Вещи разбросаны, будто их хозяйка металась, не находя выхода. Она оглядывается на меня и начинает суетливо рассовывать их по разным местам. Совершенно лишние действия в данных обстоятельствах. Реально.
- Э, сударыня, оставили бы вы все это. Какая, в принципе, разница? Лучше расскажите о себе. Мне это важно. Без приколов.
Странно, но мое предложение не вызывает вопросов. Нормально. Хотя, что угодно, наверное, можно списать на доверие к спасителю. Да?
Анна, значит, ее зовут Анна. Она очень напугана и уже несколько дней не выходит из квартиры. Но сейчас закончились все продукты, поэтому возникла необходимость поискать что-нибудь у соседей. А их давно не слышно. Вообще в доме такая тишина, что становится страшно. Телефон не работает, на улице не видно людей. Шастают только эти нежити.
Интересное название хищников, блин. Короче, наверное, она попала в точку. Хе-хе. Нежити! Придумала же.
У нее такое ощущение, что она осталась совсем одна в городе. И так радостно, что есть еще живой человек.
Тут женщина прерывисто вздыхает, теребя рукав кофты, и спрашивает, не составлю ли я ей компанию. Прикольно. Ответить мне нечего. Она имеет в виду совместное выживание. Вдвоем, наверное, действительно проще. Но здесь мы в очень неравных условиях. Все, что я могу предложить, это позаботиться о ней до прихода моих коллег. И даже в таком случае она станет дополнительной обузой для меня. Реально. Мне придется выбирать время, чтобы навещать, искать продукты, успокаивать. Жесть. Нет, вот умею я создавать себе проблемы на ровном месте. Будто пацана не хватает. Окей. Но, с другой стороны, не бросать же беднягу на произвол судьбы. И так всех этих людей просто кинули. Реально оставили без оружия в клетке с вурдалаками. Ладно. Делаю неопределенный жест рукой и сажусь в кресло. Женщина благодарит взглядом. Зашибись, я такая хорошая.
Вчера к ней весь вечер долбилось это чудовище, но затем пропало. Анна решила, что оно направилось искать другого человека. Оказалось, нет, затаилось на верхнем этаже.
Опять вздох на уровне рыдания. Сжатые на груди пальцы. Офигеть.
Ночью под окном завывал какой-то дьявольский хор, не давал уснуть. А сегодня пришлось вот выйти за едой. Все квартиры на площадке оказались заперты, и когда она начала спускаться, нежить напала на нее. И если бы не я, Анны не было бы уже в живых. Ах, она так мне благодарна, что даже не знает, как это выразить.
Круто. Вот такие пироги. Ужас и горе. Рядом. Долгие месяцы. И лицо ее поблекло, осунулось. Но я думаю, она сумеет вырулить, когда все это дерьмо закончится. Ей просто нужен покой и отдых. Мне так кажется. Короче, крепко пожимаю ей руку. Как пожала бы каждому, имеющему мужество в одиночку сопротивляться хищникам.
- Анна, сейчас я быстренько смотаюсь за продуктами. А ты закроешься и будешь терпеливо ждать. Понятно?
- О, господи, какая жуть! Неужели вы одна пойдете туда? А вдруг зверье поджидает поблизости. Одну вас я не пущу!
Блин, ну начинается. Не объяснять же ей что и как. И так уже кучу времени тут потеряла.
- Короче, ничего со мной не случится, поверь. Вернусь, максимум, через пятнадцать минут. И дай мне, пожалуйста, ключи на всякий случай.
Нормально. Женщина изумленно выставляется на меня, медлит. Потом вручает связку. Отходит в сторону. Окей. Такая сговорчивость не может не радовать. И пусть проблема истолкования текущих событий остается за ней. Наверное, как раз у нее есть время для размышлений.
Выхожу, сзади щелкает затвор. Окей. Внизу я видела незапертые квартиры, надо в них порыться чуть-чуть. Верно? В первой взять нечего. Как корова слизала. А вот со второй везет больше. Прикольно. Снимаю с крючка хозяйственную сумку, кладу туда консервы, чай, картошку, макароны. Думаю, Анне хватит на сегодня и завтра. А потом все должно закончиться, да? По-крайней мере я продолжаю на это надеяться.
