Крах операции Асгард. Военные приключения.

добавил: — Присаживайтесь, Александр Павлович. Вот он вер-нулся с разведки, — и кивнул на Сашку. — Доложи все. И без запинки.
     — Есть, товарищ майор, — начал матрос и представился: — Матрос Александр Кирьяков, 13 разведрота 181 разведотряда СОР…
     — Достаточно, — прервал его штатский. — Расскажи подробней, что за фриц тебе попался? С такими чудесными документами, рацией и неизвестной экипиров-кой, — и, взяв со стола финский нож, принадлежавший Сашке, профессионально подкинул его в руке. — Нож не немецкий.
     — А нож мой, — с улыбкой сказал матрос. — Я его с «кукушки» снял. Еще то-гда. В первую компанию. На финской.
     — Твой? — с удивлением переспросил тот, кого назвали Александр Павлович.
     — Мой.
     — Хороший пуукко. Искусный мастер его делал.
     — Наверное, — не переставая улыбаться, протянул Сашка. — Я этого руко-дельника с первого выстрела снял. Больше ничего не сделает.
     — Ладно, об этом. Держи свой нож, — протянул финку штатский. — Смахни с лица свою улыбку и рассказывай про разведвыход.
     И Сашка, сев на стул, стал подробно рассказывать штатскому, как они напоро-лись на фрица, как погиб главстаршина Игорь Иванович, как немец был экипиро-ван, что было при нем. Про татуировку на руке рассказал. Поведал, как он сутки тащил раненного Юрку на трофейной плащ-палатке и где захоронил главстаршину. В общем, доложил все детально и обстоятельно, ничего не забыв.
     Штатский внимательно выслушал доклад, не перебивая матроса вопросами, а по окончании обратился к майору:
     — Ну, товарищ майор, что вы думаете?
     — Да я даже не знаю, — пожал плечами «смершевец». — «Языков» мы приво-дим из разведки регулярно, но они как бы нового ничего не говорят. Какие части стоят напротив нас, мы тоже знаем. По обмундированию на
«бранденбуржцев» не похож. Егеря горные тоже не в такой амуниции воюют. Не знаю, Александр Павлович. Не знаю.
     — Вот и я не знаю, — тяжело вздохнул тот, кого назвали Александр Павлович, и, погладив подбородок, обратился к Сашке: — Слушай приказ, матрос! Пойдешь обратно! К немцу!
    — Обратно? — не понял матрос.
    — Да, да. Обратно. Шума, ты говоришь, там не было. Ушли вы спокойно. Немец там, скорей всего, и лежит. Разведчик ты хоть и не очень опытный, но с этим выходом справишься. Возьмешь к себе в помощь кого-нибудь поздоровей, и притащите его сюда. А мы уже здесь и определим, что это за птица к нам прилете-ла. Зачем это надо? Отвечу, хоть и не считаю нужным вам это говорить, но, учи-тывая важность задания… В общем, немцы должны знать, что их диверсант у нас в руках. А живой он или мертвый, пусть гадают. Сам факт того, что немец схвачен как «язык», заставит их пересмотреть свои планы. А если они найдут его там уби-тым… Они будут знать точно, что немец ничего не сказал, и продолжат делать то, зачем сюда прибыли. И мы не успеем подготовиться к встрече с ними. Понял, мат-рос? Принести труп немца сюда!
     — Обратно? — опять переспросил Сашка. — Как я его приволоку-то? Он уже, скорее всего, воняет? Два дня лежит там, в кустах. Да и погода теплая стоит. Нача-ло лета. И башки у него нет совершенно! — но, увидев, как глаза майора стали наливаться злостью, быстро сказал: — А чего ж не сходить? Конечно, схожу. И принесу. То есть приволоку врага. Я один могу. У меня сил хватит, — и с некото-рой надеждой в голосе: — А может его там прикопать, в камнях?
