ПОРУХА (пьеса)

Действующие лица:
 
ВОРОТЫНСКИЙ МИХАИЛ ИВАНОВИЧ (1510/11 г. р.)
ВОРОТЫНСКАЯ МАРФА ФЁДОРОВНА (1527/28 г. р.)
ХВОРОСТИНИН ДМИТРИЙ ИВАНОВИЧ (1535/39 г. р.)
ГРОЗНЫЙ ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ (1530 г. р.)
ЩЕЛКАЛОВ АНДРЕЙ ЯКОВЛЕВИЧ (около 1530 г. р.)
СКУРАТОВ МАЛЮТА (около 1530 г. р.)
КУРБСКИЙ АНДРЕЙ МИХАЙЛОВИЧ (1528 г. р.)
СЛЕПОЙ СТАРИК
БОЯРЕ, ОПРИЧНИКИ, ДВОРЯНЕ, СТРАЖНИКИ, ПРОСТОЙ ЛЮД…
 
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
 
Картина первая
 
Лето, конец 1550-х. Изба на «берегу» (южной границе). Князь Воротынский сидит на лавке за столом. Перед ним глиняная кубышка с питьём. За кулисами слышен смех, грубые окрики.

Воротынский: - Опять что?! Кто там беспутье творит?!

Вбегают трое дворян-ратников, заталкивая на сцену Хворостинина. Одежда на нём в пыли, рубаха порвана. Юноша яростно дёргает плечом, отталкивает дворян, высвобождается.

Хворостинин: - Да отвяжитесь, лихоманки! Ишь пристали, словно репьи!

Пауза. Воротынский медленно отставляет кубышку.

Воротынский: - Сечь была?
Хворостинин (отряхиваясь): - Была... трошки.
Воротынский (улыбнулся): - Трошки? Мало тебе досталось?... Ладно. Отогнал поганых?
Хворостинин (бормочет): - Отогнал.

Дворяне хохочут.

Хворостинин (дворянам): - Чего зубы скалите?!

Смех громче.

Воротынский (лукаво дворянам): - Не видите - чадо в честном бою билось? Нас с тобой оберегало... Сели. Не маячьте тут.

Дворяне садятся на дальнюю лавку. Хворостинин стоит посреди горницы, грудь вздымается. 1-й дворянин, не выдержав, снова смеется.

Воротынский (1 дворянину): - Чего еще?
1-й дворянин: - Пёс...
Воротынский: - Кто пёс?!

Снова смех.

Хворостинин (вспыхнув): - Да! Пёс! И что? Басурмане зарубить его хотели. Смотреть что ли? Селенье он оборонял. Меня тоже.

Дворяне хохочут.

Воротынский (дворянам): - Будет вам, натешились. (Хворостинину) Так ты за него вступился? Отбил, значит?
Хворостинин: - Отбил.
Воротынский: - Дело правое. Пёс – тоже тварь Божья… Потрепали тебя, вижу, отрок.
Хворостинин: - Не впервой.
Воротынский: - Селище кто отстоял? Кто тут за главного?
Хворостинин (выпрямляясь): - Я... пожалуй что.
Воротынский (смотрит пристально): - Ты?... Лет-то тебе сколько, малец?
Хворостинин: - Двадцать уже... Скоро будет.
1-й дворянин (смеется): - Воевода! Селище отбили, крымцы наутек, а этот за псом! Гвалт! Пыль столбом – он с басурманом сцепился, пёс на другого!... Смех!

Хворостинин стискивает кулаки, Воротынский жестом всех останавливает.

Воротынский: - Вижу, на сей раз в полон никого не угнали, хоромы не пожгли. Стоят целы.
Хворостинин: - Отбились.
Воротынский: - И, слава Богу! (дворянам) Хватит топтать юнца! (Хворостинину) Сам кто будешь? Смотрю, наряд у тебя нехитрый… Из бояр?
Хворостинин (горько усмехается): - Наряд... Поставлен тут детишек боярских опекать. Их у меня – полторы сотни будет.

Дворяне давятся от смеха.

