ближайшими по духу и крови странами-соседями, создании трибунала над преступниками с обеих сторон и прежде всего предателями. Это всё-таки произошло!!! Боже, да в самом ли деле?! Неужто великое советское наследство между братьями наконец поделено полностью?! Когда один уже без глаза и руки, а второй без обеих ног и печёнки.
Наташа, ахнув и прижав руку к сердцу, ошеломлённо повторила только что услышанное:
- «Боевые действия полностью останавливаются в соответствии с пунктом один мирного договора, подписанного час сорок пять тому назад! Первое заседание государственного трибунала над военными преступниками назначается на сороковой день после безоговорочной капитуляции противника». Вот это да-а! Всё-таки дождались и этих сороковин! Ты слышал?! Вы всё-таки своего добились, ребята! Ваши усилия не пропали даром! Смогли выдернуть гвоздь конфликта и своё задание в аду выполнили полностью. Война закончена. Я думала, этот кошмар никогда не закончится! Но трибунал-то зачем было создавать?! Неужто мало уже пролитой крови?! Кто там такой мстительный и всё ещё не может остановиться?! Где милость к павшим и к падшим?!
- Могу сказать только одно. - Вдруг подхватил Владик. - Я давно подметил, что архидемоны прекращают мериться тьмами власти на Земле. Видимо всеадский рестлинг всё же иссяк и на какое-то время приостановился. Скорее всего из-за очевидного цугцванга, по-русски говоря, цейтнота. Слава Люциферу! Архидемонам слава!
- О чём это ты?! – Наташа внимательно посмотрела Владику в глаза. А он в ответ просто обнял её и молча ткнулся носом в плечо, ничего не говоря. Всего не скажешь, над всём не поёрничаешь. Даже в нескольких миллионах слов.
Наталья потормошила жениха:
- Э-эй, товарищ офицер, ты чего?! Очнись! Всё же хорошо! Или нет?!
- Во всяком случае теперь ты не погибнешь. – Пробормотал Владик. – Но с этой минуты всё может получиться иначе. К сожалению, скорее всего, не намногим лучше. Лишь бы не хуже.
Мимо их лавочки прошла немолодая, но по-прежнему очень приятная на вид дама. Негромко окликнула Владика:
- Товарищ капитан! У вас всё в порядке?
- Пока да! – Негромко проговорил он в ответ, едва взглянув на удаляющуюся женщину. Секундой позже та, полуобернувшись, добавила, глядя прямо в глаза:
- Вы готовы?!
- Максимум через полчаса, Лариса Михайловна. Только провожу девушку к паркингу.
- Хорошо, я подожду. Вон на той лавочке, в тенёчке. Видите, это где голуби кормятся?!
Наталья набросилась на жениха с ворохом вопросов:
- Кто это?! Старая, а какая красивая! У тебя с нею роман?!
- Это по работе. Не бери в голову!
- Какой работе?! Тебя же уволили?! И почему ты капитан?! С каких это пор?! У тебя же сейчас другие погоны?!
- У неё есть такое специальное обращение к некоторым людям. С некоторым вывертом или отсылом в прошлое. Я ведь ещё недавно был капитаном. Не обращай внимания. Могла бы и фельдмаршалом назвать, а то и генералиссимусом. Она действительно очень старая, поэтому имеет право на особое отношение к своим высказываниям.
- Но почему я ничего не знаю ни о ней, ни о ваших, как ты говоришь, «особых, специальных отношениях»?! Нет, тут всё-таки роман! Я так и знала! Тебя нельзя надолго оставлять одного!
Владик слегка замялся, но потом решился:
- Это Лариса Михайловна Рейснер, моя добрая старая знакомая. В прошлом - врач очень высокой квалификации. Практически академик. В первую гражданскую войну знаешь, как задвигала?! С товарищем Троцким, «демоном революции» на его бронепоезде «Америка» вовсю рассекала по всей стране. Чего только не выпадало на её долю! Куда, в какие только обстоятельства ни забрасывало! Между прочим, она даже спала в постели нашей последней императрицы, расстрелянной большевиками. И якобы принимала там многочисленных возлюбленных. Настоящая половая разбойница! Да и не только половая. С маузером, например, никогда не расставалась. Это такой здоровенный полуавтоматический пистолет американского производства, в деревянной кобуре. Излюбленное оружие красных дьяволов и дьяволят. Шмаляла им во всех, налево и направо. Но иногда миловала и помогала. Необузданная в страстях. Короче, действительно роковая женщина. С нею только свяжись, никогда не отвяжешься, вся жизнь кувырком пойдёт.
