длинные змеящиеся колечками волосы по гибкой голой спине и плечам, усевшись на ее края своей широкой женской изящной попкой и спиной к лежащему на постели Антону Дегтяреву.
Сколько сейчас было времени, Антон не имел понятия. Но было ранее утро, и Антон решился поднять свою черноволосую голову парня любовника, повертеть ею и осмотреть все вокруг себя.
Так как он не понимал, где сейчас находится, ему хотелось быстрей все узнать.
Он был совсем другим сейчас человеком. Вполне здравомыслящим и по самые уши влюбленным. Это было иное его я. Какое-то совершенно другое и не знакомое даже ему самому. Не то, что было совсем недавно. Отмороженное кровожадное и преступное. Вечно пьяное, забытое всем миром и всеми.
Его красавица любовница, внезапно обернулась своим голубоглазым миленьким девичьим личиком любовницы к нему и, положив тому свою легкую женскую руку на голову, прижимая ее к большим в шелковых белоснежных наволочках мягким пуховым подушкам, копошась в его черных мужских мокрых кудрях, произнесла - Доброе утро, любимый мой.
- Доброе утро, моя любимая – он ей, вдруг сам ответил, удивляясь все еще не понимая, что происходит с ним, и где он находится, потрясенный увиденным и своей способностью трезво и здраво теперь мыслить.
- Как спалось, любимый мой - произнесла лежащая с ним в постели красавица подруга.
- А сколько сейчас время, моя любимая? – он, почему-то и именно так ее спросил.
- Десять утра, любимый – в ответ она ему произнесла и добавила -Пора вставать.
Девица, оставив лежать в постели Антона поднялась с постели. И, будучи совершенно, как и он голой, пошла в сторону ванны и туалета.
Она, распустив свои длинные русые вьющиеся по плечам и спине волосы, плавно и красиво виляя своим широкими овалами женских бедер, продефилировала вдоль длинного межкомнатного коридора. Не оборачиваясь, в его сторону, исчезла за поворотом, войдя в иное помещение.
Антон Дегтярев слышал как она, что-то там делает. Зашумела в душевой вода. И оттуда раздался женский голос - Антон, любимый, вставай уже. Нам пора.
Антон Дегтярев теперь точно оторвал свою голову от подушек и осмотрелся кругом.
Он был потрясен.
Он находился не у себя дома и вообще непонятно, где, как и предполагалось.
Не то, и в правду была некая городская гостиница. Не то, это был ее этой любимой красотки любовницы дом или квартира. Но все сверкало настоящим золотом.
Все вокруг.
Стоящие фарфоровые дорогущие большие вазы и посуда на покрытом белоснежной воздушной кружевной скатертью столе. Стулья и кресла. Да и вообще, вся мебель в спальне как, вероятно и во всем довольно большом помещении. В золотой отделке были потолки и дверные портьеры. Висели в золотых рамах красивые живописные картины с изображением крылатых ангелов, что казалось, там жили и даже шевелились. А яркие букетами в золоченых вазах неизвестные синему глазу Антона цветы распускали свои большие листья прямо перед ним, точно приветствуя его встающего с постели.
- Что это? - он произнес, вслух негромко – Где, это я?
Все это сон или не сон, Антон думал и гадал, потрясенный увиденным, что слепило его своим неслыханным богатством и светом глаза. Или продолжение того сна, из которого он выпал сюда в другой сон.
- Любимый! – он услышал из душевой голос своей любовницы подруги – Ты встал или нет?! Или мне идти тебя поднимать?!
Антону казалось, что он знал ее. Что, где-то и когда-то они даже были знакомы. Возможно мимоходом, но он ее знал и видел.
Только, где и когда?
И вот, она явилась к нему в его снах. В этом точно волшебном заколдованном странном безлюдном городе. И они встретились и даже влюбились друг в друга. Особенно он, Антон Дегтярев полюбил ее, просто без памяти. Первый раз в своей жизни это сработало в нем. Настоящая живая человеческая любовь.