2-й дворянин: - Славный полк!
Хворостинин (оборачиваясь к ним): - Довольно глотки драть! Козлодеры! Смехотня!
1-й дворянин: - Эй! С кем так говоришь?
Хворостинин (сквозь зубы): - С кем надо...
3-й дворянин: - Ведаешь, перед кем стоишь? Перед большим воеводой всего берега южного!
Хворостинин (упрямо): - Ну, стою. И что?
1-й дворянин: - То, что князь Михайло Иванович Воротынский с дружиной на подмогу к тебе приспел! В ножки кланяйся.
Хворостинин (бормочет): - Покорно благодарствую... Только и без того управились бы.
2-й дворянин: - О, какой!
3-й дворянин: - Говори, да не заговаривайся.
Воротынский: - Оставьте его... (Хворостинину) Как звать тебя, удалец?
Хворостинин: - Дмитрий.
Воротынский: - По отчеству?
Хворостинин: - Иваныч. Хворостинин я.
Воротынский: - Сын Ивана Михайловича?!
Хворостинин: - Сын.
Воротынский: - Как же, знаю его. Из ярославских. Окольничий добрый. Кремень. А ты, значит, отпрыск его? Пятеро вас, кажись у него.
Хворостинин: - Старший я.
Воротынский: - Давно на службе государевой?
Хворостинин: - С пятнадцати лет. Как все.
Воротынский: - Гоже. Зело гоже... Над детьми боярскими начальствуешь, значит. Не кочевряжатся? Через голову твою прыгнуть не хотят?
Хворостинин: - Пущай попробуют!
Воротынский (одобрительно): - Так-то оно так. Местами не тягаются?
Хворостинин: - Достали уже.
Воротынский: - Знамо дело… А кабы мы не подоспели, что чинил бы? Супостатов в разы больше было. Злы они нынче.
Хворостинин: - Злы. Да трусливы! С бабами да ребятней воюют, в полон тащат. Всё им мало! Только числом и берут... Что чинил бы? Как всегда – наваляли бы, хвоста накрутили, сдюжили бы. Не впервой! Только вот… Государь князь Михайло Иванович, мне бы ратников стоящих, полк бы крепкий.
1-й дворянин (задирает): - Войско тебе подавай?!
2-й дворянин: - Смотри каков воеводишко! В чине каком будешь?
Хворостинин (резко оборачиваясь): - Да, воевода! Чем хуже вас, бояр?!
2-й дворянин: - Не прытчай!
Хворостинин: - Простите, государь Михайл…

Воротынский останавливает всех жестом.
 
Воротынский (Хворостинину): - «Государь»... Полно челом бить. Вижу – сам не худ, дело показал. Что до чинов... Жизнь – она такова. Иной нету. Батюшка твой тоже не из стольных, а достиг. Как? Путь один, другого не вымыслишь – заслужил службой долгой. Да честной. Внемлешь?
Хворостинин (угрюмо): - Внемлю. Долгой... Значит, сгнить мне на окраине, покуда бояре в больших сечах рубиться будут…
Воротынский: - И честной, говорю. Думаешь, я отроду в больших сечах ворога топтал?
Хворостинин (угрюмо): - Понятно…
Воротынский (лукаво): - Может, и при полатях послужить желаешь? За царем ходить?
Хворостинин: - Я бы послужил! А что?! Только, кто ж меня возьмет, кто пустит туда?...
Воротынский: - А оно тебе надобно?
Хворостинин: - Что плохого? Сами, княже Михайло Иванович, небось, хаживали там.
Воротынский (задумчиво): - Да уж, хаживал… Еще как… Ладно. Просьбы какие имеются? Надобно что?
Хворостинин: - Возьмите меня к себе! У вас полки. Вы «берег» этот держите весь. За крепости, за сторожу ответствуете. Есть где развернуться! Не осрамлю! Опостылело пестоваться тут, за недоумками мелкими ходить. Я многое могу! На смерть пойду – хоть сейчас! Вот просьба моя, коли спрашиваете.
Воротынский: - На смерть пойти – дело нехитрое. Порою - глупое. Дерзости, дабы жизнь положить, мало. Тут мудрости надобно – дабы жизнь свою и дружины своей уберечь. Ты ноне первое явил - отбился. Учись второму. Тогда и победа будет... С собою не возьму. Коли с молодняком заслали сюда – значит надобно так. Научишь их, чему сам научен. Кто ж селище сие оборонит, коли не ты? Всему своё время... Разгуляешься! Жизнь ратная – долгая. А Русь – великая. Еще прирастать будет. Куда ступит нога ратника, там и Русь-матушка. Вот и служи ей верно, да честно. Чего же боле? Ты с пятнадцати лет в строю. Седло отбил. Больше мужчине и не надобно. Более ничего и нет... Ну, будь здрав, Дмитрий Иванович. (дворянам) Покончили сидением. В поход.

Встаёт. Все поднимаются, удаляются.

1-й дворянин: - Пса своего береги! Пёс – правильный! Наш пёс!

Уходят. Хворостинин стоит неподвижно, затем с силой бьёт кулаком по столу.
 
Картина вторая
 
Та же изба. Вбегает молодой боярин (толстый увалень).
 
Молодой боярин: - А, это ты Хворостинин?! Кто сей был?!
Хворостинин: - Тебе что за потребство?
Молодой боярин: - Чей полк, говорю, проходил? Глух ты?
Хворостинин: - На что спросил?
Молодой боярин: - Надобно мне!
Хворостинин: - Князь Воротынский. Воевода большой. Весь «берег» сей под ним.
Молодой боярин: - Так и знал! Ускакали! Не догнать! Проклятье!

