долго трясет шейкером.
— Почему кошки приходят в кафе по средам? Отчего не во вторник?
— По вторникам в кафе для кошек приходят гуси. Шумные товарищи. Громко галдят. Иногда поют странные песни: «Га-га-га. Поклевать бы». Кошкам становится невозможно находиться в кафе. У кошек тонкий слух.
— А в пятницу?
— По пятницам в кафе собирается местная богема.
— Кто-кто?
— Художники. Очень колоритная публика. Некоторые из них чрезвычайно талантливы. Тётушка-сова хорошо рисует кошек. Опытная художница для того и приходит в кошачье кафе, чтобы рисовать с натуры. Печальная кошечка сидит на стуле и позирует. Тётушка-сова предпочитает кошек с трудной судьбой.
— Всё-таки кошки посещают кафе не только по средам, но и в пятницу.
— Нет, Пончик. Ты ничего не понял. В пятницу в кафе приходят только кошки-натурщицы.
— А башмачник Хоми?
Пончику стало очень интересно. Пончик заочно проникся симпатией к башмачнику. Какой-то он крутой.
— Что ты, Пончик. Башмачник никуда не ходит, он очень занят. В дни, когда башмачник не шьёт обувь, он плетёт шнурки. Башмачник мог бы заказать шнурки у гусыни Белоножки — она отлично торгует шнурками и мелкими предметами. Её лавка называется «Всякая всячина». Но нет. Башмачник сам создаёт их. Башмачник — настоящий художник.
— Его шнурки — это произведения искусств?
— Точно, Пончик. Шнурки бывают золотыми и серебряными.
Абсолютно верно! Башмачник скручивал шнурки из длинных нитей абрикукса. Раз в три месяца дерево абрикукса плодоносит, потом сбрасывает нити в траву. Никому и в голову не приходило их собирать. Разве что башмачнику. Да некоторым кошечкам с романтическим настроем на жизнь. Из нитей абрикукса они плели веночки.
— А почему кафе кошачье? Отчего не гусиное?
Скоро Пончик узнает, что в волшебном городе есть кафе с острым названием «Приправы для гусей». Кафе находится за третьим поворотом, сразу за большим муниципальным зданием, где заседает господин Дзинь. Тот ещё гусь.
В кафе для гусей полным-полно гусей. Гуси, не стесняясь, хлопают крыльями и громко гогочут. Посторонних в кафе нет.
Чуть дальше, но сразу за пешеходным переходом, расположилось премилое кафе для сов. В волшебном городе все жители предпочитают посещать это кафе, потому что всегда есть свободные места. Ведь в волшебном городе живёт всего одна сова. Зовут её Сквош. В кафе для сов любит захаживать сам господин Павлин. Там он берёт еду на вынос. Павлин не любит готовить.
Но что случилось совершенно недавно. Сейчас расскажу. В волшебный город пропустили поросят. Пришли пять хрюшек. Обжились, обустроились. Научились правильно разговаривать. Освоили езду на велосипеде.
— А в чём проблема? — спросил Пончик.
— Быстро поросят стало много, — ответила Жозефина.
Городское правление взялось за голову. Пришлось спешно строить детский сад и школу для поросят. А потом кукольный театр и кафе.
А недавно в кафе для поросят завезли мороженое. Кафе для поросят стало пользоваться успехом.
Хомяки надули щёки. В знак протеста стали стрелять в прохожих бумажными шариками.
В волшебном городе построили кафе и для хомячков. В кафе для хомячков работает строгая гардеробщица. Нахохленная особа просит посетителя снять пальто. В волшебном городе никто не носит пальто. Посетители пожимают плечами. Гардеробщица гонит их прочь. Клиенты уходят не солоно хлебавши. Тогда хитрая гардеробщица без оглядки съедает всю хлебную корзинку, заготовленную для посетителей. Заведение терпит убытки. Персонал заведения никак не может разрешить эту ситуацию.
— Пончик, если так продолжится, этому заведению скоро придёт конец.
— А башмачник совсем не покидает свою мастерскую?
— С такой работой у него просто не остаётся времени на развлечения.
Жозефина кивнула. Пончик тоже кивнул. Тем самым он дал понять, что верит на слово и проверять информацию не станет.
