благодатно зажмурила глаза, но уже буквально через пять секунд приоткрыла их, хищнически оскалила зубы и дёрнулась в сторону Гле́нды, заигравшейся в салки и подбежавшей слишком близко к зверям. “Нельзя!” - строго рыкнул человеко-тень, помня уговор с Теко́ о ликвидации попыток нападения на исследователей, и дёрнул приятеля, обитавшего теперича в теле здоровой чёрной кошки, за поводок. Тот, присмирев, принялся катать по земле недоеденную рыбью голову. Человеко-тень смотрел на происходящее и думал: “В мире людей ты, когда пиво пил, всегда у сушёной воблы глаза выковыривал, вот и на Ло́твоне не можешь равнодушно к рыбине отнестись! Хотя я не лучше! Мозги силился из высушенной рыбьей головы добыть: они выглядели, как жирный налёт, я разламывал мозговую коробку и пытался слизнуть содержимое. Штука в том, что я видел мозг, а съесть его не мог, так и остался без мозгов, пока в параллельной вселенной не очутился…” Человеко-тень достал из авоськи, оставленной фруктовыми деревьями на краю леса щетинистых сосен, мандарин и принялся очищать его. Чёрный тигр добыл плоды во время рыбалки: весёлые исполины положили поклажу и махнули хищнику ветками, чтобы он забрал её. Абсолютная тень скривила морду и отодвинулась, чураясь цитрусового аромата эфирного масла, выделяемого мандарином.[/b]
“Мы с тобой оба естественную сладость не ценили, только химическую!” - негромко произнёс хищник, тренируя навык говорения сызнова. Я курил вплоть до перерождения на Ло́твоне: впихивал в себя едкий смрад, что хитрожопый табачный фабрикант сдобрил сахаром и настоенными на спирте ароматизаторами, и всегда ощущал, как горячий дым убивает и “прижигает” вкусовые сосочки языка. Лучше бы я с сосочками баб качественнее зажигал! Мужики о сексе жмж мечтают, а я вот всегда думал: “Тут перед одной женщиной опозоришься, и то стрёмно, а перед двумя - совсем засада! Так что, ну его!” Знаешь, приятель, я считаю, что наркотики перетекают из одной формы в другую и обратно: алкоголь - в никотиновую зависимость, та, в свою очередь, в сплетню, в залипание на социальную сеть, в отказ от реальной близости в пользу дрочивальни на порновидос, в желание понравиться тем, кто забивает на тебя болт, и в скупку барахла. Зависимости правят балом в нашем мире! Отчего так? Да от того, что мы, люди, ведём вялую, как член импотента, жизнь. Если у тебя стоит на женщину, труд, книги, то сие минимизирует зависимости. У дамочек тоже может стоять или не стоять! “Физиологически женщина - это мужчина, только наоборот, но мужикам об этом лучше не задумываться…” - человеко-тень хмыкнул. Абсолютная тень находилась рядом, но не обращала внимание на россказни другого чёрного тигра, гоняя по шерсти зубами блоху.
Мандарин брызнул соком прямо в глаз человеко-тени. “Сука!” - выругался хищник. Затем задёргал чёрной башкой, словно вытрехая из неё мусор: “Да что ж это за привычка окружающих-то во всём винить? Сам же когтем слишком сильно в мякоть впился!” В детстве виноват у родителей всегда был я, даже за то, что некрасив! Я сызмальства просил Бога исправить моё некрасивое лицо. Молил: “Пожалуйста, сделай это! Я тогда всем-превсем расскажу, что ты есть! Что ты вели́к! Что ты существуешь! Что твоё умение творить чудеса взаправдашное!” Лично я считал себя милым на мордашку дитём, меня не обзывали в школе, девчонки катали на своих велосипедах, но папка и мамка во чтобы-то ни стало желали выправить меня, и я тоже начал мечтать проснуться однажды с другим лицом. “С лицом абсолютной тени, например”, - неехидно сказал голос в голове. “Ты решил проявить ко мне участие?” - мысленно поинтересовался хищник у неведомо откуда берущегося голоса. “То, какой я, добрый или злой, зависит от тебя”, - прозвучало в голове хищника. Человеко-тень пошкрябал пятернёй лоб, отвязал абсолютную тень от корня щетинистой сосны, привязав к выступающей петельке у входа беседки, которую сплёл Фруктан. Хищник мог поклясться, что ещё минуту назад петли не было! Но стоило ему сильно захотеть, и она материализовалась, словно по волшебству… “И всё-таки магия на Ло́твоне есть! Я чую!” - подумал чёрный тигр. Он разложил в беседке кожуру, снятую с мандаринов, чтобы вывести блох у себя и абсолютной тени, улёгся на пол, плотно прижав голову и живот к деревянной поверхности, вытянул руки вперёд, задние конечности - прямо и кверху подушечками, размышляя: “Я представляю собой огромную кошку с руками, с плечами, но с лапами! Ну и пусть! Если бы я мог выбирать, то выбрал бы, конечно, такую внешность, как у Теко́, но мне досталось другое тело! Значит, нужно симпатизировать тому, что есть! И ещё вопрос: если я не могу выбрать тело, то что же тогда я выбрать могу?” - под текущие ручьём мысли человеко-тень прикорнул.
Во сне хищник, в котором жило человеческое сознание, вернулся домой, в мир людей. Человеко-тени снилось, что он находится на стадии расторжения брака, решил стать писателем и чуть меньше месяца назад создал свой первый рассказ. “Рассказ “Ирма”, - огласил мужчина и стал читать вслух.
