ШКОЛА КАК ЕЁ НЕТ (страница 1 из 20)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Драматургия
Автор:
Баллы: 6
Читатели: 1387
Внесено на сайт:
Действия:

Предисловие:
(из повести "Бабье лето", являющейся основой пьесы)

Итак, давайте сначала – небольшое предисловие. Мы все учились в школе. И вы, и я… Что я помню из своей, еще совершенно советской школы новосибирского Академгородка, не самой худшей в этом научном оазисе среди сибирской тайги.
Я помню священный ужас перед Директором. Разные они были. Закаленный боец педагогического фронта, Нелли Рубеновна, которая директорствовала в период моего пятиклашечья – это Великий и ужасный Дракон. Говорят, лично стояла на перемене в коридоре, на стыке его и лестнице и выдергивала из ушей наглых старшеклассниц дорогие сережки, ибо нельзя было, неприлично и непозволительно было нарушать пастораль советской школы, с ее имущественным равенством, такой наглой демонстрацией богатства… Потом были директора и помягче, и потише; была перестройка с ее бардаком и девяностые со школьной нищетой. Но страх перед Директором и Завучами – помню.
Помню отвратительный запах хлорки от каменных школьных полов и несусветную вонь пота в непроветриваемых раздевалках, из-за которых урок «физ-ры» в зале был для меня просто адом. Помню зассанные и прокуренные школьные туалеты – места разборок и избиений. Помню ободранные стены «пионерских» комнат, орды тараканов в шкафах со старыми учебниками и кислый аромат столовских «щей», и подгорелой каши…

Да,  несмотря на это, от школы остались и теплые воспоминания – одноклассники, игры, школьные вечера, отдельные кумиры-учителя и первая любовь, конечно. Но хотел бы я вернуться в такую школу?! Нет. Ни за что. Потому, что школа ТАКОЙ быть не должна. Она не должна быть тюрьмой для маленького человечка.

…И вот прошло много времени и я снова вернулся в школу – теперь уже учителем. Что я вижу? Да, церберов-директоров мало, но они есть. Да, в спортзале не воняет гниющей резиной старых матов и кедами, но… сами эти залы далеки от совершенства. Да, в актовых залах есть и светомузыка, но также обрастают мхом пыли тяжелые занавеси и также убого выглядят стенды. И в столовой нет-нет, да и припахнет горелым… И полы остались такими же вонючими, серыми, каменными, по которым елозит мокрая волосатая тряпка технички в убогом застиранном, вызывающем рвоту одним своим видом! – халате.
А главное – эта дистанция между Учителем-господином и Учеником-рабом никуда не делась. Она смазалась, она замаскирована толерантностью, демократией, «правами ребенка» и т. п., но она есть. Ты учитель – я дурак. Я ученик, а ты – начальник всей моей жизни в этих школьных стенах. И я тебя не люблю, я тебе мщу непослушанием, и неучением, а ты ставишь мне двойки, мурыжишь на административном совете… Все, по большому счету, осталось прежним. Хочу ли я работать в такой школе? Нет.

Но я работаю. И буду работать. Потому, что у меня есть большая мечта: эту школу ИЗМЕНИТЬ. Сделать такой, какой я ее вижу. Это путь непростой, это путь драматический. Я это знаю… И мечта бьется внутри, требует выхода.
Поэтому я и написал эту повесть: «Бабье лето, или повесть о настоящей школе». Поэтому я сделал из нее - еще и пьесу, чтобы донести до вас выпукло и зримо, во плоти и крови мою боль...
А насколько она реальна, эта история – судить вам.

ШКОЛА КАК ЕЁ НЕТ

название


остросюжетная остросоциальная пьеса
в 3-х актах с эпилогом,
по повести И. Д. Резуна «Бабье лето»

Авторские права охраняются Законом РФ «Об авторских и смежных правах» при поддержке юридического отдела «Творческой Мастерской Вл. Бочарова».



Посвящается моей любимой учительнице литературы, Тамаре Литвиненко...


Эпиграф:

Понапрасну ни Зло,
Ни Добро не пропало,
Вот и лето прошло,
Только этого мало...
(А. Тарковский)


Действующие лица и исполнители:

Владимир Владимирович Ковалёв, директор частной общеобразовательной школы "ЭКСЛИБРИС";
Зинаида Леонидовна Коломенская, зам. директора по воспитательной работе и учитель английского;
Елена Владимировна Шиллер, зам. директора по учебной работе;
Стелла Матвеевна Шуртис, зам. директора по хозяйственной части;
Тамара Семеновна Литвиненко, учитель русского языка и литературы;
Виктория Марковна Глинская, учитель ИЗО и ремесел;
Юлия Фирузовна Чичуа, практикантка, стажировалась в Великобритании;
Андрей Андреев, Светлана Игнатьева, Матильда Дебенгоф - другие учителя.