- Эге-гей, придумщик! Ты уж говори, да не заговаривайся! Я-то тебя сейчас сразу отвяжу! – Строго приказала Наталья. – Сколько же ей в таком случае лет?! Должно быть сто пятьдесят, не меньше. – А поскольку сболтнувший лишнего Владик молчал, словно осиротевший вурдалак, добавила: - Отсюда делаю простой вывод: это всё про неё ты только что опять придумал?!
- Вроде того. Есть немного. Но только чуть-чуть. Просто домыслил. Как сейчас говорят, пролонгировал. А вот про постель императрицы - сущая правда. Клянусь! Ладно, не буду больше эту милую тётеньку сажать в твоих глазах! Не то самой захочется.
- Да ты и так её посадил, дальше некуда. Всё же - сто пятьдесят ей, древней распутнице, если считать по датам. Клеопатра отдыхает рядом! Я же говорила?! Ни одна женщина, как бы ни старалась, свой возраст не скроет. Ты только в глаза ей загляни! Там же бездна клубится! Ни одно средство Макропулоса не поможет замазать эту картинку.
Наташа, помолчав, неуловимо быстро подняла над собой руки, словно потягиваясь и отряхиваясь от наваждения.
- Эх-х, но с другой-то стороны…
- Что?! С какой «другой»?! - Насторожился Владик.
- Ты знаешь, если по-честному, сейчас я бы тоже не возражала на царской постельке прикорнуть вот так же! А потом ловить себе молоденьких мальчиков бывших капитанчиков. Шучу! Боже, какая пошлость, как не стыдно хвалиться этим, да такой старушке?! Она давно в зеркало смотрелась?! Ой, мамочки, бывает же такое! Это само по себе неприлично, а уж хвастаться такими подвигами и подавно.
- Не перегибай палку, Наталья! Все вы, женщины, одинаковые! Вставай, пошли! Мне действительно требуется с ней переговорить. Потом всё объясню.
- Как знаешь! – Наташа решительно встала и пошла по направлению к паркингу, где стояла и отсверкивала на солнышке её серебристая пятилетняя девочка-Альмера Классик, чем-то неуловимо смахивающая на исхудалую красавицу гарпию, совершенно случайно попавшую в этот мир и от изумления потерявшую дар речи. Увидев Наташу, она приветственно пискнула сигнализацией и, чуть ли не спинку выгибая, застенчиво потупила раскосые фары, не зная чего ещё добавить.
Глава 34. Беременная орхидея.
- Говори! – Строго приказала Лариса Михайловна. – Новые видения были? Какие?! Только поподробнее, пожалуйста! Я включила диктофон. Это для науки, не бойся. Пишу вторую докторскую, по патфизиологии ВНД.
-Ух ты! Отлично. Тогда рассказываю. Со мной случилось то, что вполне можно было предвидеть, но никак не ожидать. Будто бы я опять побывал там, в своей преисподней. Уж и не знаю, как после всего, что случилось удалось туда снова пролезть. Я же вроде там теперь персона нон грата, а то и первостатейная вражина. Наверно поэтому пробыл там недолго, словно бы вечерком в самоволку сгонял и быстрее назад, пока старшина не засёк. Тем не менее во всё проник, всё осознал немного в другом, чем раньше свете. Картинка получилась довольно явственная, я бы сказал, вполне совпадающая с прежним опытом пребывания в аду. Нисколько не менее реалистичная и чем этот внешний мир вокруг нас.
