назвался Лучьяном Смолозом…
— Пустите их, я знаю, кто это.
Спустя минуту в зал вошёл старик с двумя другими мужчинами.
— Приветствую ваше величество, — поклонился он. — Мы прибыли совсем недавно, меня зовут Лучьян Смолоз, а это мой внук Джованни и его друг Леонид.
— Я слышал о вас, — кивнул царь. — Вы были знакомы с моим отцом. Его уже нет в живых…
— Нет, я не мог быть знаком с вашим отцом, мы ведь раньше не бывали в Лаконии…
— Вы прилетели с планеты Земля, не так ли?
— Как вы узнали?!
— Дело в том, что я тоже прибыл оттуда. Я сын Феодора Карлоне.
— Феодора Карлоне?.. Да, я знал вашего отца, это был знаменитый путешественник. Но как вы оказались здесь?
— Когда началась экспансия юпитериан на Землю и Луну, моя семья прилетела с ними сюда. Мы живём здесь уже много лет.
— Мы тоже прибыли с юпитерианами, — сказал Джованни. — Можем ли просить у вас временного приюта? Хочется пока остановиться в славном городе Орбуче…
— Мне не нравится Орбуч, — ответил Дормидонт. — Скверный городишко… Я всегда мечтал построить новый город, свой. Здесь, в Лаконии, мне удалось не только устроить переворот и свергнуть правителя-тирана, но и самому стать главой государства. И теперь, кажется, у меня получится осуществить мечту… Вы можете остаться при дворе. Первое время будете исполнять простые обязанности, и если хорошо себя покажете, то со временем станете моими приближёнными.
— Благодарим вас, — поклонились путники.
В зале появилась женщина, которую гости сначала приняли за одну из служанок — она была очень просто одета.
— Это моя супруга Роза, — представил её Дормидонт. — А сейчас прошу извинить — мне нужно прилечь…
Он попытался встать с кресла, но охнул и сел обратно. Супруга подошла к нему, начала массировать его плечи и спину. Ему делалось легче с каждым мгновением… Наконец он смог подняться с трона и удалился в покои.
Якоб Лагарт повёл мужчин в их комнаты.
Придворная служба
Лучьян, поселившись во дворце, стал «изучать» страну, в которой теперь жил, приглядываться к людям, и после минувшего сурового Средневековья с его беспорядками здешняя жизнь показалась ему раем. Город произвёл на него очень хорошее впечатление.
Люди здесь любили и умели трудиться. Безработных не было, каждому находили дело по способностям.
— Когда-то мой отец издал закон, по которому все обязаны работать, но теперь он не так строго следит за этим, — рассказывал Лучьяну старший сын царя Роберт. — Тем не менее лаконийцы постоянно в труде. У нашего народа это в крови…
В Орбуче строилось много новых зданий, и возводились они так быстро, что Лучьян диву давался. Он любил гулять по городу в свободное время. На улицах был совершенный порядок, чисто и ухожено, и никаких средневековых нечистот и эпидемий. Некогда царь Дормидонт ввёл суровое наказание для тех, кто загрязняет улицы, и мусор стали выкидывать в строго отведённые для этого места.
— Многие, кто сюда приезжает из Лапонии или с Лансонов, называют нашу страну настоящим сокровищем, утопией, — говорил Роберт. — Кто знает, может, это и вправду так…
Лучьян видел, что это действительно так. Сами люди здесь были замечательными — открытыми, добродушными, отзывчивыми.
Честно и верно прослужив царю Дормидонту несколько месяцев, Джованни стал канцлером. Его жизнь начала потихоньку налаживаться. У них с Глафирой было двое сыновей, и подошло время рождения третьего — его назвали Альбертом. Он сделался любимцем царских родственников и слуг, и даже сам Дормидонт иногда заходил посмотреть на малыша. Но больше всего любил нянчиться с ним Лучьян.