Наталья Михайловская, Юдия Презе, Наталья Петрова, Ксения Аязян, Вадим Липперт, Ильнур Нуметов, Игорь Иванов, Максим Коровин, Галина Мухаметова, Софья Барбаш, Виталина Раевских, Виктория Ковригина, Варвара Мульпямяну
- учащиеся 11 класса.
Вера Шиверских - учащаяся 9-го класса.


название


АКТ 1.

Действие 1.
Сцена 1.

Декорации изображают кабинет директора школы, В. В. Ковалева: письменный стол, заваленный бумагами, стул перед ним, шкаф с книгами, тумбочка радиоприемником и вазой с цветком, портрет Че Гевары на стене и диван на противоположной стороне. Директор стоит у открытого вовнутрь окна в школьный сад, вдыхает свежий воздух.

[ЗВУКОВАЯ ВРЕЗКА]
Из радиоприемника доносится музыка шлягера Софии Ротару («Вот и лето прошло, только этого мало!» (фрагмент), затем  слышится голос диктора:

О погоде на «Радио-Дача». Синоптики отмечают, что необычайно теплая погода, установившаяся над большей частью территории Западной Сибири, является следствием арктического циклона, оттянувшего на себя холодные массы воздуха. В то же время, столь теплый конец сентября в регионе, с дневной температурой до плюс двадцати, зафиксирован последний раз только в 1913 и в 1964-м годах прошлого века. Почему же это «бабье лето» так милостиво к сибирякам? В нашей студии – ведущий специалист Западносибирского центра аналитики природных экосистем, старший научный сотрудник, Татьяна Григорьевна Немчинова. Она расскажет о причине погодных изменений в этом году…


К о в а л ё в : (бормочет) Аномалия… Бабье лето! Да пусть и бабье, летом нас не испугаешь… (идет к радиоприемнику, выключает его; звенит школьный звонок; директор подходит к столу, нажимает кнопку на телефонном аппарате, говорит в трубку) Лена… вызовите, пожалуйста, Наташу Михайловскую… да, из одиннадцатого «Бэ». У них сейчас  алгебра закончилась, наверняка еще в классе… Спасибо!

Ковалев садится за стол, звенит звонок. Ковалев снимает трубку.

К о в а л ё в : Алло! Ковалев Владимир слушает…
Г о л о с : Здорово, отшельник! Ты опять методсовещание пропустил?! Нехорошо…
К о в а л ё в : Ой… Сергей Сергеич, ей-Богу, последний раз! Как говорят мои дети, зуб даю… Да, замотался просто.
Г о л о с : Да понятно. Я тебе не нянька… глава департамента просто спрашивал. Как у вас там – спокойно всё?
К о в а л ё в : (растерянно) Э-э… ну да. В общем-то…
Г о л о с : А кресло не того? Не шатается?
К о в а л ё в : (еще более растерянно привстает, покачивает своё кресло) Да нет… Я чего-то не понимаю…
Г о л о с : (издевательски похохатывает) А вот это плохо. Копают под тебя, старик. Это я тебе по старой дружбе… Смотри: неровен час – неполное служебное и снимут… у нас это быстро.
К о в а л ё в : (смотря в одну точку, севшим голосом) Да… снимут… как Хрущева в шестьдесят четвертом. Аномалия…
Г о л о с : (удивленно) Чего?! Какая-такая аномалия?!
К о в а л ё в : (поправляя очки) Ну… бабье лето, говорю… погодная, то есть, аномалия.
Г о л о с : (сердито) Ладно, хорош лясы точить! Я тебе серьезно, а ты… все, я на совещание пошел. Давай, до скорого!

В это время в кабинет входит Наталья Михайловская, полноватая брюнетка, одетая подчеркнуто стильно и женственно, в туфлях на каблуках и черных колготках. Ковалев машет ей рукой приглашающе: мол, проходи, садись! – Михайловская присаживается на краешек дивана, руки складывает на коленках, поправляет юбку.