Она приняла его как настоящего мужчину. Без всяких издевательств и насмешек. Как-то сразу. Не то, что ранее, когда-то в школе, когда все девчонки издевались над ним. Неуклюжим хилым, слабым и сопливым сосунком. Самым забитым и маленьким в классе практически безобидным на вид и внешность мальчишкой. Которому все время доставалось от сверстников пацанов и даже иногда девчонок. И вот, тогда в нем поселилось нечто злое и мстительное, жаждущее рвать и убивать. И особенно девчонок. Так как они издевались над ним морально и смеялись над таким неудачником по жизни, каким был Антон Дегтярев. Даже в старших класса, пытаясь задружить с кем-либо, он получал соответствующий отпор и насмешки от более уже взрослых и оформившихся для любви молодых девушек. Либо полный игнор с чувством презрения. Хотя Антон был парень хоть куда на свою внешность и уже был, куда смелее, чем ранее в младших классах. Клеймо пожизненного неудачника прилепилось к Антону Дегтяреву конкретно и навсегда. Не помогали ни чьи добрые поучительные советы.
Он, Антон был одинок по жизни, подымаясь стремительно и по головам по криминальным лестницам в 90-х. Невероятно богат и даже успешен, если было все это можно назвать успехом. Пока не скатился вниз, и не отправился в бега, прячась от уголовного преследования. За все эти убийства молодых женщин и зверства, бросив все.
И вот этот сон, сперва, такой реальный и осязаемый, словно все происходило в самой реальной жизни. Ему, Антону, показалось, что он видит сон во сне. Но главное, он видит эту молодую лет около тридцати женщину. И главное, он влюбился как ненормальный в нее. Он насильник и маньяк, преступник и убийца женщин. Он влюбился. Это даже вызвало ироническую усмешку на его Антона мужских исцелованных любимой женщиной губах.
Антон не узнавал сам себя сейчас. Он стал другим человеком в этом странном мире, среди этого странного загадочного города и этой странной квартиры и спальни. После проведенной с женщиной любовной ночи. Но, как такое могло быть и случиться. Он здесь совершенно иной и другой.
- Может, я еще не проснулся, и все вижу до сих пор во сне - он произнес сам себе вслух.
Он тужился, перебирая все женские имена.
И, вдруг выстрелило – Юлия!
И мысль, вдруг угадаю. Точно, кто-то ему изнутри его подсказал ему.
- Юлия - он произнес вслух как бы осторожно, но чтобы та, что мылась под душем, услышала его, попробовав как бы невзначай. И она услышала, невзирая на громкий журчащий шум воды.
- Да, любимый! - произнесла ему Юлия. И следом - Ты встал, Антон?!
Он угадал ее имя. И понял, что все же с ней знаком был ранее. Но, где и когда? Да и теперь было неважно. Так произнес тот, кого затолкали глубоко внутри его мужского тела и сознания. Тот, кто обратно рвался и лез в его сознание и наружу.
- Встаю, зайка моя – произнес Антон, уже, будучи на своих ногах, поправляя свой натруженный тяжелой ночной работой детородный не малых размеров мужской член, стоя у душа Юлии.
В руках его вдруг оказался длинный разделочный кухонный нож под мясо.
И в этот самый момент, словно дожидаясь нужного своего часа, сидевший внутри взаперти его этот рогатый демон джин снова проявил себя, пробудившись от той силы, что заперла его внутри Антона Дегтярева. В мгновение, соврав те самые шарики в его черноволосой кучерявой мужской голове с катушек. Сделав опять тем самым полоумным и диким зверем, кем Антон и был на самом деле. Развеяв по ветру его страстную к женщине безумную и безудержную красивую любовь, превращая в дикую звериную лютую ненависть.
Юлия даже ничего не успела понять, выходя из горячего душа, как он, Антон напал на нее, нанося, удар за ударом длинным острым отточенным как бритва тесаком, совершенно безжалостно кромсая в кровавые безобразные куски отрезанного мяса тело своей любимой. Ибо был просто зверем в человеческом теле, и не мог не удержаться, чтобы не совершить такое жуткое преступление искушаемый кровожадными своим желаниями сладостных болезненных страданий и боли своих истязаемых и насилуемых жертв. Даже, сейчас с тем, кого любил.
Все мгновенно и разом исчезло. Весь этот чудесный сказочный светлый мир. Исчез город. Исчезла квартира или эта золотом отделанная гостиницв и спальня. Исчезла Юлия. А он, Антон Дегтярев очутился в некой совсем иной городской квартире. В самом центре Мельбурна, где лежала в луже крови и у ванной комнаты голая незнакомая ему совершенно молодая красивая женщина, лет двадцати восьми.
Он, каким-то невероятным и невообразимым образом, очутился тут в этой квартире и
