корпуса, а также отдельные даже самые малые подразделения из совращённых ими туземцев из этого света. Воспользовавшись предлогом новой войны с Западом, очередные перемётные души должны сжигать нефтебазы и газопроводы, подрывать мосты, портовые терминалы и действующие заводы, деморализуя тылы ещё живых. Они обязаны подбрасывать человеческим детям смертоносные игрушки, теми или иными способами оставлять без пропитания инвалидов и стариков, обрекая их на голодную смерть.
Коренные обитатели ада, давно отрешившиеся от самого понятия живого, даже подумать не могут об учинении настолько коварных и настолько безжалостных диверсий над оставшимися жить людьми, которые осуществляют новые заложники дьявола, недавние живые, ныне многочисленные заложные покойники.
Эти получеловеческие твари буквально охотятся за боевыми генералами и офицерами. Они калечат и убивают журналистов, писателей, философов, их дочерей и сыновей. Они поднимают на воздух курорты, больницы и детские дома, травят пляжи и санатории. Словно неостановимые зомби они почти каждую ночь взрывают людей спящими в их собственных домах и квартирах, лишают тепла и света, наконец, продовольствия, не только уничтожая его теми или иными способами, но и примешивая к нему разнообразные бытовые яды и боевые токсины.
Ни одним светом не принимаемые, закусившие удила заложные покойники, остервенев, используют практически все возможные средства воздействия на внезапно покинутый ими свет, в том числе наиболее изощрённые и изуверские. Не одну сотню миров до полной неузнаваемости искажают и отправляют в небытие существа предающие свои малые и большие родины. Именно поэтому человечество давно для себя вывело основной нравственный императив, а затем отразило его во всех своих писаниях, в том числе и священных: ни одному из предателей никогда не может быть окончания срока наказания. Ни при каких обстоятельствах им не должно быть помилования, хотя бы потому что единожды предавший будет предавать всегда. Они как бешеные звери, однажды лизнувшие крови и с тех пор превратившиеся в людоедов. Уж такой это наркотик - предательство. Героин и рядом не стоит. Схваченного предателя, если сразу не уничтожить без остатка, можно только попытаться силой вернуть в этот мир, растереть до молекулы и пустить по ветру, чтобы он ни при каких обстоятельствах больше не смог продолжать своё страшное дело.
Так что же адской милостью заглавный предводитель отечественной пятой колонны, новоявленный суперпредатель всея земли русской, иудушка, много раз перемётный генерал по имени Валерий, а по фамилии Скиба?! Он-то, антагонист первой гильдии, самый опасный живой мертвец куда подевался при всеобщем разборе шапок накануне последнего Апокала?! Почему примолкли все ныне власть предержащие, всё-таки осуществившие его задержание? Для чего и с кем насчёт него торгуются?! Или как раз его-то некие мрачные силы опять смогли как-то освободить для подоспевших новых чёрных дел, может быть, как водится, сделали это в самый распоследний момент. Или может перепродали кому-то другому право на новый побег супер-иуды в ад и он сейчас там новую чёрную звезду от сатаны примеряет?! А вновь нашкодившие земные правители, потупив бесстыжие глазки, молчат, прикрываются новым «национальным интересом», во имя которого они опять что-то там сдали и перепродали.
И всё же, кажется, на этот раз несколько по другому вышло. Немного спустя довольно многое стало указывать и на то, что промысел в эту пору похоже немного иначе распорядился. Как будто не сбежал таки Скиба в очередной раз от живых земляков, а всё же остался поджидать неминуемого, действительно беспрецедентного наказания. Может быть он ещё надеялся, что в самый последний миг тем не менее сумеет вывернуться, что уж его-то сатана в беде всё равно не оставит, ибо тоже своих не бросает. Однако со временем последняя возможность спасения иуды похоже развеялась окончательно. Окончательно прояснился скорый крах иллюзий величайшего мертвеца-иуды в момент, когда на весь свет было объявлено о времени и месте его поистине беспрецедентной казни.
Похоже, лептонный послед генерал-предателя бравые спецназовцы всё-таки не зря привезли на облучке своего рейда из самой преисподней и бросили к ногам своего Верховного, из-под которых, как известно, никто и никогда не убегал. Разве можно было такое однозначное сокровище просто так кому-либо сдать?! Ключевую фигуру современности, тем более с таким огромным знаком минус, что придавало ей совершенно особый вес и ни с чем не сравнимый колорит. Ведь именно из-за генерала Валеры весь сыр-бор с авантюрной посылкой экспедиции чекистов к самому сатане и разгорелся. Уж больно этот иуда кого-то уедал самим фактом своего даже посмертного существования. Конкретно от этой точки и этой развилки его всё же состоявшейся поимки, хотя и в основательно разобранном виде, гвалтом вдруг взвившийся отовсюду сюр вдруг резко и внезапно перемешался с текущей реальностью и прочей панически позабившейся в застрехи очевидностью. После чего до такой степени выпукло выступил на передний план, что давать задний ход оказалось поздно. Казнить так казнить, нельзя помиловать. По другому уже никто не поймёт. Ни там, ни тут.