- Так-та-ак, - намного строже подытожила Лариса Михайловна, внимательно глядя ему в глаза и кончиком пальца водя перед носом. – Глядеть сюда!.. Та-ак. Ремиссия не закончена. Ты осторожнее с этим препаратом. С ним передоз на раз схватить можно. После чего, сам знаешь, что бывает. До рядового разжалуют, а то и того хуже. А оно тебе надо?!
- Ну и разжалуют, мало ли таких!
- Кроме этого путешествия, какие другие имелись видения?!
- Вроде бы мы, то есть, я с Ивайликом и вы, как старая большевичка и «валькирия революции», хотим создать новую «Народную волю» для свержения нашего нового самодержавия. Вы предполагаетесь там в роли Софьи Перовской, а мы с Ивайликом как два заглавных бомбиста, Гриневицкий и Рысаков. Один метнул, другой добил. Всё просто. Главное - не перепутать последовательность.
- Ничего себе! Молодцы, ребятишки! Ценю ваш патологический юмор и горжусь знакомством с вами. Всё по моей теме. Боюсь только, что такую диссертацию мне сразу зарубят. Ладно, подкорректируем. Ну и до какой стадии ваших революционных действий дошли твои видения?! – Сердито спросила Лариса Михайловна. – Царя, надеюсь, не успели грохнуть, пока я не пришла сюда воочию и не забрала тебя из садика?!
- Да нет. – Вяло ответил Владик. – Пока подбираемся. Прячется он от нас. Трусится от страха как не знаю кто. Да и потом цыганка Таня нагадала же ему, что лишь седьмое покушение сработает. А мы и одного раза не попробовали, ни в реалиях, ни в видениях, которые вы почему-то называете патологическими.
- Отлично! Но ты всё опять напутал. – Облегчённо рассмеялась Рейснер. – Цыганка Таня нагадала Пушкину смерть от белого человека Дантеса, а тому императору пророчила совсем другая цыганка, в Париже, спустя полвека, в 1867 году. Однако Александр II самоуверенно посчитал, что находится под божественной защитой и дьявол его к себе не заберёт. Поэтому особо и не остерегался. В результате дьявол-то его конечно и не забрал, да кому от этого стало легче?!
- К тому же у нас не было реального намерения. Просто мы в «Play»-шутере прогнали темку, заодно просчитали возможные ситуации её развития. Честно! Не всерьёз ставили и проигрывали в уме возможные действия на то или иное развитие ситуации, а на самом деле никак не собираясь что-либо из надуманного реализовывать! Просто так, от нечего делать. Мало ли кто как дурью мается! А вы сразу патологию шьёте.
- Хорошо, хоть самокритичность в тебе остаётся. – Улыбнулась Лариса Михайловна. – Это означает, что психопатия постепенно но неуклонно схлопывается, развивается её необратимый коллапс. Видения становятся всё менее реалистичными и более оторванными от жизни, которой вы живёте. Не успеете вы своего императора убить в своём улетающем параллельном мире, как он тут же вас сам покидает навсегда. И всё тут же у вас заканчивается, а потом переналаживается на другой вектор и регистр. Прежний морок сходит раз и как бы навсегда. Но ничего. Со временем вы обязательно станете нормальными людьми с полной мерой индивидуальной и социальной ответственности за все свои поступки. Во всяком случае, я на это очень надеюсь.
- Правда, Лариса Михайловна? Да я вам за это памятник поставлю. И всё же, отчасти жаль что мы хотя бы в таком изменённом состоянии не успели таки его грохнуть, хотя бы мысленно, в изменённом сознании. Может быть, с нас спросу тогда было бы поменьше. Признали бы невменяемыми, поднявшими руку на наместника бога или кого-то там другого, и не сразу на красную зону отправили, как вы думаете?!
- Ишь, на красную зону он захотел! Да её вам теперь ещё придётся заслужить! Плохо же вы знаете нравы своей правящей верхушки. Она просто настояна на мести, притом самой кровавой и любой ценой. Спуску не даёт никому. Даже самым заслуженным, вроде легендарного разведчика и диверсанта Квочкина. А также и близким друзьям самого главкома. Вы ему друзья?!
- Ой! Нет-нет! Бог миловал.
- Устранением любого правителя, тем более своего собственного, вы ничего не
