23.Телевидение
Не в тот день, как хотелось Галине Петровне, через неделю, быть может.
«Чего хочет баба, а точнее две бабы. Если они себе чего в голову возьмут, то уже никаким колом оттуда это самое не вышибешь. Надо же – устроили мужику «коробочку», зажали с двух сторон, не вздохнуть, ни пукнуть» - с самого утра бурчит себе под нос Александр. Настроение отвратное, ничто не радует. «Ребятишек увезли в Москву показывать зоопарк, маленькие они еще для зоопарка, цирк кошачий и еще черт знает что. Называется культурной программой. Эти… понаехали, на три часа раньше, чем договаривались. Готовиться. Чего готовиться? Поставил камеру и снимай. Хорошо хоть технику свою на участок не загнали».
Инна Васильевна настороженно наблюдает за ним, готовая в любую секунду броситься на ликвидацию вспышки раздражения. А то, что эти вспышки будут, она совершенно не сомневается и ее, почему-то, эти будущие «вспышки», даже как будто радуют.
- Гримироваться? Да вы что? Буду я морду лица всякой дрянью мазать.
- Ну, хотя бы тончик положить нужно – будете выглядеть бледно-зеленым. – Это уже гример суетится рядом со своими коробками.
- Да по мне, хоть серо-буро-малиновым.
Инна за ним ходит и тоже уговаривает:
- Саша, не валяй дурака, и не ворчи как старый дед. Надо, значит надо. И, пожалуйста, не дергайся раньше времени. Меня от тебя уже начинает трясти.
- Детка, ты же сама все устроила? Я этого не хотел. Вот, сама и снимайся. Тем более, что у тебя это получится гораздо…
- Я всего-навсего, жена героя, верная помощница во всем. Так что тебе придется отдуваться, миленький. Не упрямься. Ты же у меня такой красивый. И самое главное, пойми, это же НАМ надо. Понимаешь?
- Ни черта нам этого не надо. Да, ладно, шут с вами. Только чтобы ты тоже со мной рядом сидела и голос вовремя подавала – иначе, пошлю я это ТВ…
- Миленький мой, а куда же я от тебя денусь? Рядом сяду и буду паинькой, вот увидишь. И, чем смогу, тем… тем и удружу.
- Вот-вот, «удружу»!
- Ну, все. Не дури. Люди приехали. Это их работа. Подчиняйся.
***
Оператор – немного флегматичный, длинноволосый парень, постоянно жующий жвачку, давно уже и камеру поставил, а с другой камерой по участку походил, поснимал то, что считал для себя интересным. Даже съемочную группу из беседки, которую они первым делом оккупировали, на время выгнал – план дома через беседку ему понадобился.
Галина Петровна в неизменных своих «хамелеонах» последние указания дает, ведущей этой передачи Танечке Зайцевой. «Се ля ви», кажется, так программа называется, о существовании которой, Александр с удивлением узнал только что. «Пошлятина какая-нибудь очередная, судя по названию. И как они меня уболтали? Срамиться на всю страну…». Танечка, смазливенькая, с вздернутым носиком, овечка с «золотым руном» на голове (подошла бы больше фамилия Барашкова), только нетерпеливо кивает. «Знаю все, и все будет как надо… по сценарию, и ничего необычного, проходили в первом классе».
Стол круглый ивового плетения прямо на лужайке поставили, кресла садовые такие же. Кстати, с собой всю эту мебель привезли. Рассадили, наконец, определились, кто и где. Нацепили микрофоны.
Галина Петровна, сбоку камеры присела на низенький стульчик раскладной, и как последнее наставление «перед боем» дает:
- Александр Николаевич. У нас все готово. Я специально не показывала вам вопросник, но уверяю вас, ничего страшного в нем нет. И, потом, на какие вопросы вы не захотите отвечать – не надо. Потом все, что не получится, вырежем, смонтируем. Ну, вот и все. Андрюша, ты готов? Вот и хорошо. Тогда начали. Мотор.
И было это сказано так просто и даже обыденно, что, по ее мнению, должно было непременно создать атмосферу спокойной беседы, снять излишнее напряжение. Да, где-то может быть, это и срабатывало…
- Добрый день, дорогие друзья. Снова с вами передача «се ля ви» и ее ведущая Татьяна Зайцева. Сегодня мы хотим познакомить вас с очень, на мой взгляд, любопытным человеком. Нас любезно пригласил в гости на свою загородную «фазенду» один из самых молодых, но уже известных в России предпринимателей, входящий если не в первую десятку, то в первую сотню точно, самых состоятельных людей России, Президент фирмы «Торговый дом Романовых». Дальше, я думаю, уже ничего не нужно говорить. Совершенно верно – мы в гостях у Александра Николаевича Романова и его супруги Инны Васильевны. Мы уже привыкли видеть, что наши предприниматели обычно выстраивают себе загородные виллы с размахом, площадью по пятьсот и более квадратных метров, и мы были приятно удивлены, что столь состоятельные люди живут в небольшом, деревянном, бревенчатом доме, которому примерно лет пятьдесят. Как мне кажется, и вы, я думаю, со мной согласитесь, что это говорит о большой скромности его жильцов.