К о в а л ё в : (рассеянно поправляя очки) Давай… (кладет трубку) Здравствуй, Наташа!
М и х а й л о в с к а я : Здрасте, Владим-владимыч!
К о в а л ё в : Наташ, ты далеко села. Иди сюда, на стульчик.

Михайловская незаметно вынимает изо рта жевательную резинку, берет в кулачок; пересаживается.

К о в а л ё в : (откидываясь на спинку кресла, упирая руки в стол) Ну-тес, Наташа… Я вот что хотел поговорить… То есть вот о чем. Ты же у нас член Совета Старшеклассников, так?
М и х а й л о в с к а я : Ну да, Владим-владимыч.
К о в а л ё в : (смущенно снимает очки, протирает их полой пиджака) Я хотел спросить… У нас все нормально?
М и х а й л о в с к а я : В смысле? В школе, что ли?
К о в а л ё в : Ну да. Ты же, как член Совета, должна знать…
М и х а й л о в с к а я : (торопливо) Ой, так он же уже год не собирался! (теряется) Ну… то есть, да, я-то знаю… все нормально.
К о в а л ё в : (быстро надевает очки на нос, смотрит внимательно) А что с Юлей Презе у нас? Она, говорят, недавно подралась. В туалете. С кем-то… Нет, я просто хочу узнать: с ней… все в порядке?
М и х а й л о в с к а я : (округляет глаза) Да что вы, Владим-владимыч! Это же фигня всё! Ну, там порамсила она с девками…
К о в а л ё в : (укоризненно) Ната-аша!
М и х а й л о в с к а я : Ой, простите! Ну, эта, она поссорилась и… Да там просто поорали друг на друга, ерунда. Все нормально у нас. И в классе тоже нормально.

Ковалев встает и начинает прохаживаться по кабинету, под портретом Че, поглядывая на него, засунув руки в карманы. На Михайловскую смотреть избегает.

К о в а л ё в : Наташа… Ну, допустим. Все-таки, знаешь, я хотел бы… ну, вот смотри: ты не хочешь, чтобы у нас в школе было как-то лучше? Обстановка, скажем так, а?
М и х а й л о в с к а я : Да нормальная обстановка, Владим-владимыч…
К о в а л ё в : (подходя к окну) Нормальная? Гм… Да…. (смотрит в окно, потом на девушку) Господи, теплынь-то какая! Слушай, а чего вы все в таких колготках ходите? Не жарко?
М и х а й л о в с к а я : (немного смущенно) Ну, так осень же уже совсем… Надо.

Звенит звонок на урок. Михайловская вскакивает.

М и х а й л о в с к а я : (встревоженно) Владим-владимыч, там у нас русский сейчас. Если опоздаю, меня Щу… Тамара Семенна не пустит!
К о в а л ё в : (с грустью кивает) Да, беги… Потом поговорим про Совет.

Михайловская уходит. По пути, посмотрев, что Ковалев все еще рассеянно смотрит в окно, украдкой выбрасывает жевательную резинку в вазу с цветком.
Звонит телефон, директор берет трубку. Голос секретарши: «Владимир Владимирович, к вам практикантка просится! Новенькая…»

К о в а л ё в : (в трубку, деловито и энергично) Пусть заходит! (торопливо одергивает пиджак, галстук поправляет, смотрясь в распахнутую створку окна).

В кабинет входит Юлия Чичуа - миниатюрная женщина с короткими, но пышными волосами, в джинсовом  костюмчике яркого персикового цвета, с портфельчиком на ремешке.