Однажды он написал портрет маленького правнука. Старик не имел большого таланта в рисовании, но мальчик получился на рисунке как живой — в белой распашонке, с кругленьким личиком, большими глазами и редкими волосиками, с высунутым язычком. Эта картинка потом много лет хранилась у Лучьяна.
Маленького Альберта и его братьев часто навещала жена царя Роза. Позже Лучьян говорил, что это была одна из самых мудрых женщин, которых он знал. Со слугами и простым народом она держалась просто, доброжелательно, без всякой надменности. Любила сама трудиться: прибирать комнаты, готовить обеды, стирать одежду, заботиться о придворном саде. Когда выходила прогуляться перед сном, то одевалась очень скромно и её принимали за простую горожанку. А если кто-то и узнавал царицу, она отвечала на приветствие и беседовала с человеком. Лучьян вспоминал:
«Я любил беседовать с ней. Каждая сказанная ею фраза была мудростью, и я даже многое записывал. У неё произошло немало поучительных жизненных историй. В одной из них мне открылась вся сущность этой замечательной женщины. Когда-то маленький Роберт спросил её:
— Мама, почему люди так часто ссорятся друг с другом?
— Каждый хочет быть правым и отстаивает свою правду, — ответила она. — Вместо того, чтобы с любовью и пониманием отнестись к другим…
И дети слушались её больше, чем властного отца. Даже сам Дормидонт был безоружен перед любящим сердцем жены и никогда с ней не спорил».
Теперь она уговорила Дормидонта выдать дочь Юлию за графа Винсана по её желанию и радушно приняла его во дворце; тот остался очень признателен ей.
Лучьян занимался воспитанием младших детей Дормидонта — Якоба, Климента и Ирины. Вместе с ними он пристрастился к чтению литературы, прочитал «Сагу о вигунтах», «Жизнь волшебника Джуная», «Легенду о единорогах» и многое другое.
Новый город
Однажды Лучьян и младшая дочь царя Ирина гуляли в парке. Девочка запускала в небо змея, и тот плавно летел по ветру, а она бежала за ним и смеялась. Потом, устав и присев на скамейку, сообщила своему воспитателю новость:
— А ты знаешь, что мой папа и братья хотят строить новый город?
— Правда? — удивился Лучьян. — Но это ведь огромные расходы… К тому же Орбуч — прекрасный город, достойный того, чтобы быть столицей…
— Папа считает, что должен основать свой город, — объяснила Ирина.
За обедом Лучьян спросил у царя, правда ли это.
— Да, — ответил Дормидонт. — Каждый правитель Лаконии основывал город в память о себе и почти всегда называл его своим именем, некоторые даже строили по нескольку городов.
— Где же ты хочешь его основать?
— Чуть южнее Орбуча. Там очень благодатное место, тихое, спокойное — равнина, окружённая холмами. Я уже отправил туда около тысячи рабочих с архитектором Феодором Гептеном — ты его знаешь, это брат моей жены. И вскоре сам собираюсь поехать, чтобы руководить строительством. Твой зоркий глаз и мудрые советы тоже будут очень нужны.
— С удовольствием поеду, просто это очень неожиданно…
Из города отбыло на новое место ещё несколько сотен людей — архитекторов и строителей. Вереницы повозок двигались на юг. Потом выехали и царь со свитой. Лучьян и Джованни были рады принять участие в таком великом деле.
Когда они, проехав сотню километров, добрались до той равнины, там уже вовсю кипела работа. Из окрестных селений привозили камни, дерево, глину, песок. Здесь собралось много крестьян, бедняков, которых хорошо кормили и обеспечивали одеждой и вещами за работу. Все трудились не покладая рук — копали ямы, возводили фундаменты зданий. Отдыхали мало.
Дормидонт осматривал первые постройки вместе с Якобом Лагартом и другими адъютантами, проверял, как идёт работа, давал указания. Он отправил Джованни в соседний городок за новым материалом.
