На следующий день ушел из детского дома.
Это я… я послал Фадеевым деньги!
Это я, как теперь говорят, «заказал» Медведевых! Из-за этих же проклятых денег.
Это я! В тот день понял, для чего Ангел со мной такое сотворил, для чего жить «наоборот» заставил.
Я должен был искупить тот грех! С Медведевыми.
А я вместо этого, новый совершил, да не один – Фадеевы, Полину еще впутал в…
Времени искупать у меня не осталось. Да, честно говоря, я и не знаю, как это делается. Не знаю, что такое «каяться».
Это у Федора Михайловича все хорошо – вышел на перекресток, лбом об мостовую хрясь, и всем - «я убил». И дальше всей своей жизнью только полезные, дела и поступки. Может быть, это и есть покаяние и искупление, но это не для меня.
А если я не верю в греховность и добродетельность. Я не верю в красивые сказки. Даже если им несколько тысяч… да пусть хоть, миллионов лет. А если бы и поверил, вдруг сразу и безоговорочно поверил, то даже для «ритуала Раскольникова» времени у меня совсем не осталось.
Я устал быть заложником у самого себя.
Это я теперь спокойно произношу про себя эти слова, а тогда, 10 апреля…
Теперь я спокоен. Я принял решение. И нет во мне страха. Я устал и хочу одного - НЕБЫТИЯ.
Эту последнюю сигарету я там…
В старом фильме, если не путаю, «Лифт на эшафот». Там еще Ален Делон. Ему там еще голову на гильотине в конце… там тоже, перед этим самым, глоток вина и сигарету. А потом ведут. Так он, этот герой Делона, по-моему уже не соображал ничего, когда это вино и сигарету… не чувствовал он их, ни запаха, ни вкуса. Кроме страха, он ничего не чувствовал. Я так не хочу. Я сильнее, я это знаю. Вина у меня нет, но вот последнюю сигарету… так, чтобы прочувствовать запах табака, дыма… пусть будет «последний глоток жизни» с этим ароматом, а не как у Делона… с запахом собственного дерьма. Я это могу и я это сделаю.
Я иду не на казнь. Не чувствую я за собой греха… или преступления. И если бы заново, то повторил бы все… ну, почти все.
Я просто УСТАЛ. Устал ОТ ЖИЗНИ. Она мне не надоела, я просто устал. Смертельно устал. И я не хочу, чтобы она заканчивалась по-другому. Лучше сразу. Теперь. Сейчас.
Все. Пора двигаться. Солнце всходит. Здесь совсем недалеко, только мост перейти и по Профсоюзной, а там дворами… короче. Главное, не спасовать в последнюю минуту… никаких иллюзий, никаких догм. Главное, не поддаваться соблазну пресловутой «будущей жизни»…
На кой черт я перекрестился? Ведь говорил себе…
Успевает еще голова в коротком этом полете увидеть самую малость, пустяковину – пустую бутылку с надписью «Клинское» да кусок неба, опутанный тонкими нитями. Дальше вспышка такая яркая, как из темноты вдруг на солнце, только еще ярче в разы… вот и все.
***
Дурак! Ой, какой же дурак! Что натворил! Какую музыку споганил!
Да и я тоже хорош, нечего сказать. Ведь знал же, видел же, что с ним творится. На пять минут… какое там, на минуту всего и не успел. Летел сломя крылья, в вираж не вписался, так неудачно приземлился, крылья сломал, когда теперь новые появятся. А все для него же, подлеца, старался, для него же выбивал. Сражался с целым Сонмом, требовал, умолял, доказывал, а больше «на глотку брал», когда аргументов и фактов не хватало. Но ведь и добился же!
С таким сюрпризом, с таким подарком к нему… а он вот так распорядился тем, что ему не принадлежит…
Я для него, можно сказать, зубами вырвал еще сто лет жизни, а он… вот ведь беда какая. Честно говоря, очень я рассчитывал на этот «научный» эксперимент. Была такая мысль – а хватит ли его еще на сто лет?.. а потом, потом, может быть еще на пару сотен?
И что теперь с этим «стольником» делать, ума не приложу. Не возвращать же его Сонму? Ну, этого они от меня не дождутся, не для того глотку драл. И кто мне теперь компенсирует сломанные крылья? Попал, как кур в ощип.
Во всем этом сегодняшнем происшествии есть только один спорный вопрос. Стоит ли зачитывать и принимать во внимание тот факт, что Глеб перед тем как неразумно расстался с жизнью, все-таки перекрестился. Или же это было сделано бессознательно, по… привычке, и сей факт является, так сказать генетическим рудиментом? Но, так или иначе, дело его не закрыто и требует дополнительного расследования в Вечности. К сожалению, это уже не моей компетентности и юрисдикции. Меня еще тоже потаскают по разным инстанциям…
Идея! Я эти дополнительные сто лет жизни обратно не потащу, а оставлю в дар тому, кто первый исследует «макулатурные» свидетельства существования Глеба Павловича Фатюнина и сделает попытку хоть как-то объяснить… все происшедшее.
Да, будет так!
Ума не приложу, как я теперь буду добираться до страны Восходящего Солнца. К своей «старушке». Надеюсь, что хоть там эксперимент не сорвется.
И как сказал мне один французский писатель «Жизнь — чередование смертей и возрождений. Умрем, Кристоф, чтобы родиться вновь»! Наивное и безграмотное заявление, но звучит красиво.
Я ему тоже, в свое время, предлагал…
От автора.
Если кто-то подумал, что я принял это «предложение», спешу разочаровать. И даже более того. Со всей решимостью заявляю, что мне эти «дополнительные сто лет» жизни, совершенно ни к чему. Мне своих, сколько уж там отпущено, хватит.
А потому, любому, пожелавшему принять этот «подарок», готов предоставить по первому требованию все 20 килограмм материалов.
2005 г.
E-mail: - [email=mazilin@yandex.ru]mazilin@yandex.ru[/email] 8 909 937 14 61