Пауза. Боярин нервно ходит.

Хворостинин: - А ты, чадо, случаем, не потягаться со мной местами возжелал?.. Чего умолк? Челом бить князю задумал?
Молодой боярин: - Не твоя забота.
Хворостинин (строго): - Как беседуешь со старшим?
Молодой боярин: - Не старший ты мне. Кто ты есть воистину? Никто!
Хворостинин: - Ясно.
Молодой боярин: - Что тебе ясно? Мне, боярину московскому, под тобою ходить? Смехота!
Хворостинин: - Как поставили, так и ходи. Спор о месте затеял. Ишь какой!
Молодой боярин: - Низок ты.
Хворостинин: - Отчего же?
Молодой боярин: - Ибо я выше!
Хворостинин: - Смешной ты.
Молодой боярин (горячась): - Нет смешного тут! Род мой издревле у государя в приближении. Кровь высокая! А ты… Воевода тоже мне! Вода седьмая на киселе!
Хворостинин (гневно): - Говори, да не заговаривайся.
Молодой боярин: - Иначе что?... То-то и оно. Ничего ты мне не содеешь. А князь Воротынский рассудил бы по чести.
Хворостинин: - Отъехал князь твой.
Молодой боярин: - Не догнать! Эх!
Хворостинин (лукаво): - Давай без князя. Сами разберёмся. Как у фрягов… Французов то бишь - иноземцев тамошних. Поединок, ваше сиятельство, хочешь?
Молодой боярин: - Чего сразу поединок?... Не. Мы старомосковские. Нам фряги не указ, свои уставы имеем. И ярославские нам не надобны из роду захудалого.
Хворостинин (тихо): - Что сказал?
Молодой боярин: - То и сказал. В местнический суд тебя поведу.
Хворостинин: - Может делом докажешь, чем языком трепать? Скольких ты днесь крымских положил?
Молодой боярин (смущаясь): - Ни единого... Не твоя забота.
Хворостинин: - Чай под лавку заполз, схоронился?
Молодой боярин: - Не твоя дума, говорю! И доказывать нечего. Кровь выше службы. Чин таков. Как отцы наши установили, так и живут все. В суд тебя!
Хворостинин: - Достал ты меня, кляузник, гадёныш мелкий!
Молодой боярин: - Строптив. Всё едино я прав. Ты никто. И будешь никем. Никто за тебя не поручится! Так в воеводишках захолустных жизнь и протечешь.
Хворостинин: - Трус.
Молодой боярин: - Сам таков. Суда боишься, потерьки боишься. Челобитную подам, спор выиграю, заплатишь ещё полтораста рублёв в казну. Потянешь ли? То-то и оно. Голытьба!
Хворостинин (идет на него): - А может тебе просто рожу набить?
Молодой боярин (отступая): - Эй! Ты чего?! Я пожалуюсь!
Хворостинин: - Жалуйся! (идет на боярина)
Молодой боярин: - Эй! Чего ты?!
 
Молодой боярин убегает. Хворостинин застыл на месте, тяжело дышит. Опять с размаху бьёт кулачищем по столу. Смотрит в пустоту.

Хворостинин: - Кровь выше службы... Гнилой порядок.

Картина третья
 
15 сентября 1562 года. Царские палаты. Иван Грозный. Два боярина стоят поодаль. Входит дьяк Щелкалов.

Щелкалов: - Государь-батюшка. Князь Михайло Воротынский пожаловал. По твоему указу зван. Приказываешь приглашать?
Грозный (не отрываясь от какого-то свитка): - Явился?.. Повремени. Пускай потомится. Не прямой путь к царскому оку - бросить все дела государевы ради него... (Резко оборачивается к боярам.) Ну что, светы мои, скажете? Как покарать надлежит князя? Как казнить?.. Аль помиловать?.. Что умолкли?
Боярин 1 (робко): - Казнить, государь? Шуму по миру пойдет несметно. Воевода знатен... Казань-град брал. С честью великою «полем» в Москву возвращался во главе полка. Кто в последние лета с сечи «полем» шествовал? Никто.
Грозный (прищурившись): - Кто Казань брал?!
Боярин 1 (съёживаясь): - Он... То есть ты, государь. Он токмо в большом полку воеводою был...
Грозный: - То-то же. Иные заслуги?
Боярин 2 (поспешно): - После Казани, в Свияжске сидя, мятежные народы казанские усмирял. Бунтов тогда – не перечесть! Весь «берег» от крымских псов десятый год в кулаке железном держит. До Москвы им - ни ходу, ни