    Штатский, выслушав его, махнул рукой и проговорил таким голосом, что все поняли, что это приказ:
    — Во-первых. Отставить одному. Возьмешь помощника. Во-вторых. Прикопать его ты и здесь прикопаешь. Там немцы все вывернут наизнанку и найдут труп по вашим следам. Ты что думаешь, они дураки? Нет. Не дураки, а опытные звери. А поэтому… Сделаешь что говорят, — и майору: — Да, майор. Поменяй ему авто-мат. Дай ППШ с рожком, — и, увидев, как Сашка поморщился, посмотрел на него и, подняв вверх руку с выставленным указательным пальцем, громко проговорил: — Матрос! Нам нужен немец! Ты идешь за ним, а не отстреливать врагов! Даже несмотря на то что ты такой здоровый, тащить на себе лишних десять килограммов не к чему! Понял?
    — Так точно! Понял! — ответил штатскому Сашка и повернулся к майору: — Товарищ майор! Где помощник?
    — Помощник? — ухмыльнулся майор. — Сейчас будет тебе помощник. Здоро-вый. Сильный, — и крикнул кому-то: — Алексеев! Зайди ко мне.
      Дверь в землянку открылась, и вошел посыльный.
     — Слушаю, товарищ майор.
     — Пойди. Найди Турекулова.
     — Турекулова? — переспросил посыльный. — Казаха?
     — Его, его, — подтвердил майор и сел обратно на стул. — Турекулова. Казаха, — и снова Сашке: — Пойдет с тобой Аманжол Турекулов. Красноармеец. Из роты обеспечения.
     — Из роты обеспечения?! — непонимающе переспросил матрос. — Товарищ майор! Мне бы поопытней кого. К врагу идем. В тыл.
     — Много разговариваешь, матрос! — недовольно одернул Сашку майор. — И вообще, выйди наружу и жди, когда позовут. Шагом марш.
     Подождав, когда разведчик скрылся за дверью, «смершевец» почесал подборо-док и, посмотрев на штатского, заговорил:
     — Александр Павлович! Я увидел, что вы тоже удивлены назначением в пару матросу казаха Турекулова.
    — Ну, вообще-то, да, — ответил ему штатский. — Мне кажется, здесь нужен более опытный боец. Ну, который хоть как-то связан с разведкой. А здесь… Не рыба, не мясо. Красноармеец из роты обеспечения. Майор! — вдруг официально заговорил Александр Павлович, и «смершевец» вытянулся в струнку, застегивая верхнюю пуговицу кителя. — Майор! Вы понимаете всю важность поставленной задачи?
    — Так точно, товарищ… генерал! — отчеканил «смершевец». — Понимаю!
    — Ну, так коли ты все понимаешь, то почему… почему в напарники разведчику ты даешь непонятного бойца из взвода обеспечения? Или более никого нет опытно-го? Майор! Если немца не приволокут, я тебя лично поставлю к стенке и без суда расстреляю. Этим делом заинтересованы… — штатский поднял вверх указатель-ный палец. — Там! На самом верху. Или ты думаешь, что начальник контрразвед-ки армии приехал к тебе чаю попить?
     — Никак нет! Товарищ генерал, — ответил майор. — Не чаю попить, — и по-вернулся к тихо стоящему в углу капитану, о котором как будто бы все и забыли: — Капитан! Выйди из землянки, — и, дождавшись ухода подчиненного, продол-жил: — Александр Павлович! Здесь не нужен опытный боец в помощники.
    — Не нужен? — чуть удивленно спросил штатский. — Почему?
    — Потому что, как бы цинично это ни звучало, на его возврат в данном случае расчета нет. Он нужен для прикрытия матроса с грузом. Там, куда они пойдут, немцы. Причем везде. Почти тыл. До фронта километров пятнадцать. Разведка — это одно, а тащить труп немца — это другое. Они там везде шастают. Если будет «пиковая» ситуация, казах отвлечет все на себя, и у матроса будет время уйти с грузом. Тем более, вы говорите, что убитый фриц очень нужен. А Турекулов хоть из взвода обеспечения, с головой красноармеец. Да и храбрости не занимать у него. Он после ранения в обеспечение переведен. А так с самого начала войны в окопах. Даже награды имеет.
     — Ладно! Я вас понял, майор, — штатский подошел к столу и взял в руки пор-тативную рацию. — Телефункен, — прочитал он на ней и, приглянувшись, доба-вил: — Знак какой-то? Ящерица что ли? Интересно! Причем здесь ящерица? — в раздумье проговорил Александр Павлович и резко развернулся к «смершевцу»: — Майор! А что это за человек, твой моряк? Справится? И расскажи мне, какого ляда он здесь делает? Насколько я знаю, морпехи здесь не дислоцируются. Их в развед-ку с моря забрасывают. С катеров. Иногда с подводных лодок. А тут — сухопутная часть, а в разведке — морпехи. Объясни.