К о в а л ё в : (радостно) Здравствуйте! Юлия Фирузовна, если я не ошибаюсь? Присаживайтесь!
Ч и ч у а : (садится к его столу) Да, Владимир Владимирович. Меня к вам из департамента послали. На практику…
К о в а л ё в : (напевая под нос) На прак-ти-ку, на прак-ти-ку… (садится за свой стол, вытаскивает из вороха бумаг ее листок с резюме) Да, итак, Юлия Фирузовна, вы у нас… англичанка! Так… Ага. Так вы прямо из Северна? Это где такой?
Ч и ч у а : (улыбаясь) Это древняя кельтская столица. В Шотландии… Там я три года стажировалась. В лицее Святого Валентина.
К о в а л ё в : О! Даже такой есть?!
Ч и ч у а : Да… Там все вообще, очень неформально. Ректор на работу на велосипеде ездит…
К о в а л ё в : (усмехаясь) Ну, здесь, как говорится, не север… То есть, Сибирь, я хотел сказать, не Север-н.  Школу вам Елена Владимировна показала? С классами, с часами определились?
Ч и ч у а : Да, все хорошо. С завтрашнего дня уже выхожу. Если документы подпишете!
К о в а л ё в : (немного рассеянно просматривая ее дело) Да подпишу конечно, подпишу, куда нам с подводной лодки… Так я смотрю, вы у нас на старшие классы идете? Гм… а справитесь? Они ведь у нас акселераты. Зубастые.
Ч и ч у а : (улыбается) Владимир Владимирович, ничего. Справлюсь. Я уже в соцсети вашей местной зарегистрировалась. Будем налаживать контакт с ребятами.
К о в а л ё в : (откладывая документы, удивленно и задумчиво) В соцсети? М-да… Мне кажется, это вы поторопились.
Ч и ч у а : (растерянно) Почему? Вот там, в Северне…
К о в а л ё в : (нетерпеливо прерывает) Погодите… Северн – Севером… Тьфу!  Давайте я вам я о нашей школе вкратце. Мы маленькие, у нас всего триста детей с небольшим, двадцать педагогов – это если со мной, и… и… (он мучительно ищет слово) …и дружный, спетый коллектив. Завучи все профессионалы, с огромным опытом. Плохого не посоветуют. Зинаида Леонидовна, Коломенская – она тоже «англичанка» у нас – учитель высшей категории. Она вас и стажировать будет! Совет старшеклассников у нас… есть, кхе-кхе… (закашливается)
Ч и ч у а : (обеспокоенно) Вы подавились?
К о в а л ё в : (кашляя) Да нет… Ох! Простите. В-общем, у нас тут лучше, чем в вашем… Север-не. Смею надеяться. Вы сегодня еще по школе походите, на уроки можете к Зинаиде Леонидовне пойти. Еще… (смотрит на часы) пятый и шестой, полноценные. И факультатив.
Ч и ч у а : (почти встав, но вспомнив что-то и присаживаясь) Владимир Владимирович! Я вот что вспомнила… там, в Англии, я в театре колледжа играла. Очень хорошее дело… для ребят, в частности. А можно будет у вас постановку сделать?
К о в а л ё в : (растерянно) Постановку? Школьный театр, в смысле… Э-э… А какую? То есть какую пьесу?
Ч и ч у а : (озорно) А Шекспира!
К о в а л ё в : Шекспира?! Так сразу?!
Ч и ч у а : Конечно! Это очень мощная драма, я думаю, начнем с «Гамлета»… Сначала на русском для школы, а потом и на английском. Сделаем видеозапись с субтитрами. Я сама смонтирую!
К о в а л ё в : (качает головой потрясенно) Ну, у вас и планы… наполеоновские. Что ж, дерзайте. Дело хорошее!

Чичуа кивает, встает. Делает несколько шагов к двери, замечает портрет Че Гевары; оборачивается к Ковалеву, указывает на портрет.

Ч и ч у а : Ого, кто у вас висит! Обычно Луначарского вешают или Макаренко…
К о в а л ё в : (вставая) А, это моя слабость, Юлия Фирузовна…
Ч и ч у а : (хитро подмигивая) Вы революционер в душе?
К о в а л ё в : (грустно) Богач Ротшильд сказал, что тот, кто не был революционером в двадцать, не имеет сердца… А у того, кто остался им в сорок, нет ума. Мне поздно уже, Юлия Фирузовна, мне за сорок. Так, мечты юности…
Ч и ч у а : (немного разочарованно) А-а… ну, ясно. До свиданья, Владимир Владимирович!
К о в а л ё в : До свиданья, Юлия Фирузовна…

Чичуа выходит. В дверях она почти сталкивается с завучем Коломенской, входящей в кабинет без стука; ойкает, бросает «Здрасьте!» и


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
     15:50 20.03.2014
О, сколько нам открытий чудных
Готовят просвещенья дух
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг,
И случай, бог изобретатель.

