Первая российская императрица
Утро 28 января 1725 года надолго осталась в памяти Лучьяна: Екатерина плакала над телом супруга, а в соседнем зале уже спорили о том, кто будет править страной. Родовитые аристократы — князья Голицын, Долгоруков и Репнин — были за десятилетнего внука покойного императора — Петра Алексеевича. А Меншиков и граф Толстой — за Екатерину Алексеевну, боясь мести Петра за то, что когда-то участвовали в суде над его отцом.
Из уст в уста передавалось печальное известие: «Пётр I скончался». Глядя на царицу и обеспокоенных слуг, Лучьян прижимал к себе и утешал дочерей покойного.
Когда в зале появились офицеры и стали громко говорить о чём-то, он спросил у Якова, который находился тут же:
— Что им нужно?
— Они хотят видеть на престоле Екатерину Алексеевну, — объяснил тот. — Грозятся, что голову проломят, если кто-то помешает этому.
Чуть погодя офицеры вошли в покои к императрице и поклялись ей в верности. Военная сила была на её стороне, и это решило исход дела.
Больше месяца люди прощались с телом государя, которое находилось в дворцовой зале, а затем его похоронили в Петропавловском соборе. На погребении Феофан Прокопович произнёс речь о тяжкой, невосполнимой утрате для России, для каждого её человека, и люди плакали...
***
Екатерина была не готова управлять огромной империей. Не умея писать и научившись только ставить подпись, она подписала указы об основании Академии наук, о которой мечтал Пётр, и об организации экспедиции Беринга. За неё страной управляли фавориты во главе с Меншиковым. Они создали Верховный тайный совет — совещательный орган при императрице, имевший власть над Сенатом и коллегиями. Екатерина не приходила на его заседания и слушала доклады верховников всего один раз, в своих покоях, пока у неё не началась мигрень.
О Лучьяне и Якове все забыли: их не замечали, с их мнением не считались. Якова отстранили от службы, определили ему пенсию и пожаловали поместье всего в семи верстах от поместья Лучьяна, и они оба, собрав вещи, со всем семейством уехали туда и зажили спокойной жизнью.
Первое время Лучьян не находил себе места — ему было тревожно, и вся работа валилась из рук. Он тяжело переживал смерть Петра. По ночам ему не спалось, и старик ворочался с боку на бок, а утром, засыпая на короткое время, видел какие-то непонятные, беспокойные сны. Яков, часто приезжавший, видел его упадок духа и рассеянность.
— Что с тобой случилось? — спросил он однажды. — Ты всё время как в воду опущенный. Я бы на твоём месте был на седьмом небе от счастья. Ты управлял такой великой империей, что я даже представить себе не могу — царство Солнца или...
— Солнечная система, — сказал Лучьян.
— Вот именно. Ты путешествовал так много и бывал так далеко, что я представить себе не могу — летал к дальним звёздам! У тебя столько наград, что ими можно затмить всё небо, а твои труды не поместились бы во всех библиотеках Земли. Ты спас Солнечную систему от ужасных варваров — алгольцев; дал начало стольким славным родам! Как бы я гордился и радовался на твоём месте!
— Яша, я весь износился, — покачал головой Лучьян. — В чём дух ещё держится... Ночью не могу заснуть, а днём всё тело ломит. Если бы не этот эликсир, давно бы спокойно в могилке лежал... Я стал таким слабым, что иной раз подняться с кровати не могу...
— А я к тебе с хорошим известием приехал: дочку замуж выдаю, — сообщил Яков. — Через месяц будем гулять и тебя развеселим. К Варе посватался мой бывший однополчанин, Костя Михайлов, хороший мужик!
— Так, может, чем помочь к свадьбе? — спросил Лучьян. — Вот пенсию пришлют с моей родины — я молодым подарок куплю и остальные деньги отдам.
— Что ты, не надо! — отмахнулся Яков. — Главное, чтобы ты сам пришёл на свадьбу... А как тебе присылают пенсию? Прилетают люди на железной птице?