— В вашем городе не поступают плохо? — спросил Пончик.
Пончик решил, что лучше сразу ознакомиться с городской обстановкой.
— Всякое случается. Кто-то ворует носки и игрушки. Но катастроф здесь не бывает.
Жозефина придвинулась ближе.
— Что скажу, Пончик.
— Что?
— В глубокой нише башмачник прячет домашние тапочки.
Жозефина округлила глаза. Заглянув в них, Пончик увидел луну, звёзды и радостного кота.
— Тапочки сделаны из кошачьей шерсти. Поверь, Пончик, в благодатном климате находятся любители тёплых тапочек.
«Мыши остригают шерсть пленённым котам», — пронеслось в голове Пончика.
Пончик вмиг представил яркую картинку: господин Мышь крепко держит кота, и не вырваться тому, а госпожа Мышь, усмехаясь, умело манипулирует ножницами.
— Откуда шерсть? Это всё мыши? — осторожно поинтересовался Пончик.
Жозефина и подумать не могла, что Пончик может такое себе нафантазировать!
— Коты линяют. Тебе ли не знать. Мы собираем шерсть в специальные коробочки и приносим их башмачнику.
Не так всё плохо в этом странном мире, где тонкие ветки деревьев обнимают полную луну, а Пончик господину Мышь по колено.
Только Пончик решил на радостях попрыгать (до чего же хороша эта ночь!), как Жозефина сказала:
— Проникнуть в мастерскую, запутав самого башмачника, — дело трудное, Пончик. Я рисковала репутацией.
К вечеру башмачник Хоми пересчитывал башмачки, сшитые им за день. При отсутствии пары сразу трубил в специальную длинную трубу, выставляя её через узкое окошко. Услышав тревожный сигнал, исходящий из сапожной мастерской, стражи города перекрывали улицы города.
Воришку, конечно, ловили. Отбирали у него башмачки. Обиженный башмачник тут же разрывал с воришкой контракт. Тогда в течение целого года тот, который умыкнул новые башмачки, более не мог ремонтировать свою старую обувь в мастерской. Даже если с каблучка слетала обойка или отклеивалась подошва. Или ещё чего хуже — рвался «носок». Так и ходил воришка по городу с торчащей лапкой из дыры. И все знали, кто он такой.
К домику башмачника кошка пробиралась нехожеными тропами. К подошве бот прилипли влажные листья.
— Всё ради Эйли, — вздохнула Жозефина. — Башмачков в мастерской — на любой возраст заказчика.
Пончик понял: Эйли ещё будет уменьшаться!
— До каких пор?
— Пока не наступит нужный день.
Незаметно сиреневая дымка густого леса поглотила кошку.
Разглядывая дымку, которая не отступала, а наступала, в сиреневом тумане которой уже полностью утонула лесная избушка, Пончик думал: встретятся ли они вновь? Быть может, серая кошечка явится за своей шапочкой, чтобы забрать её…
Пончик бы этого хотел.
***
В лесную избушку заглянуло солнышко. Эйли проснулась. Примерив башмаки, изумилась: башмаки не сваливались с ног. В них смело можно продолжить путь.
Последний день карантина.
— Почему ты в шапке? — спросила Эйли.
— Я в шапке. Ты в шляпке, — отвертелся Пончик.
Шапка мешала. Письмо натирало ушки. Долго в шапке придётся ходить? Когда же наступит тот самый день?! Вот бы скоро! А если спросить обо всём у Эйли?
По волшебному миру Эйли передвигалась вприпрыжку. Перескакивая с ноги на ногу, широко размахивала руками, напевала себе под нос. Ну, как напевала: «Бегу я по дорожке. Не устают мои ножки!» — громко кричала Эйли.
— Эйли, — позвал Пончик. — Эйли, в городе ты сразу отправишься к маме?
Пончик уже знал, что Эйли живёт с мамой. Их дом стоит на краю города, прямо возле речки.
— Что ты, Пончик! Домой нельзя!
— Почему?
— Должен наступить специальный день. Тогда всё изменится к лучшему.
Кот оторопел. А мимо проносились чьи-то мысли. Правда-правда!
