пилюлями, глотать которые хотелось с удовольствием и абсолютно чистой верой в исцеление.
–А я всё думаю, когда же ты решишься выйти за меня? - попробовал шутить проникновенно басом гордый вождь, в то время, как красавица старательно освобождала толстоморда от бинтов, на что последний молча пыжился и радостно блестел белёсыми, сияющими празднично, глазами.
–А что на это скажет вам жена? - смеясь парировала девушка, - Вы что, хотите возвратиться к нам в реанимацию?
Бриль попросил её вернуть ему мобильный телефон и поместить себя в отдельную палату. Модель ответила, красиво улыбаясь:
–Отдельная палата есть, но только, как освободится - с этим просто. А телефон я не могу вам дать – запрещено. Вы это с доктором, пожалуйста, решите. Обход уже начался, - скидала упаковки от лекарств в отдельную коробочку, красиво улыбнулась и волнуя всех, красиво вышла, увозя с собой тележку.
–А я вот не прошу свой телефон из принципа, - схохмил распластанный марионет, когда она прикрыла дверь.
–А я уже старый и девушкам редко звоню, - печально прогундел внезапно погрустневший вождь.
–Да ну, какой ты старый!? - резонно возразил мордун, сияя бликами раскутанной огромной голой головы, отсвечивая синяками от не выключенных ламп и явно радуясь тому, что по уходу девушки опять обрёл дар речи.
–А что ты думаешь, пройдёт? - склоняясь полевой моркуковкой, спросил в надежде «гордый вождь», - Вон, что про нас, людей, в журнале пишут: кишка, говорят, у тебя в животе девять метров длиной!
–А ты уже хотел её куда-то приспособить?
Все эти разговоры мало-мальски отвлекали Бриля от нудящей боли, но совершенно не давали ухватить нить логики, чтобы хоть как-то разобраться в том, что с ним случилось...
–А ты, как попал к нам сюда? - как-будто угадав, спросил его печальный суходол.
–Машина стукнула.
–А я как-то раз слышу визг от тормозов, смотрю: тётка в воздухе с сумками и вверх ногами... Так и повисла в воздухе, как будто видео остановилось... А тот, который сбил, на газ... и след его простыл... , - поведал «вождь» и приумолк, как каменный цветок.
–Ты по живому не руби! - после неловкой паузы резонно устыдил его мордун, - Ты лучше расскажи, как ты попал сюда.
–Очки упали, я за ними резко наклонился и сослепу ударился об козырёк кровати.
–А про гостей наврал?
–Да ладно... - «вождь» видимо стал повторять специально для Бриля, - Ну, мы затеяли со свояком бороться: немного выпили и надо стало чем-то заниматься, и он случайно победил меня. Сел мне на шею и сидит. А баба дура, женщина его, вскочила сверху на него, сидит, елозит и хохочет... Тут у меня и сошла шея с места. Тут те давай активно хлопотать, всего меня прям измусолили... Уходите, звери, говорю, я старый человек, я сам себе шею на место поставлю! Встал кое-как и вот так вот себя об косяк поправляю, как одному крестьянину в деревне раньше делали, а им неймётся - лезут помогать! Как мазнул сгоряча я этому помощнику, так шея у меня совсем налево отошла. Я им кричу: «Хозяева! Пока не помер, наливайте!» Ну, чтобы наркоз поскорей применить. Они мне разом триста грамм налили, а потом не помню.
–А дома ты сказал, что травму на работе получил? - подпел ему подогревающе марионет.
–Как я «сказал», когда меня уже уволили, когда я газовый баллон начальнику на ногу уронил!? Мне иногда ужасно хочется работать! Порою даже кажется, что спецодежда снится по ночам! Он как-то раз зашухарил меня: я шёл по направлению к конторе, а он как раз за мной по следу моему за мною крался. Когда пришли, я почему-то оказался сильно пьян. Пойдём-ка, говорит, со мной в медпункт, проверимся... А сам куда-то ненадолго отошёл. Ребята мне и говорят: чтоб перегарный запах отшибить и чтобы алкоголь в крови прибор не угадал, необходимо выпить трансформаторного масла. Ну, я стакашек замахнул, и мы с начальником пошли в медпункт. Врачиха сразу всё определила и очень быстро вытолкала нас на улицу. А чем ты трансформаторное масло остановишь? Домой, когда пришёл, жена меня моими же штанами, да меня же и по харе...
–А ты, как здесь? - скорее обратился Бриль к марионету.
–Упал с балкона, - отозвался тот с каким-то затаённым оптимизмом, - Купили новую квартиру и гостей позвали. Вышли на балкон. Друг выбежал на улицу сфотографировать, как мы стоим. А я дочурку взял на руки и залез на стул: «Смотри, Маруся, красота какая! Весна кругом и радость! А птички, как поют-порхают!» Стул затрещал, и я, как птичка, полетел...
–Как? Вместе с дочерью?
–Нет. Я её откинул в сторону, но это для меня наоборот, вроде отдачи получилось, друзья её успели подхватить, а я у них из рук, конечно, вырвался и полетел с четвёртого на чью-то тачку... Короче, оба в хлам – и я и эта тачка. Такая получилась фотография...
–А сколько дочери?
–Шестнадцать.