    — Да эта разведгруппа к нам сама вышла. Недавно, — стал рассказывать майор историю появления морских разведчиков. — Их с моря десантировали. Группу шесть человек. Трое погибли. Выходы фрицы все перекрыли. Они с боем к нам прорвались. А у нас беда здесь. Разведки нет. Три группы пропали. Ну и… В об-щем, у нас пока остались. Да вот беда пришла. Первого, старшего ихнего, фриц положил насмерть. Второго ранил тяжело. А третий? Видели вы его. Сашка зовут. Двадцать один год ему. В финскую немного повоевал. На Балтфлоте. А потом сю-да прислали, когда в октябре 41-го создавали батальоны морской пехоты. Все сде-лает как надо.
   — Ну и хорошо, майор. Задачу ему, этому морпеху, поставили. Срок? Срок — два дня, — штатский посмотрел на стол, где лежали документы и рация, и ударил по нему ладонью. — Два дня! Все! По исполнении задания сообщить мне незамед-лительно! — и, развернувшись, быстро пошел по направлению к выходу, оставив майора одного в раздумьях.
    — «Что это за фриц такой необычный, если им заинтересовались такие высокие начальники? Главное, чтоб не живой «язык», а мертвый немец. Да мало ли их вся-ких разных здесь похоронено уже? Этот убитый что сказать может? Чего его та-щить? Секрет какой-то. Ладно. Матросу приказ дан. Пусть исполняет», — подумал майор и крикнул. — Капитан!
    — Слушаю! — отрапортовал вошедший в землянку подчиненный.
    — Позови морпеха и Tурекулова, — отозвался майор и, подойдя к столу, стал рассматривать разложенные на нём трофеи. Потом взял в руки документы убитого фрица и стал их изучать, читая вслух немецкий шрифт. — Унтерфюрер Ганс Штольц. Ди СС-Организацион "Шварце Риттер". Ди Заламандер-Айнхайт, — и тут же перевел написанное. — Унтерфюрер СС Ганс Штольц. Организация СС «Чер-ные рыцари». Подразделение «Саламандра», — и, чуть призадумавшись, тихо по-вторил: — Подразделение «Саламандра». Ну, теперь хоть ясно, что за ящерица на рации. — И тут же, придя в себя, громким голосом: — Капитан! Морпеха пригла-сил сюда с Турекуловым? Капитан! Ты чего ещё стоишь? Приказа не слышал? — И подчиненный выскочил наружу, за Сашкой и его новым напарником, казахом Ту-рекуловым.
      Сашка Кирьяков, морской пехотинец отдельного разведывательного отряда Северного оборонительного района, сидел недалеко от землянки «Смерша» и наворачивал ложкой гречневую кашу из алюминиевого котелка, которую ему наложил повар из местной полевой кухни, и размышлял, вспоминая прошедшее время: детство, юность и годы своей армейской службы, большую часть которых занимала война. Сначала финская, а теперь эта — Отечественная. Жестокая и бес-пощадная, забравшая жизни прекрасных и сильных людей и ещё готовая принести океан горя и слез родному народу и стране, которую он любил всем своим серд-цем, всей своей молодой, дерзкой сущностью. И согласиться с этим он не мог. Он отказывался понимать всё это зло и твёрдо знал, что, если для победы над этой напастью придётся сложить свою голову, то он ни на минуту не задумается над этим.
     Готовился Сашка к службе в армии с самого детства, занимался спортом и даже получил нагрудный значок Осоавиахима «Ворошиловский стрелок» за меткую, не по годам, стрельбу.
   Да не один, конечно, он такой был во дворе. Все пацаны знакомые грезили об армии и тоже посвящали своё свободное время и тиру, и парашютным вышкам. Но Сашка по своей натуре был лидером, в дворовой компании его уважали и слуша-лись, и поэтому он должен был доказать всем, что и здесь первый.
     Батька иногда ругался, считая, что служба в армии, конечно, хороша, но граж-данская