Пончик только-только прибыл в волшебный мир и не знал, что цветы волшебного мира постоянно передают друг другу информацию.
Цветы, росшие на обочине дороги, предупреждали всех, что кот в девчачьей шапочке, покинув лесную избушку, движется в сторону города.
Эйли показала ногу. На ноге было написано слово «Микейли». Эйли вслух прочитала.
— Это твоё второе имя. – Сказал Пончик.
— Да. В день, когда я ушла из дома, пришлось взять другое имя. Теперь его не стереть! — пожаловалась Эйли.
Это так. Эйли пробовала. И мочалкой тёрла. И мылом намыливала.
— Исчезнет надпись, наступит нужный день. Или наоборот. Тогда всё будет хорошо!
Эйли побежала вперёд. У большого дерева встала, потому что вспомнила, что не обняла кота. Вернулась назад. Крепко стиснула Пончика.
Маленькая Эйли могла носиться туда-сюда.
Гуси приземлись перед Пончиком.
— Кот в девчачьей шапке! — расшумелись гуси. — Га-га-га.
Растопырив крылья, окружили его со всех сторон. Вот-вот заклюют!
— Мы собрали о тебе информацию. Га-га-га, — гуси говорили исключительно хором. — Карантин закончился. Га-га-га.
— А вы кто? — спросил Пончик у гусей.
— Как кто? — возмутились гуси. — Городское правление. Га-га-га.
Эйли услышала переполох. А надо сказать, что она успела отбежать очень далеко! Дорогой познакомилась с рыжими бельчатами. Те, высунувшись из дупла, чтобы посмотреть на Эйли, нечаянно свалились с дерева. Поругалась с мамой белкой. Та, увидев, что произошло, решила забрать своё потомство назад. Белка утверждала, что в тесном кармашке у Эйли её маленьким бельчатам не место. Эйли же надумала оставить себе детей белки. Мама белка, сильно рассердившись, укусила Эйли за палец. Хорошо, что не прокусила его! Вот как далеко успела отбежать Эйли от Пончика.
— Господин Брамс! — обрадовалась Эйли. — Господин Бумс! Господин Дзинь. Вы тут как тут.
Со всеми прибывшими господами Эйли была знакома. С каждым поздоровалась за лапку.
— Рада вас видеть! Вы изменились.
Гуси посетили местного художника и раскрасили крылья.
Господин Бумс стал носить перья красного цвета. У господина Брамса были перья синего цвета.
Господин Дзинь, хоть и побывал у художника, но ничего не пожелал; его крылья, как и прежде, остались абсолютно белыми.
А раньше гусей путали. Господина Бумса назвали господином Брамсом. Господина Брамса господином Дзинь. Большой непорядок был раньше! Гуси были настолько похожи, что их было не отличить друг от друга. Они сами часто путались. Ведь гуси — родные братья.
— Эйли, и мы рады тебя видеть! Га-га-га, — шумно загоготали гуси. — Карантин сняли. Остались некие условности.
Эйли согласно кивнула.
Эйли понимала, что происходит. А Пончик — нет. Во-первых, почему гуси правят городом? Во-вторых, чего они хотят? Зачем явились, не прилетая?
«Гуси летят», — говорила мама, провожая гусей глазами, когда те летели клином. Вожак летел первым. Вожак был сильным. Крыльями он создавал воздушную волну, которая помогала держаться в воздухе слабым птицам, летящим сзади.
Гусей было видно и слышно. Гуси подбадривали вожака и себя криками.
Пернатые совершали длительные перелёты. Вожак всегда приводил стаю в нужное место.
А эти? Просто взялись! А явившись, не прилетая, вынули из пухлого портфеля белые листы.
Гуси заважничали. Гусиным пером господин Бумс стал что-то выводить на бумаге.
— Протокол, — заявил господин Брамс.
— Всё, что скажет кот Пончик, будет запротоколировано. Га-га-га, — произнес господин Бумс.
— Что написано пером, не вырубишь топором. Га-га-га, — заумничал господин Дзинь.
Пончик сразу догадался, что именно господин Дзинь управляет городом, а два его брата лишь исполняют его приказы.
Господин Дзинь махнул крылом. Господин Бумс тут же спросил:
—