Непонятное раздражение высунулось откуда-то сзади, из-под лопатки и заковырялось в мозгу. Саша заерзал, потянулся за сигаретой, хотел, было уже, что-то сказать, но Инна положила ему руку на плечо, и… он решил все же еще немного подождать, - «посмотреть – по-над какой речкой пойдет эта «овечка» и на каком мосточке ножку себе подвернет, а уж потом…». Вот, что может случиться потом, какие слова ему придется говорить, оправдываться или же… наоборот… «Да, нехай себе брэшет…» - ухмыльнулся про себя и, закурив сигарету, стал смотреть, как на небольшой клумбе, среди стеблей цветов запутался и барахтается совсем маленький воробышек, только-только начинающий летать…
-… Мы уже начинаем привыкать, что «новые русские» совсем необязательно ходят в клубных костюмах вишневого цвета, не обязательно растопыривают пальцы. Я имею в виду тех, кто составил свои капиталы в короткий срок, так сказать «из пены Перестройки». На смену им приходят их дети, которые получили образование в лучших университетах мира, интеллигентные люди, знающие и умеющие…
«Господи, тягомотина-то какая. Ну, ни одного живого слова. Интересно, это ей Галина Николаевна пишет «текст слов» или она отсебятину несет? А может сейчас так принято – лекторий по экономике на пленере устраивать? Черт, давно этот ящик не смотрел, любопытства для, надо бы хоть пару дней «походить по каналам» с утра до вечера – понять, что они там вытворяют».
Воробышек, наконец, вырвался из «зарослей» и деловито оглядевшись по сторонам, чирикнул и полетел, бочком как-то по своим делам воробьиным.
Раздражение все же росло и уже начинало стучать тупо в затылок, говоря будто – «ну, и сколько еще можно терпеть это словоблудие?».
-…медаль героя России за военные действия по восстановлению Конституционного порядка в Чеченской республике…
Все! Это было уже слишком. Сашу, кажется, понесло. Нет, он не вскочил, не забегал. Но что-то такое во взгляде появилось такое, отчего Танечка вдруг запнулась на полуслове и вопросительно взглянула на него – «Может, я чего-нибудь напутала или что-то сказала не так?» – казалось, спросилось в этом взгляде.
- Так! Все так. Все, что вы, Танечка, сказали – мило. У вас для меня вопросы приготовлены? Так вот. Не надо вопросов, я сам буду говорить, может быть не так складно, как это у вас получается, но все же. И буду говорить только о том, что меня еще в этой жизни волнует, кроме моей семьи. Но начну, как ни странно, с вас. То есть, не именно с вас, а вообще, с телевидения. Я очень мало смотрю, но и того… считаю, что много – не люблю, когда мне пытаются лоботомию производить… даже под наркозом.
Была недавно передача. Не знаю, по какой программе. Может быть, это была ваша передача. Речь шла о бомжах. Точнее о бомжах, живущих на городских свалках. Если бы я не знал, что это такое, то тут же помчался помогать этим несчастным, выброшенным за борт общества людям… до того трогательно и…
Инна Васильевна замерла и даже поджалась слегка. Такого напора она не ожидала. Но, посмотрев на Галину Петровну, которая очень спокойно что-то черкала в своем блокнотике, изредка посматривая на площадку, на Андрея-оператора, все также меланхолично жующего за камерой, решила дождаться конца. Только Танечка смотрела на происходящее пустыми васильковыми глазками и старалась, как ей казалось, проявлять видимость интереса к происходящему.
- … У меня нет к ним сочувствия. Нет сочувствия к этому конкретному «бомжу», как следовало из интервью с ним, с двумя «передними» образованьями, который собирает бутылки на свалке. И живет там же. Тем более, что человека, который был в кадре и рассказывал нам весь этот бред – я знаю, случайно так получилось, вышло так. И образование на самом деле у него, в лучшем случае, ЦПШ. И алконавт он не по прихоти судьбы, от безысходности, а по природе своей, от нищеты душевной. Вот и получается, что здесь мне ТВ пытается лапшу на уши. Так почему я должен верить остальному? Почему я должен верить всем этим шоу, когда, я, не будучи профессионалом, вижу все «склейки монтажа», одни и те де лица в партере, сюжеты, заблаговременно снятые, скажем полгода назад, которые мне пытаются впарить за сиюминутное. Все эти лживые, придуманные маски? Почему я должен им верить? Единыжды солгав…
Галина Петровна отложила свой блокнот и, вдруг сняв очки, уставилась на Александра с интересом, будто увидела впервые. Андрей ей что-то шепнул. Не оглядываясь, только легко
