В чём вы очень ошиблись, и давайте немедленно исправляйтесь. И знакомый блондинки, видимо для неё сильно хороший, раз она ему даёт постоянно шансы на исправление своего недальновидного поведения и возможность быть не всегда на её счёт сосредоточенным, находит нужные слова для своего исправления.
– Почти догадались. – Успокаивает, прежде всего, себя блондинка. Но как я вижу по её что-то задумавшему личику, в этой своей загадочности начавшей мне казаться очень знакомой (где я её мог раньше видеть?), то она решила всё так не спускать на тормозах своему неусидчивому знакомому.
– А вы где сейчас находитесь? И надеюсь, только меня ждёте? – с лёгким уколом спрашивает своего знакомого блондинка, невольно поправляя на себе парик. И как я понял по этому её движению, то её задумка касалась этого парика, и получается, что задолго до разговора со своим знакомым. Так что от него мало что зависело в этом разговоре с нею. Его в любом случае ждал заготовленный ею сюрприз с этим её преображением. И я даже примерно догадываюсь какой. Её знакомому будет даден шанс попасть впросак со стороны навязчивого поведения брюнетки, которая и не пойми из каких соображений (само собой из личного каприза, упрямства и самомнения), посчитает, что её навязчивое поведение в сторону первого для себя встречного, им благоприятно воспримется. И он не только угостит её кофе, но и будет готов и на куда большее из того, что в ней на его счёт будет предполагаться.
А вот когда знакомый блондинки зайдёт в своих отношениях с брюнеткой дальше уже некуда, и тут прямо всё пропахнет его изменой всем светлым людям в лице блондинок (его потянет на тёмную сторону света, чьи олицетворением являются брюнетки), то блондинка с помощью своего парика сорвёт маску своего обмана со своего знакомого. Отныне для неё совершенно незнакомого, и это будет истинной правдой. Он ей представлялся одним, верным её идеалам человеком, а на самом деле оказался совсем другим человеком, неверным и подлецом.
И в качестве подтверждения этой моей версии, моя (пусть будет так, нет времени до фамильярничания) блондинка, находящаяся под прикрытием парика брюнетки, и заодно её тёмной и загадочной личности, уже вышедшая из книжного магазина и двигающаяся по мостовой, а я за ней следом, время от времени, проходя мимо стеклянных витрин какого-нибудь бутика или магазина, косилась в сторону своего отражения, и с хитрым прищуром сверялась с этим её, мной заранее раскрытым планом. И единственное, что может пойти не так, как я предпочёл предполагать, так это в форме проведения этой её операции по вычислению в своём знакомом истинной начинки.
А вот здесь я с самой большой точностью не ошибся. И когда блондинка под прикрытием брюнетки оказалась в том самом месте, где она со своим знакомым договорились встретиться (а её знакомый в этом плане не проявил особой изобретательности, назначив ей встречу в одном из кафе; кстати, в том самом, в котором Маша организовала встречу Русланы и Руслана, что мной было принято за знак вопроса, может и того, что из книги), дальше порога пока что не заходя в него, что б, значит, для себя обозначить нахождение своего знакомого (он находился на том самом месте, где и всегда), а для него своё появление в таком незнакомом качестве. Где от него требовалось всего лишь одно – немедленно узнать её под вот таким маскировочным прикрытием. А не пялиться во все глаза на интересную брюнетку, с которой можно завести шашни пока меня нет.
Но это её, всё больше под сомнением в благоразумности своего поведения и своей хорошести знакомый, ведёт себя совершенно непредсказуемо, выбрав третий вариант своего поведения, который не был совершенно предусмотрен блондинкой под прикрытием брюнетки.
Он бросил в её сторону мимолётный взгляд, которого видимо для него, человека мало усидчивого и рассеянного, было недостаточно для того, чтобы в вошедшей брюнетке признать свою блондинку, или же как самый неприемлемый для блондинки вариант, признать в брюнетке перспективный для её обмана объект сконцентрированного внимания за её спиной, и вернулся к самому себе и к каким интересно мыслям.
И, само собой, у блондинки под прикрытием нет никаких сил смотреть на это открытое пренебрежение собой, и она, раскрасневшись от возмущения, твёрдым шагом выдвигается к столу к этому противному и нет уже сил у неё терпеть все эти фокусы её знакомого. При этом, ему не стоит ожидать от блондинки прямолинейности хода её возмущения, она будет действовать изобретательно и уже непредсказуемо для него. Решив пройти мимо стола с ним. И вот когда уже казалось она уходит дальше, она резко так обернётся в сторону своего дрянного знакомого, и …И вы разве меня не узнали?! Немедленно признавайтесь, и ваша лыба тут нисколько не поможет.
И она (лыба) быть может и не помогла, сумей блондинка под прикрытием благополучно пройти мимо стола со своим дрянным знакомым, смеющим её не узнать хотя бы по её шагам (так ходит только она), но в тот момент, когда она уже посчитала, что ей это удалось сделать, как её за руку вдруг резко перехватывают, и не давая возможности сообразить, присаживают за стол рядом с собой.