— Да, но я их самих не вижу, — вздохнул Лучьян. — Ночью над поместьем пролетает корабль и во двор бросают мешок с деньгами. Почтальонам, видно, запретили общаться со мной — меня на Юпитере чуть не прокляли, когда начал бороться с чиновниками-паразитами. Но пенсию присылают — раньше во дворец мешок скидывали с надписью: «Лучьяну Смолозу», теперь вот сюда. Я всё отдаю нуждающимся, сам ни копейки не беру. Эх, хоть бы раз этот корабль сел на землю — мне так хочется расспросить юпитериан о моём брате Лесмьяне…
— Я знаю, что нужно сделать, — ответил Яков. — Мы составим из дров надпись — просьбу срочно сесть на землю — и разведём костёр. Когда они появляются здесь, в какие числа месяца?
— Нет определённого дня — у них там своё расписание... Ну ничего, можно разводить костёр каждую ночь. Надпись должна быть на языке Ганакоры — вряд ли они понимают русский...
И друзья стали жечь костры каждую ночь, следя, чтобы все собранные буквы горели, подкладывая новые дрова вместо сгоревших. Прошло несколько дней, и вот однажды под утро Яков заметил в небе сооружение, похожее на птицу, и разбудил дремавшего у костра Лучьяна. «Птица», делая круги, медленно снизилась. Когда же она опустилась на землю, друзья подбежали к ней, дверь открылась и появились люди в служебной форме.
— Нам запретили общаться с вами, — сказал командир корабля, пресекая попытки Лучьяна заговорить с экипажем. — Возьмите свою пенсию — и мы сразу же отбудем.
— Умоляю, скажите только, добрался ли мой брат Лесмьян до Юпитера, жив ли он? — спросил Лучьян.
— Да, ваш брат живёт в Грайюнкме, — сообщил командир корабля. — Он сам велел передать вам, что удачно добрался до Юпитера.
Лучьян с лёгким сердцем принял от него пенсию, и корабль улетел. Яков заметно удивился тому, что увидел, хотя и был наслышан о таких кораблях.
Подготовка к свадьбе приободрила и развеселила Лучьяна; он сделал молодым много подарков — посуду, ткани, хлеб, поросят и домашнюю птицу. Праздник получился великолепным, с изобилием подарков, угощений и напитков, веселья и забав. И после него старик вновь воспрянул духом.
***
До свадьбы и после неё Яков наведывался в столицу и по возвращении рассказывал Лучьяну о делах при дворе:
— Императрица всё в пирах и гуляньях. Бокалы звенят, фавориты из бутылок вино наливают, пьют, что-то живо обсуждают... Костя рассказывал, что Екатерина тоже много выпивает, с любовниками гуляет, на балах танцует по ночам. Она ложится спать в десять часов утра — и почти до вечера.
— Так она всё здоровье испортит...
— Мне кажется, ей уже недолго осталось — у неё много болезней, и выглядит она неважно...
Чуть позже Яков сообщил, что Меншиков добился от императрицы завещания, в котором она назначила своим преемником Петра Алексеевича, с условием, что он женится на дочери Меншикова. Когда его недавние сторонники Толстой, генерал Бутурлин и генерал-полицмейстер Девиер задумали возвести на престол одну из дочерей Петра I — Анну или Елизавету, — Меншиков приказал арестовать их. Девиера и Толстого первоначально приговорили к смертной казни, но императрица смягчила им наказание, и всех троих отправили в ссылку.
6 мая 1727 года Екатерина скончалась. В памяти народа она осталась доброй и весёлой царицей, любимой женой и сподвижницей Петра Великого.
Правление Петра II
Яков и Софья отдали мальчиков в школу при гарнизонном полку, и те, пройдя начальный курс, стали изучать дисциплины: Ваня и Коля — артиллерию и фортификацию, Федя — пение и музыку. Отец был недоволен двумя младшими сыновьями. Старший, Ваня, вырос парнем серьёзным, трудолюбивым, а Колю с Федей избаловали: оба ленились и не хотели ни учиться, ни помогать взрослым по дому.