Захожу на нужный этаж, прислушиваясь к звукам в подъезде. Только свист ветра да стук часов откуда-то. За дверью Анны тихо. Наверно, затаилась там, как мышь. Зашибись. Легко поворачиваю замки, вхожу. Никого. Нормально. Со стуком скидываю ботинки. И женщина в мгновение ока уже здесь. Расширенные зрачки, дрожащие руки. Ой, блин, бедняга! Долго же ей отходить придется. Если останется живой, конечно.
- Не надо бояться, пупсеныш. Ты, главное, не выходи отсюда никуда и ни за что. Понимаешь? Там верная смерть. Реально. Ты должна помнить об этом. Вот в сумке продукты. Завтра я принесу еще. И не забуду про тебя. Слышишь? Ну, чего не отвечаешь? Мутотень эта скоро загнется. Не будет она бесконечной. И я сообщу тебе, когда это случится. Обязательно. Блин, ну скажи хоть что-нибудь!
Она подносит пальцы к губам и, не отрываясь, смотрит на меня.
- Кто вы?
Зашибись. Конь в пальто, блин. Какая, нафиг, разница? Короче, задание мое в этот раз вообще проходит просто «на ура». Море контактов с людьми, зашибенная обстановка, охренительный противник до кучи. И неизвестно, где проем. Я фигею. Ей-богу, никогда так не встревала.
- М-да. В общем, я агент инопланетных спецслужб. Понятно? Надеюсь, тебя устроит такое объяснение. Другого не будет.
Лицо женщины еще больше вытягивается. Нормально. А вообще-то не мешало бы пожрать, живот уже реально свело. В общем, беру эту белоснежку за руку и веду в комнату.
- Кстати, не подскажешь, где находится кухня? Жутко хочется есть. Честно.
Ого, в глазах появляется осмысленное выражение. Ух ты, отбирает у меня сумку. Какие мы, оказывается, инициативные бываем, блин.
- Извините, сейчас я что-нибудь приготовлю.
Здорово. Иного я и не жду. Пока варятся макароны и закипает чайник, открываю консервированные овощи. Ставлю тарелки на стол. Здорово, когда кто-то готовит. Анна стоит около плиты, спиной ко мне. Рассматриваю ее. А ничего такая. Стройная. Наверное, от мужиков отбоя нет. Будто почувствовав мой взгляд, она оборачивается. Блин. Да ничего я не собиралась сказать. Ни слова. Зараза. Опускаю глаза. Надо же, человек может это чувствовать. Зашибись. Никогда бы не подумала.
Потом мы сидим напротив друг друга, едим, разговариваем. И я понимаю, что мне с ней офигительно комфортно. Давно так не было. Как у этого, блин, у Христа. За его пазухой. Хе-хе. А еще нет напряженной атмосферы, что успела сложиться в моей берлоге. И вопросов она не задает. Не то, что тот болван. Реально. Уходить, блин, совсем неохота. С ума сойти.
Наконец встаю. На часы боюсь даже смотреть. М-да. На лице Анны тут же появляется беспомощное выражение. Блин, она пытается меня остановить. А я ведь и так еле собралась, гадство.
- Может, ты все же останешься? Мне так страшно одной. Вдвоем легче выжить, ты же понимаешь. Пожалуйста, не оставляй меня.
Жесть! И что делать? Еще один человек нуждается во мне. И так будет с любым, кого я попытаюсь спасти. Зашибись. Но эта все-таки не любая, реально. Что-то в ней есть, родственное такое. Верно? Как бы мне по-хорошему уйти-то сегодня? Чтобы ей полегче стало. Блин, у меня же мишка есть! Прикольно. Роюсь в сумке и отдаю ей игрушку. Радуется. Как ребенок. Сколько, интересно, ей лет? И потеряла ли она кого-нибудь в этом дерьме? А спросить я все равно не решусь. Может быть, потом, когда-нибудь. Короче, одеваюсь, стараясь не смотреть ей в глаза. Но у порога оборачиваюсь.
- Анна, ты должна закрыть дверь на все замки. И не открывать никому! Слышишь? Четко понимаешь? Я зайду завтра. Не выходить! Не открывать! Надо, чтобы ты поняла стопроцентно. За дверью смерть!
Она внезапно хватает мою руку, прижимает к своей щеке, а затем целует. Зашибись! От неожиданности я отшатываюсь. А Анна сжимает ладонь еще крепче. Мы некоторое время стоим неподвижно. Потом отпускает пальцы. Офигеть. Так и до сердечного приступа довести можно.
Дверь за моей спиной закрывается. Я медленно иду и знаю, что женщина следит за моим уходом через глазок. А потом будет смотреть в окно.