– И куда это вы собрались? – во всю свою физиономию ржёт в лицо блондинке под прикрытием её улыбчивый знакомый.
– А вам разве это интересно? – надувает губки блондинка под прикрытием.
– Очень. – С таким задушевным придыханием сказал знакомый блондинки, что ему не поверить не было никакой возможности.
– Так это же…! – ахнул про себя я, узнав в этом знакомом блондинки того самого типа, который в этом самом же месте и всего вероятней (я на часы не смотрел) в тоже самое время здесь встречался с другой девушкой, определённо жертвой его удивительного обаяния и умения польстить женскому уму. В чью сторону скажешь какое-нибудь льстивое слово, и он, её ум, всё разумное на свой счёт забывает и начинает милостиво смотреть в сторону того человека, кто умеет найти в его сторону столь верные и подходящие слова.
Ну а я начинаю возмущаться и негодовать в сторону этого негодяя и мошенника на женском, сердечном доверии. – Ну не негодяй ли!? – в себе распыляюсь я при виде того, как этот тип как само собой разумеющееся, с лёгкостью кружит своими баснями здравомыслие блондинки под прикрытием брюнетки. Кому вот кого (волка в овечьей шкуре) стоило опасаться, а не кого-то там надуманного её романтическим настроением и жаждой приключений. Этот пират, а теперь точнее, рожа резидентская, работающая на не дружескую для нас юрисдикцию, в планах которой нанести демографический удар в самый центр сердечного нерва государства – в женское я, и есть самая большая для неё опасность.
И почему-то меня больше всего сейчас возмущает тот момент, что этот тип с запредельной наглостью и самонадеянностью в том плане, что он считает, что не будет пойман обманутыми им девушками, назначает место и время для своих свиданий со своими жертвами в одном и том же месте – в этом кафе.
– Что, в другом кафе не можешь с ними встречаться? – скорей себя вопрошая, задаюсь я этим вопросом. – Или здесь для тебя ближе всего от дому (от посольства, конечно) и по ценам не так накладно вести свою разрушительную для женских сердец деятельность. – А вот на этой мысли в мою сторону поворачивается невинная жертва этого волка в овечьей шкуре, блондинка под прикрытием брюнетки, и я, наконец, могу её рассмотреть лицом к лицу. И вот же чёрт! И какое странное совпадение! Я в ней узнаю ту самую девушку, с кем этот тип (всё равно пока под подозрением) встречался здесь.
Что всё равно не отменяет во мне необходимость по возмущаться, теперь уже по другому поводу. И возмущён я уже тем, что эта парочка влюблённых слишком стандартно, без особой изобретательности проводит время своих свиданий друг с другом, назначая встречи в одном и том же месте. Хотя, между тем, это я должен себя упрекать в необоснованных к ним претензиях.
Это ведь их место, и только они вправе выбирать, где им наиболее комфортно друг с другом видеться. Но я всё равно негодую уже на то, что мир так тесен, и складывается у меня такое ощущение, что всё в нём происходит в одном вокруг меня месте. А как иначе ещё может быть? Всё происходит только вокруг тебя, а что не происходит, то не происходит, а только служит информационным фоном сопровождения жизни вокруг тебя. Вот такая удивительная в чём-то, а так-то рациональная философия жизни для оправдания своего эгоцентризма.
– Как будто в одной комнате, куда нас всех поместили. – А вот здесь мне вдруг почему-то вспомнился тот тип из парка, со своей загадкой про комнату с чёрной кошкой.
– И бррр, конечно. – Оглянувшись по сторонам, я себя притормозил в таких своих мыслях. Где мне вдруг почудилось и мельком ощутилось что-то не сильно мне понравившееся. Но это не отменяет моей настороженности ко всему вокруг, где может затаиться, как и в прошлый раз тот, кого действительно нужно было опасаться блондинке. И да, очень кстати. Меня в этой камуфлируемой под брюнетку блондинке скажем так, встревожило больше всего не то, что я в брюнетке узнал вчерашнюю блондинку, а я в этом образе брюнетки, и то только почему-то после того, как узнал в брюнетке блондинку (во какой тут ребус вышел), подспудно увидел знакомые, с кем-то отдалённо схожие, но при этом важные для меня черты. И это…
Но подытожить эти познаваемые моим рассудком действия мне не даётся происходящим за этим столиком с блондинкой под прикрытием и её знакомым, кто из своего ниоткуда, из под полы, вдруг вытащил розу, чем меня сильно позабавил вот такой незабываемой и знаковой картинкой (ты её ещё зубами прикуси, – усмехнулся я, смотря на эту парочку через призму обложки увиденной мной в магазине книги) и приготовился её протягивать своей блондинке.
Ну а та ведёт себя точно для меня неожиданно и непредсказуемо, демонстрируя отторжение и принципиальное неприятие такого подарочное предложения от своего знакомого, выставив перед собой руки и побледнев в лице при виде этой розы.
[justify]И