Любовь к праздному образу жизни, к развлечениям они переняли от своего друга, нового русского императора Петра II. У него тоже не было прилежания в учёбе, он не интересовался никакой наукой. Учителя смогли дать ему небольшие познания в истории, географии, математике, немного обучить его латинскому языку. Пётр говорил в основном на немецком и плохо понимал по-русски.
Вскоре после коронации он обучился с дочерью Меншикова — Марией, которая была старше его на четыре года. Император недолюбливал её и в письмах называл «каменной статуей» и «фарфоровой куклой». Яков и Меншиков и раньше недолюбливали друг друга, а теперь совсем возненавидели. На одной ассамблее Яков сказал, что Александр Данилович вертит малолетним правителем как хочет. И, чтобы оградить Петра от дружбы с сыновьями недруга и другими нежелательными людьми, Меншиков поселил его в своём дворце на Васильевском острове. Софья предупреждала мужа, чтобы помалкивал — иначе отправят в ссылку или, ещё хуже, казнят.
Но, едва Меншиков заболел и потерял контроль над Петром, тот сблизился с юным князем Иваном Долгоруковым и попал под влияние его семьи. Император переехал в Петергоф и расторг помолвку с Марией. Меншикова арестовали, лишили всех чинов и орденов, конфисковали имущество, поместья и отправили его в ссылку с семьёй — сначала в Раненбург, потом в городок Берёзов Тобольской губернии, где он и скончался два года спустя.
Избавившись от него, Пётр занялся любимым делом — охотой. Ему было неважно, на кого охотиться — юного государя увлекал сам её процесс: скачки на лошадях, ловля зверей и птиц... Часто он предавался кутежам с друзьями, и старшая сестра Наталья пыталась уберечь его от попоек, но вскоре она умерла. Пётр начал засматриваться на свою тётку Елизавету, и Коля тоже. Однажды Яков услышал, как тот перед сном шёпотом рассказывал Ване о своей любви к ней.
— У него одни девицы и потехи на уме! — пожаловался он однажды Лучьяну. — А ему всего тринадцать лет... Надо было в раннем детстве пороть его, а я жалел...
— Да не делай ты из этого трагедию, — махнул рукой старик. — Мальчик растёт и, ясное дело, заглядывается на девочек. Он ещё ребёнок, и тяга к развлечениям здесь естественна. Всё равно старается, учится...
— Не старается этот лентяй, — ответил Яков. — Его заставлять приходится. Вот Ваня не такой, ему ни о чём напоминать не надо, сам всё, что нужно, делает: и учится, и нам с матерью по хозяйству помогает.
— Все дети разные, — вздохнул Лучьян. — Вот мы с братом в детстве внешне совершенно одинаковыми были, а по характеру — ничуть не похожи. Ты не сердись на Колю и Федю, им и так сейчас трудно.
***
Однажды слуга Якова примчался к Лучьяну с печальным известием — мать хозяина умирала. Она давно уже болела, и сын с невесткой ухаживали за ней. Лучьян сел на коня и поскакал в поместье своего друга.
Яков и Софья сидели у кровати, прислушиваясь к дыханию старушки; она была уже без сознания. А после дыхание утихло... Яков сидел ни жив ни мёртв, и не мог даже заплакать, не веря случившееся. Софья обмыла тело. Мужчины сколотили гроб, выкопали могилу и через два дня похоронили усопшую. На поминках каждый вспомнил её добрым словом.
***
Долгоруковы забавляли Петра охотой. С двумя сотнями охотников и четырьмястами гончими собаками он охотился на зайцев, лисиц, волков, медведей, подстрелил их великое множество.
Императора сблизили с княжной Екатериной Долгоруковой, сестрой Ивана, потом девушку объявили невестой правителя и их обручили. Свадьбу назначили на 19 января 1730 года, но Пётр незадолго до этого простудился, заразился оспой и, промучившись несколько дней, скончался.
Правление Анны Иоанновны
Верховники