Ирма боялась Призрака, поэтому никогда не оглядывалась назад, так как бесплотный Дух вечно тащился позади неё. Холодный, но реальный, он преследовал девушку долго. Ирма устала, поэтому сегодня она сделала исключение, обернулась, взглянув в еле видимые светящиеся глаза… Всё началось лет пять назад, когда нормы окружения больше не было сил выносить. Именно тогда Ирма услышала в своей голове голос Призрака. Он говорил, что если уж нарушать правила, то по-крупному! Девушка решилась перевернуть свою жизнь и в этот же миг сделалась врагом для всех родных. Будучи много лет тихой и скромной, она вдруг стала говорить громоподобное “нет”, высказывать своё мнение, резко отвечать на всё то, что не нравится, и брать, что хочет - даже без спроса. Особенно вещи. Ирму притягивали чужие вещи, как магнит, даже если не были ей нужны. Она забирала у своего окружения украшения, часы, брендовые и около брендовые шмотки, очки, новую обувь в коробках... Девушке доставляло удовольствие разбирать шкафы своих жертв, когда те думали, что надёжно укрыли свои запасы в его глубинах. Ирма воровала нравящиеся ей вещи, потому что они были похоронены под хламом. Воровство давало свободу, а Призрак всегда помогал своим незримым присутствием. Одновременно Ирма чувствовала исходящий от него ледяной холод. Жертвы Ирмы не знали о её поступках, даже в мыслях не подозревая, что она обкрадывает их. Со своими жертвами девушка была мила и неперечлива. Воровство длилось много лет. Ирма говорила себе: “Однажды я это прекращу!” И сегодня действительно перестала. Ирма, оглянувшись на последние пять лет, поняла, что воровство остаётся им же, как не назови. Больше девушка не оглядывалась, а Призрак правды ушёл терзать других…
“Воруя аметист у друга, я в какой-то степени спасал полудрагоценный камень, который валялся у него дома на полу, как сор, а для меня стал бы ступенькой на пути к счастью, радующей сердце и достойной любования!” - выдал комментарий на счёт собственного рассказа мужчина. Он закатил чёрные глаза, щёлкнул пальцами левой руки и сделал скачок в ушедшее. Смотря на свой поступок, совершённый в прошлом, хищник резюмировал: “Я вытворял неправильное ради правильной цели, но не учёл, что не только цель должна быть хорошей, но и шаги к ней! Каждый может ошибаться, и у каждого есть выбор, совершать и дальше то, что делал, или изменить свою жизнь! За каждым деянием следуют последствия. Ирма закрыла старую дверь, вот и мне нужно…”
Мужчина поёрзал на стуле, открыл двенадцатилистовую тетрадь с бежевого цвета обложкой и в косую линию и сказал: “У меня такая в первом классе была. Хотя актуальна она именно сейчас! Поработаю-ка я над новым рассказом и назову его “Белый мрамор”. Писатель из мира людей взял автоматическую шариковую ручку и вывел первое предложение:
“Нельзя встретить художника в поле. Или можно? - думал Джек, вглядываясь в свои владения”. Он стал наследником дяди, неожиданно превратившись из одного из претендентов на управляющего юридической фирмы в фермера. “Хотя "фермер" - это слишком громко сказано!” - размышлял наследник. Джек ничего не смыслил в аграрных делах и последний раз видел почившего дядю два десятка лет тому назад. Вся эта история с наследством казалось странной: у дяди было трое детей, столько же внуков, но почему-то он оставил ранчо не им, а малознакомому племяннику. Джека уже заранее раздражала сельская жизнь! Он накупил деловых костюмов, картин направления кубизм, заказал столешницу из белого мрамора... И тут пришло уведомление, что нужно ехать на другой конец страны за наследством, которое нуждалось в твёрдой руке нового собственника. “Отчего дядя выбрал именно меня?” - не находил себе места двадцативосьмилетний мужчина с дипломом колледжа и ненавистью к делам сельским. Но воля усопшего была непоколебима: либо Джек, либо никто. Глупость! Это всё дядина глупость и упрямство! Он верил в предначертанное, отмечал отдающее эзотерикой сходство между собой и Джеком… Джек первый раз глубоко всмотрелся в личность дяди: образование, хороший вкус на мебель и какая-то карьера в молодости. Когда дяде было около тридцати, он переехал на ранчо. Дети остались с женой в Вашингтоне. Дядя жалел, что женился не на той, тяжело воспринял предстоящую разлуку с детьми, но всё равно уехал. Мама всегда говорила Джеку, что дядя любит одиночество. Теперь это клише казалось Джеку странным: “Разве счастье не любит тишину?” Странно сравнивать тишину и одиночество! Слишком отличающиеся субстанции! Да и потом, одиночество одиночеству рознь! Лучше быть одному, чем не с теми! Дядя присылал подарок на каждый день рождения племянника вплоть до своей кончины. Дары вре́зались в память: красивые коробки и всегда то, что нужно. Дядя читал мысли племянника на расстоянии и ни разу не ошибся с выбором. Чертовщина или совпадение? Этот выбор Джек решил сделать позже, когда завершит уборку своего первого урожая…
[b]“Интересно, а что бы я подарил при встрече сыну, которого бросил ещё до рождения? Он же теперь взрослый? Наверное, я бы нарисовал недавно проснувшуюся сову с глазами в кучку и с чашкой кофе в лапе, как символ того, что я слишком долго дрых и проснулся только что!” - мужчина с
