С другой стороны, опытная проверка идей, предлагаемая Локком, означает отказ от концепции «врожденных идей»: «… люди исключительно при помощи своих природных способностей, без всякого содействия со стороны врожденных впечатлений могут достигнуть всего своего знания и прийти к достоверности без таких первоначальных понятий или принципов» [там же, с. 82].
В этом мнении Локк и прав, и не прав, поскольку суть дела состоит в том, к кому следует отнести эти формообразующие способности, или идеи.
В человеческом сознании эти формообразующие способности, или идеи скрыты, точнее, непосредственно они проявляться не могут, так как человек обязан начинать действовать в жизни с «чистого листа», чтобы находить новые пути, а не находиться под влиянием заранее известного. Вместе с тем, «врожденные идеи», а на самом деле формообразующие способности единого сознания [3, гл. 1.2, 5], закладывающиеся в каждой программе генома живых существ, есть основа всего сущего, поскольку неживая материя не может производить никакие идеи, в отличие от сознания. Поэтому единое сознание, присутствующее в каждом человеке, формирует через его ощущения на основе пассивного из вневременной бесконечности (Ничто) всю окружающую его среду.
Единое сознание в той или иной степени понимает себя и понимает, что оно хочет и может, и, как следствие, оно находит способы собственного развития как на собственном уровне, так и на уровне каждого индивидуального сознания в среде, которую кроме него некому формировать по собственным проектам.
Наши рассуждения и экскурс в историю приводят к мысли, что имеется два уровня сознания – низший, в который входит все живое, самовоспроизводящееся, приспособляющееся к среде, изменяющееся в ней, действующее инстинктивно и рефлекторно, воспринимающее факт своего существования на уровне ощущений; и высший уровень сознания, который отличается от низшего только тем, что к восприятию ощущений добавляется осознание себя, выражающееся не только в отвлеченном и произвольном мышлении, речи, но и в воображении, памяти, различного рода переживаниях и страстях, воле, всегдашнем стремлении к свободе против любого порядка.
Любое индивидуальное сознание, а не только человеческое, производит собственный мир, копируя и получая каждое мгновенье через каналы имеющихся у собственного носителя органов чувств, конечно, не непосредственный образ всего вневременной бесконечности, но, получая отображение тех фрагментов из неё, которые данное индивидуальное сознание способно распознать и связать со скрытой помощью единого сознания [3, гл. 1. 2, 5].
Всё это первоначальное копирование распознанных фрагментов из вневременной бесконечности любое индивидуальное сознание осуществляет автоматически через живое существо так, как оно может в соответствии со своим уровнем развития, своими органами чувств, но в контакте с единым сознанием, поскольку индивидуальное сознание в своем носителе, будь то бактерия или человек в отрыве от единого сознания не может развернуть полную картину собственного мира в формируемом им настоящем собственном времени, да оно и не существует в отрыве от единого сознания, составляя в голографической проекции не его часть, а являясь самим единым сознанием в соответствии с основным принципом голограммы: всё в одном [2].
Инстинктивно-рефлекторно действующее живое практически полностью подчиняется необходимости в явленном им самим посредством органов чувств мире, где во всем его разнообразии оно есть не более чем один из его динамических элементов, не осознавая собственное пребывание в текущем времени, но понимая сладость многих ощущений.
Однако даже инстинктивно-рефлекторно действующее живое потенциально содержит в себе зародыш свободы, так как оно на своем уровне через собственные органы чувств с помощью единого сознания формирует собственный жизненный цикл, собственное окружение и стремится выжить в нем.
Но это инстинктивно-рефлекторно действующее живое не имеет пока возможности осознать себя в этом мире, в отличие от сознающего себя существа. Тем не менее, любое живое отличается от вещи, поскольку ощущает и имеет управляющий им разум, в соответствии с которым оно может адекватно действовать в мире явлений, не углубляясь в их сущность. Этим самым любое живое есть преддверие высшего сознания, без которого последнее появиться не способно, поскольку только инстинктивно-рефлекторно действующее живое имеет органы чувств, а без ощущений никто не может «войти» в существование в реальном, движущемся мире, никогда не удовлетворяясь им.
Самосознание проявляется в инстинктивно-рефлекторно действующем живом на самом высоком уровне его развития. Эти существа используются внедренным в него высшим сознанием с помощью соответствующей - дополнительной - программы в геноме в качестве основы для развития получившегося образования. Поэтому единое сознание сначала выступает в форме инстинктивно-рефлекторно действующего живого в бытии, создаваемом им самим в качестве единого сознания, предоставляя живому подходящие условия для постепенного развития, которое выражается в создании любым живым организмом своего «настоящего» в рамках бытия.
