понимаю.
Мария долго смотрит на леску, потом снимает маленький льняной платок — выцветший, почти безликий среди прочей роскоши)
МАРИЯ. Это что такое?
ФИЛИПП. (видит его и впервые за весь вечер — осекается)
МАРИЯ. Молчите?
ФИЛИПП. (не берет платок в руки) Нина Степановна. Ялта. Мне было девятнадцать. Это был самый первый раз. Она работала в санатории — выдавала простыни и ключи от номеров. (пауза) Я тогда был никем. Приехал с пустыми карманами, прибился к пансионату мыть посуду. Она подкармливала меня тайком от директора. Котлеты в фольге, хлеб, иногда — домашнее варенье в банке.
МАРИЯ. И вы её...
ФИЛИПП. (резко) Нет. Ничего подобного. (пауза) Она сама пришла однажды ночью. Постучала тихо. Сказала: «Я просто хочу полежать рядом». (долгая пауза) Мы лежали до рассвета. Утром она встала, оправила халат и сказала: «Не давай им сделать из тебя плохого».
МАРИЯ. (тихо) Не уберегли.
ФИЛИПП. Это её. (кивает на платок) Она забыла у меня. (пауза)
МАРИЯ. И всё? Ничего больше не украли?
ФИЛИПП. (пауза — чуть длиннее, чем нужна честному человеку) Была цепочка. Нашел в постели. Продал потом на пляже.
(Тишина. Мария смотрит на него долго — не с осуждением, а с каким-то усталым узнаванием.)
МАРИЯ. Она подкармливала вас… Это не мелкое воровство, Филипп. Это предательство.
ФИЛИПП. (еле слышно) Я вернулся на следующий день. Хотел отдать часть денег. Её уже не было — уехала. (пауза) У неё дочь умерла. Так вахтер сказал.
(Тишина)
МАРИЯ. (после долгой паузы — уже другим голосом, тише) Незачет. Вы пытались утаить. (Она медленно поворачивается к коробкам в углу. Достает из-за них что-то тщательно завернутое. Разворачивает — изящное подвенечное белье.) Мы забыли про самый важный лот. Тот, который вы не решились выставить. Спрятали.
ФИЛИПП. (смотрит. Долго. Цвет уходит с лица) Вы еще и рылись здесь без меня?
МАРИЯ. Служба безопасности банка — люди дотошные. Особенно когда знают, что искать. (пауза) Рассказывайте.
ФИЛИПП. Это...моя Азалия. Кавказ. Горы, ледяная вода, воздух, от которого кружится голова. У нас была свадьба на тысячу гостей. Роскошь, достойная королей.
МАРИЯ. А наутро вы сбежали, прихватив всё приданое?
ФИЛИПП. Я был слишком молод для такой ответственности!
МАРИЯ. Но не слишком молод, чтобы утащить весь калым?
ФИЛИПП. Её братья до сих пор ищут меня! Везде и всюду.
МАРИЯ. Не знали, что у горцев хорошая память на такие проказы? Или просто захотелось адреналина?
ФИЛИПП (срывается, вскакивает и жадно пьет воду прямо из графина). Мне не до смеха! Эта игра затянулась. Вы не представляете, каково это — вздрагивать от каждого шороха и ждать, что в подворотне тебя наконец настигнет нож её родни!
МАРИЯ. Перестаньте дрожать, Филипп. Я пришла не топить ваш «флот», а выкупить его.
ФИЛИПП. (нервно) Купить? В каком смысле?
МАРИЯ. (улыбается одними губами) Назовем это реструктуризацией долга. Плевать я хотела на сапфиры и ваших обманутых женщин. Лизонька была лишь поводом, чтобы выставить вам счет. Мне нужен ваш главный актив — полное отсутствие совести и этот... специфический талант входить в доверие.
ФИЛИПП. (настороженно) Какого рода услуга?
МАРИЯ. (достает из папки фото) Объект — Анна Борисовна. Сорок лет. Банкир. Умна и — что для нас важно — абсолютно одинока.
ФИЛИПП. Тоже банкир?
МАРИЯ. Да. Мы работаем в одном банке. Это мой прямой конкурент в совете директоров. Мне нужно, чтобы вы применили свой «французский прононс» и вывели её из равновесия. Чтобы она совершила ошибку. Фатальную.
ФИЛИПП. Вы хотите, чтобы я её... соблазнил?
МАРИЯ. (жестко) Я хочу, чтобы вы её банкротили. Ежедневно банкротили! Морально и финансово! Так же изящно, как вы это сделали с ними. (показывает на леску с женским бельем)
ФИЛИПП. (бегло глянув) Симпатичная. Но если она мне не поверит?
МАРИЯ. Филипп, вы забыли? У вас нет выбора. Станьте её «сладкой погибелью», а когда она доверит вам ключи от сердца — подсунете ей на подпись это. (кладет перед ним документ) Она отправится в тюрьму, а вы — в список Forbes. Гонорар с девятью нулями.
ФИЛИПП. (сглатывает слюну) Оля-ля... Я никогда не работал с таким крупным номиналам.
МАРИЯ: Привыкайте. Добро пожаловать в реальный сектор экономики.
ФИЛИПП. Какой дедлайн?