В городке тот взял на рынке мешки с глиной и известью, погрузил в повозку. Когда ехал обратно, пошёл сильный дождь, дороги размыло, телега перевернулась, мешки порвались, и много материала просыпалось в глубокую лужу. Джованни помогли проезжавшие мимо купцы — взяли к себе в повозку, повели его лошадь за собой.
Узнав об утере материала, Дормидонт строго отчитал своего канцлера, и, если бы не вмешательство Лучьяна, того ждало бы суровое наказание. Старик убедил царя ограничиться выговором, ссылаясь на то, что его внук не по своей вине лишился глины и извести.
Часть территории, на которой возводился город, была болотистой. Несколько человек погибло при строительстве, увязнув в болотах. Много людей получило травмы, когда обрушился один из новых домов.
Сын царя Роберт трудился вместе с рабочими. Он размешивал глину, клал камни. Лучьян стал с ними возводить стену вокруг нового города. Работали много, изредка прерываясь на короткий отдых и обед.
Вскоре царь с адъютантами вернулся к себе во дворец, поручив возведение города архитекторам по тому плану, что он составил с сыновьями. С наступлением зимы Лучьян и другие пожилые рабочие тоже были отправлены в Орбуч. Дормидонт устроил пир в честь нового города, который решили назвать его именем, и в честь свадьбы сына Роберта, взявшего в жёны дочь правителя Лапонии Марию.
Замок Джованни
Новый город рос на глазах. В строительстве участвовали архитекторы и рабочие со всего государства. Джованни и сыновья царя трудились вместе со всеми.
Через год после свадьбы сына Дормидонт устроил ещё один пир — в честь рождения внука, которого назвали Августом. Царь редко устраивал пиры и развлекался — почти всё время он отдавал государственным делам, не позволяя себе праздности. И того же требовал от других — трудиться на благо государства. Он был благодарен судьбе за то, что стал государем, и стремился делами оправдать ту честь, которая ему выпала.
Ему приходилось много ездить по стране, и, когда правителя не было в Орбуче, его обязанности выполнял Лучьян. Дормидонт много раз посещал юг страны: его беспокоили острова в океане, отделявшем Лаконию от Лапонии — Лансоны.
— Сейчас они принадлежат Лаконии, а когда-то были собственностью Лапонии, и ходят слухи, что лапонийцы хотят отвоевать их, — сказал однажды Лучьяну Роберт. — Поэтому отец так беспокоится…
— Чем они так хороши? — спросил Лучьян. — Большая территория?
— Дело не в территории. Хотя она и не маленькая. Дело в климате. На этих островах очень плодородная земля, там выращивают огромные урожаи. И очень хорошие погодные условия, лаконийцы ездят туда отдыхать. Мой отец стал часто там бывать — к старости у него появились проблемы со здоровьем, он ездит туда лечиться.
Тем временем новый город потихоньку разрастался. Было построено несколько крепостей, обведённых мощными стенами. Южнее города Дормидонта для царя возвели крепость возле озера — это была резиденция для отдыха.
Вернувшись в новый город, правитель отметил, с каким усердием Джованни там трудится, и наградил его — подарил замок в живописной местности, почти рядом со своей крепостью. Всё семейство Лучьяна перебралось туда. У Джованни и Глафиры родилась девочка Марта, и её мама была на седьмом небе от счастья — она очень хотела дочку.
Теперь Лучьян всё время проводил с правнуками: гулял с ними, обучал грамоте, читал им книги, кормил, укладывал спать и так далее. Они проводили много времени в саду с яблонями, грушами, сливами — сидели в тени деревьев, беседовали, ели фрукты, читали и обсуждали рассказы и стихи. Лучьян много рассказывал детям о своей жизни. Джованни и Глафира тоже любили бывать на свежем воздухе. Джованни любил верховую езду. В конюшне жил его любимый конь Дагор, на котором он любил кататься по вечерам. Семья обычно завтракала,