Собственно, развитие живого состоит в переработке его сознанием формируемой им самим данности как обновляющегося «настоящего», в каждый момент которого сознание через ощущения на основе неудовлетворенности имеющимся «заменяет» постепенно и последовательно копии прежних объектов окружающей среды на объекты, которые обеспечивают ему лучшую приспособляемость к среде и наиболее выгодные условия жизни, конвертируя информацию из частотно-волновой формы в «твердую» реальность.
Тем самым любое живое меняется само, борясь с другими видами живого, погибая и появляясь в новом качестве, но в целом инстинктивно-рефлекторно действующее живое находится в поступательном тренде. Всё это удовлетворительно изучено и описано эволюционной теорией, за исключением объяснения появления живого и появления в среде живых существ человека, который, обладая самосознанием, отказывается просто приспосабливаться к среде, но начинает целенаправленно менять ее.
В результате, объем информации, получаемой каждым человеком и человеческими сообществами в целом, растет с большим ускорением, чем у инстинктивно-рефлекторно действующего живого, всё более уплотняя время и приводя в конечном итоге в нашем трехмерном измерении человеческие сообщества к распаду вследствие информационного коллапса, или накопления избыточной информации, которую сознание человека уже не в состоянии «переварить» [3, гл. 1.7].
Таким образом, существо с самосознанием отличается от инстинктивно-рефлекторно действующего живого только пониманием себя, из которого вырастают все его стремления, и основой которых является неудовлетворенность сознания собой, означающая его изначальную активность, выражающуюся в невозможности этого существа жить, просто приспосабливаясь к среде. У него появляется потребность изменять эту среду и вместе с ней менять себя, и, значит, развиваться, не следуя лишь необходимости приспособления к существующему порядку.
Это сознательное стремление к изменению всего существующего, к освобождению от прежнего, к замене его на иное означает обретение любым существом с самосознанием свободы. В этих осознанных решениях так или иначе проявляется свобода любого индивидуального сознания, которое обогащает по ходу дела самое себя; вместе с тем свобода дает человеку возможность жить так, как он хочет в рамках окружающей действительности, если человек, носитель сознания, сможет, точнее, способен адекватно распорядиться этим даром.
Свободу не требуется «приписывать» человеку как «вещи в себе», то есть полагать его свободным только в умопостигаемом мире. Любое самосознающее существо свободно всегда и везде вследствие именно понимания себя, осознания собственного существования в мире: оно всегда приходит к решениям само, само же и несет за них ответственность в любой сфере – практической или умственной. И неважно, имеются на это причины или эти решения спонтанны; главное – это то, что в сознании человека как выразителя активности сознания «сидит» всегдашняя неудовлетворенность собой, без которой он превратился бы в тупую скотину, жующую одну и ту же жвачку, которая может быть очень приятной. Именно в этом выражается его свобода, и именно поэтому он получает возможность не просто жить, а сознательно развиваться и не стоять на месте.
Не бытие «навязывает» сознанию себя в целом и не сознание делает, что пожелает с бытием, но сознание «привлекает» к себе информационные копии лишь тех объектов из вневременной бесконечности, которые оно способно через ощущения носителя сознания распознать и объединить с тем, чтобы от мгновения к мгновению для сознания им же в конечном итоге формировалась меняющаяся картина вещей. Образы вещей в сознании при данном процессе адекватны самим вещам. Остальные фрагменты из вневременной бесконечности, которые не могут пройти по имеющимся каналам органов чувств или которые имеющиеся в живом программы не способны, по крайней мере, пока распознать, выпадают из меняющейся картинки формируемого сознанием в живом фрагментарного бытия.
В этом процессе получения адекватного отображения доступной для сознания реальности на уровне явлений посредством поступающих и обрабатываемых информационных пакетов участвуют как органы чувств, так и обрабатывающие поступающую информацию центры. При этом, в силу физиологических особенностей живого организма пауза между «моментами» копирования выпадает для сознания живого существа, в результате чего перед любым живым существом вместо частотной среды возникает движущийся и меняющийся красочный мир.
[justify]Но уразуметь тот факт, что при этом носитель сознания попадает во временной процесс способно только высшее сознание, которое понимает себя, однако в качестве человека оно считает время независимым от него. Тем не менее, указанный процесс съема информации означает появление собственного времени или «настоящего» для человеческого сознания, в условиях которого оно получает пространственную меняющуюся картинку окружающего. В ней оно может участвовать в событиях, или жить - взаимодействовать с окружающими объектами, мыслить, переживать, искать себя, ставить цели, решать задачи, стремиться даже к недостижимому, и находить в