–Наставили высоток прямо перед окнами! - внезапно возмутился гордый вождь, - всё поле зрения нам перекрыли, вот и падают!
–Да, ладно! Люди падают на ровном месте! - торча щетиной, возразил мордун, - На остановке стоял человек, повалился и зубы об урну разбил! Метеорит в Челябинске упал на озере, а голову прохожему пробило шифером...
–Ну так-то да, - резонно согласился вождь, - Я как-то раз иду за девушкой, иду, а та вдруг резко развернулась и прысь мне из баллончика в глаза! Ну, думаю, ослеп! А это оказалась пенка для бритья. Ой, извините, говорит, это не вам, это для мужа!
–О чём такая оживлённая беседа? - в палате появились доктор с медсестрой, - Ну что, вся а-я-яй компания на месте? Сегодня празднуете Первомай у нас?
Он был в таком же аккуратном колпачке, в таком же белом накрахмаленном костюмчике, как у модельной медсестры, осанист, сед, намного старше, чем она, но вместе с ней они смотрелись очень презентабельно. С их появлением «индейский вождь», изобразив гримасу мужества, стал возвращаться в положение плывущего бревна и вытянулся в плоской койке так, что в измождёно сложенных его ногах хотелось разместить цветы, а здоровяк взмахнул не загипсованной рукой и ещё пуще лучезарно засиял своим большим, недавно появившимся, лицом.
–Обородел, обородел, народ..., - заметил ему доктор на ходу и сразу обратился к Брилю, - Вам голову не кружит? Не тошнит?
–Кружило и тошнило. Но от таблеток, кажется, теперь полегче...
–Вчера на томографии вы выглядели молодцом, - он пристально уставился ему в глаза, - Ну, судя по всему и сотрясение у вас несильное. Руками шевелите? А ногами?
Бриль через боль исполнил, что просили.
–Опасного пока не вижу ничего, - заверил доктор, - Ну, думаю, недельку-полторы подержим вас, понаблюдаем... Везунчик!
–А телефон?
–Пока нельзя. Немного потерпите. Расслабьтесь, отдыхайте и про всё забудьте, - настойчиво, но мягко приказал целитель.
–Мне срочно! Мне в полицию...
–И что такое срочное?
–Меня машина сбила.
–Наслышаны, наслышаны... Вы не волнуйтесь. К вам придут – кому об этом знать положено, уже всё знают.
–А кто звонил?
–Не знаю, кто звонил, - он посмотрел на медсестру.
–Он не назвал себя. В приёмное звонили, - поправилась она, - Спросили самочувствие, спросили, где находитесь и всё, - доложила красавица бойко, слегка розовея.
–Не забывайте про гимнастику! - напомнил доктор, обращаясь к потерпевшим, и энергично вышел.
Медсестра за ним следом.
…Лежать под одеялом было жарко, он распахнулся и решил его сложить. Стал аккуратно складывать по линиям, но почему-то получалось криво и всё время приходилось перекладывать. Наверное раз двадцать перекладывал, но всё равно никак не мог сложить, как следует.
Когда заметил, что ему мешает это сделать спатифиллум, который рос не из горшка, как все подобные цветы, а прямо из земли, он свесился со спатифиллума, увидел под собой цепочку воробьёв, бегущих быстро-быстро, словно змейка друг за другом, доверчиво расслабился и выпал из гнезда.
«Куда они бегут? Пожалуй, надо у цыган спросить! Цыгане, слышите? Куда они бегут?»
Цыганка погадала по его колену, заржала, как пьяная лошадь, и указала путь на площадь трёх вокзалов.
Вполне естественно, что он направился туда через подземный переход, но выйдя, оказался не у кассы, а в большом извилистом овраге.
Овраг был длинный, скользкий, красно-глиняный, крутой, и сколько он ни шёл по дну его, нигде нельзя было подняться и увидеть, что вверху...
В конце концов устал, прилёг на специально выросшую для него траву, но кто-то тихо подошёл и стал его разглядывать...
(1-3)
–Здравствуйте! - сказал кто-то, - Капитан Коблов Андрей Иваныч. Веду ваше дело, - он показал удостоверение, - Как ваше самочувствие? Поговорим? Уже проснулись?
–Надо сначала спрашивать: «Уже проснулись?», а потом: «Поговорим?», - не сразу приходя в себя, подсказал ему Бриль, - А как вы догадались?
–О чём? - не понял капитан.
Медсестра принесла ему стул и красиво ушла.
Он проводил её тягучим взглядом, присел и включил диктофон.
Все притихли, настроились слушать.
Впервые в жизни Бриль так близко видел детектива – обычный серый человек, каких не замечаешь, особенно, когда проходишь мимо или глядя в землю или в потолок: лицо овальное, чуть рыхлое, с морщинками на лбу, короткие жёсткие русые волосы, взгляд спокойный, глаза голубые, уши и щёки с обеих сторон, нос и брови, рот и подбородок – всё на месте, под подбородком шея, халат на пиджаке, под пиджаком сорочка, но без галстука.
–Как вы узнали, что я здесь? - не унимался Бриль.
–Все сведения, которые имеются о пострадавших в происшествии, нам сообщает «скорая», и дело открывается автоматически, а то, что праздничные дни, так «скорая», пожарные и мы работаем без