МАРИЯ. (буднично, глядя на часы) Двадцать четыре часа. Завтра в это же время документы должны быть у меня. С её подписью.
ФИЛИПП. (замирает) Сутки?! На всё про всё?! Это... это физически невозможно! Вы вообще представляете технологию процесса? Только на «холодный контакт» и разведку уйдет неделя. Еще десять дней на то, чтобы усыпить бдительность. Чтобы она начала мне доверять — мне нужен минимум месяц! (Начинает возмущенно мерить комнату шагами, задевая локтем развешанные трусики).
МАРИЯ. У нас нет месяца, Филипп. У нас нет даже лишней минуты.
ФИЛИПП. Это так не работает. Вы требуете от меня джингл за одну ночь! Соблазнение — это импровизация, это танец, это... (машет руками) ...это симфония.
МАРИЯ: Присядьте и забудьте про музыку. Основная работа уже проделана. Сегодня она сама придет к вам. Вам останется только вовремя подать ей авторучку.
ФИЛИПП (останавливается на полушаге): Пока не понимаю... Она что, уже знает о моем существовании?
МАРИЯ. В её картине мира вы не «Француз» и не коллекционер кружева. Вы — самозанятый аниматор в сфере «элитного досуга». Ваш проект называется квест-терапия «Дамский угодник». Соответствующий сертификат мы подарили ей на юбилей от лица «благодарных коллег». Она предъявит его вам на входе. (Протягивает ему глянцевый бланк).
ФИЛИПП. (рассматривает) Хороший дизайн. (раскрывает) 9 желаний?
МАРИЯ. Совершенно верно. Вы должны будете удовлетворить её... любознательность. И, самое главное, получить её автограф. Подсунете бумаги в конце как обычный счет-фактуру или акт об оказании услуг. Если ваш «перформанс» ей понравится, она подпишет их не глядя.
ФИЛИПП (встает, задумчиво): Этого мало. Мне нужен реквизит и пространство поромантичнее. Номер в «Хилтоне» или загородное поместье.
МАРИЯ: Гостиницы и дома не подходят. Там камеры, регистрация по паспорту и лишние свидетели. Наше мероприятие должно пройти в интимной обстановке — без имен и паролей. Только вы, она и ваша «балетная студия» из кружева. Что касается реквизита — он в чемодане. Разбирайте. (Подталкивает чемодан к нему).
ФИЛИПП (щелкает замками, открывает крышку и начинает извлекать содержимое) Так... Шампанское «Луи Родерер Кристалп» — одобряю, классика... (Достает следующий предмет). Плетка? Кожаная? (Достает наручники с розовым мехом). О-ля-ля... Это уже не симфония, это тяжелый рок. Вы уверены, что Анна Борисовна оценит такой... «сервис»?
МАРИЯ: Она живет по инструкции. Шоковая терапия — единственный способ заставить её мозг отключить логику и включить эмоции.
ФИЛИПП (достает из чемодана маску домино) Я надеюсь.
МАРИЯ: Отбросьте сомнения. У нас мало времени. Приведите себя в порядок и расставьте все по местам. (Направляется к выходу).
ФИЛИПП: Au revoir!
МАРИЯ: (останавливается) Чуть не забыла. (Возвращается, забирает сертификат). Мой экземпляр. (Задумчиво) А ну-ка… Встань… (Указывает на кровать).
ФИЛИПП: Что?! (Опешив).
МАРИЯ: Живее, Филипп. Встань на четвереньки. (Достает плетку). Я хочу обналичить свой сертификат.
ФИЛИПП: Вы серьезно? (Подчиняется, в голосе смешаны недоумение и азарт).
МАРИЯ: Вставай. Не сбивай мне настрой. (Хлещет Филиппа). О-ля-ля… (Удар). О-ля-ля…
ФИЛИПП: (Стоя на четвереньках, вздрагивает от ударов). О-ля-ля… О-ля-ля…
МАРИЯ: Нет, не верю. Недостаточно французского шарма.
(Она бесцеремонно стягивает его штаны, сдвигает трусы, создавая комично-нелепый образ «стрингов», и возобновляет порку).
(Удар)
ФИЛИПП: О-ля-ля!
(Удар)
ФИЛИПП: О-ля-ля!
МАРИЯ: (Прекращая экзекуцию). Вот теперь — полный аревуар! Замрите в этой позе еще на пять минут. И, да… смените выражение лица, Филипп. Сейчас вы похожи не на мачо, а на кассира, у которого не сходится смена.
(Мария уходит, гордо постукивая каблуками. Филипп остается на четвереньках в нелепом виде. Звучит игривый французский шансон).
ФИЛИПП. La petite mort! Маленькая смерть!
(Филипп рывком встает, на ходу натягивая штаны. Его суета становится ритмичной: он одним махом перестилает кровать чистой простыней, лихо протирает фужеры и с фанатичным усердием начинает наглаживать пиджак, готовясь к встрече с Анной).
ФИЛИПП: (поправляет прическу перед зеркалом, подмигивает своему отражению) J’adore! Мне это чертовски нравится!
(Он по-хозяйски усаживается в кресло, принимает эффектную позу и замирает в ожидании Анны).
[i][font="Times New Roman",