По приговору специально созданного трибунала Валеру первого среди прочих должны были казнить окончательным постмолекулярным распылом его гнилой души, да так, чтобы действительно ничегошеньки от него не осталось, даже праха, невесомой пылью слетевшего бы с Лобного места, на века врытого в планету напротив наиболее сакральной башни величайшей страны мира. По всем каналам всё её население, затаив дыхание, уже следило за начинающимся небывалым возмездием непостижимого отступника от всяческих человеческих норм и правил. Многим правозащитникам казалось, что уж лучше бы четвертовали беднягу как Стеньку или Емельку, то есть, по-простому, особо не заморачиваясь и не изощряясь. Зачем попусту мучить животину?! Однако те разбойники, хоть и были на редкость отчаянными сорвиголовами, а всё же считались своими и потому хоть души свои уберегли, успели покаяться и перед людьми прощения попросить. Сейчас же получился совсем-совсем другой коленкор. Исказнить захотели именно душу супостата. Без покаяния. Отчего в сугубую оторопь запали буквально все граждане. Чёрт с ними, с правами человека, но это они должны были посмотреть и соответственно проникнуться.
Свидетели впоследствии внезапно произошедшего кунштюка со всем этим незаурядным замыслом потом шёпотом передавали друг другу на ухо невероятное. Оказывается, перед самой полной аннигиляцией души и тела предателя недалёкие власти всё же как-то, видимо для приличия или создания видимости законности, попытались соблюсти формальный протокол казни, её процедуру. Иначе уж больно стало бы смахивать на самое настоящее криминальное убийство, да ещё при отягчающих обстоятельствах. Для избегания обвинений в нём со стороны прогрессивного мирового сообщества, распорядители казни решили последовать старинному, доподлинно неизвестно когда устоявшемуся обычаю. Внезапно разрешили приговорённому высказаться. Предоставили право последнего слова. В расчёте конечно на неизбежное покаяние и просьбу о помиловании Обычно в таких случаях и в самом деле следовали мужественные или слезливые просьбы к честному народу не поминать лихом, простить душегубу все грехи его, вольные и невольные и так далее.
Конкретно для этого, предполагалось, что всего на пару минут, паскудные тело и душу генерала Валеры вернут в реальное физическое естество обыкновенного землянина, чтобы оно могло в последний раз во всеуслышанье и в самом деле покаяться и облегчить душу. Как раз для такой кульминации широкомасштабного спектакля казни и решено было предоставить право последнего слова человеку, который после предстоящей невиданной казни даже не смог бы немедленно предстать перед высшим судом того и этого света, поскольку его бы нигде не оказалось.
С этого самого момента что-то пошло не так. Внезапно что-то заклинило на самом интересном месте. Немедленно образовавшийся фальстарт казни потом миллионы раз крутили по всем телекоммуникационным каналам и ресурсам всего мира. И всякий раз человечество в изумлении хваталось за головы, судорожно подъедая остатки поп-корна.
Словно кто-то отмашку для этого дал, непосредственно от момента окончания физического восстановления казнимого иуды и предоставления ему самого последнего слова. В этот миг снова мгновенно и повсеместно искривилось пространство. Снова умножились сверх необходимого самые опасные сущности противостоящих миров. Откуда ни возьмись к Лобному месту в пролом атакованного пространства жизни вдруг повалила рать преисподняя, чрезвычайно организованная и сплочённая, словно батальон офицеров каппелевцев, с того света внезапно пошедших в психическую атаку для освобождения народного героя преисподней. Что такое?! Да откуда же?! Неужто из-под самого Кремля вся эта нежить повыскакивала?! Но там-то откуда взялись?! Вроде ни на гостей-экскурсантов, ни на курсантов кремлёвского полка никак не походят.
От панического смятения в народе, собравшегося на Васильевском спуске в предвкушении неизбежных царских милостей, немудрено было любому с ума сойти. А затем понестись куда-нито, крича и размахивая руками, как причиндалами. Однако доблестные граждане каким-то чудом устояли. Спасительно замерев, продолжали молчать, ждать, разинув рты, руководимые инстинктом всегда выручавшего национального самосохранения, в позе внезапно но спасительно оцепеневших богомолов. Те всегда цепенеют, когда что-то вдруг начинает идти не по плану. И только благодаря этому всякий раз выживают и дают своей эволюции ещё один шанс.
Как раз этого самого «чёрного лебедя» руководители мероприятия более всего в душе и опасались, но надеялись, что как-нибудь пронесёт. Именно поэтому всё для них и произошло внезапно, словно снег на голову рухнул, или сосулька с крыши. И потому их всё-таки пронесло, да и не как-нибудь, но многие от неожиданности всё-таки описались. Разумеется, тоже самым форменным образом. Чуть позже на Западе сочувственно поговаривали, что от полного фиаско власть тогда спасли только двойные прокладки «бэби-драйв».
Координаторы и престидижитаторы крупнейшей общественно-политической акции, руководимые бесценным опытом управления «этой страной», дочерью ошибок трудных, чего-то подобного всегда более чем остерегались. Что-то хорошее вряд ли вот так приходит, сваливается как тот же снег или сосулька на голову. Наверняка какая-нибудь подлость так или иначе но произойдёт. Поэтому для предотвращения внезапного схода непредусмотренной но возможной лавины заблаговременно принимали все возможные меры. Старались предвидеть всё. Мало ли что могло свалиться на голову, на грех-то и муха крякнет. Прежде всего, были разработаны меры предосторожности против вполне вероятных народных волнений по поводу и без. В частности, многократно усилили охрану места проведения мероприятия, впервые за четыреста лет предполагаемого к исполнению его