А.С. Пушкин.
     12:18 18.03.2014 (1)
Спасибо. Было очень интересно как старому педагогу.
Готов опубиковать в своём питерском лит. ежемесячнике.
А в особенности методические материалы и рссказы о Вашем личном опыте работы
С уважением
Александр
     20:19 18.03.2014 (1)
Очень интересно! С удовольствием!!! Благо, что опыт - есть, и есть, чем поделиться... Я историк/обществовед, предметы самые "вкусные", социальные. Могли бы вы мне написать на почту - irezun@yandex.ru
     21:10 18.03.2014 (1)
есть, сейчас напишу
     21:45 18.03.2014 (1)
Уважаемый Игорь,
Вы просили рецензию в двух словах, которая пригодилась бы для артистов.
1. Я хотел бы определиться с жанром. Это пьеса на сколько актов? сцен? или это длинный сериал для ТВ? похоже, длинный сериал. Фабула просто никак не просматривается - скорее последовательность балетных сцен. Тогда к чему разговоры персонажей?
-- особенно на последней странице, какие громоздкие реплики, содержащие обьяснения.
2. Недостатки, коннечно, типичные! Мало динамики, много разговоров. Любой редактор всегда говорит любому автору, что надо сокращать, и он прв. И я так говорю :) а что сокращать, пусть скажут артисты!
3. Достоинства - та самая некоторая балетность и эротичность.
но с др стороны, как на сцене показать пятки с пластырем(?)
     04:01 19.03.2014 (1)
Любезный мой милостисдарь Питер! Выражаю искреннюю благодарность за сотворенную вами рецензию, хотя сие произведение, оказалось, конечно, не в двух словах, и, признаться, совсем не в тех словах, которых я ждал. Ну, да ладно; не нам, мужиковатой сибирской интеллектуальщине, спорить с утонченной питерской интеллигентностью – рылом не вышли-с, поэтому восприму, как данность, рок и епитимью. Но все-таки начнем ab ovo, как говорят у нас простые валенки-драматурги, отвечая на острые, просто-таки бритвой Оккама режущие вопросы критиков…

1. Я не знаю, как вы, а с "жанром" я определился давно. Остросюжетная остросоциальная «пиеса», как говаривал еще Антон Павлович, и, возможно, сэр Уильям Шекспир. Только разбиение «шекспировские» акты диктовалось особенностями елисаветинского театра, а «чеховское» - особенностями сцены МХАТ; здесь же я, сколько ни бился, так не смог внятно узнать ни из Вики, ни из Лурки принципиальное отличие «акта» от «действия».

Поэтому я разбил пьесу на ТРИ акта, каждый из которых членится на логически оправданное количество ДЕЙСТВИЙ, а те -  свою очередь, на обусловленные работой бутафоров сцены. Не обессудьте, если количество актов не указано шрифтом слоновьего размера на 1-й странице и осталось недоступно для вашего подсчета.

2. Я уж не знаю, как вы не просмотрели фабулу – точнее, мне кажется, что вы ее как паз ПРОсмотрели, занятые подсчетом количества актов, но смею вас уверить, что она есть. Хотите, пришлю вам – чисто для ясности, еще и либретто? Это для ленивых зрителей, которым недосуг вникать…

Что же касается обилия разговоров, то вы уж простите мою сибирскую дремучесть, но мне почему-то кажется, что за ДЕЙСТВИЯМИ нужно идти на водевиль или на «Убить Билла», на худой конец; а за СЛОВОМ ходят на Питера Шеффера, где монологи не менее громоздки и действия не более – а пьеса-то ведь мировая классика. На мой взгляд, действия у меня предостаточно, даже слишком, а диалоги подчеркивают личностные особенности героев; а финальные диалоги своего рода раскрывают интригу до конца, чтобы не разыгрывать перед зрителем ожидаемый хеппи-энд.

3. Артисты пока слова не сказали, что надо сокращать. Наоборот, вносят предложения по расширению ролей. Хотя я навстречу им не пойдут – и так, три часа с 2 антрактами, это близко к перебору.

И напоследок: я не знаю, как там у вас в балете, но у меня «на сцене» нет «пяток с пластырем». Те герои, которые разуваются, делают это с видимым удовольствием; которые не разуваются – несут свой крест… хотя вы мне подали идею, я её не забуду. Так что еще раз, пользуясь случаем, выражаю вам искреннюю и неизбывную благодарность.
     10:51 19.03.2014 (1)
"три часа с 2 антрактами, это близко к перебору."
Вот, и Вы видите
Напрасно обижаетесь. Недостатки совершенно типичны. Длинность, занудность, аморфность.
Надо СОКРАЩАТЬ
     22:46 19.03.2014 (1)
Посмотрим. Пока критики (кроме вас), занудности не ощущают. Может быть, вам надо просто поменять настройки?!
     23:05 19.03.2014 (1)
А много критиков?
Я попробую поменять настройки.
По ТВ говорят про всемогущих хакеров. Дейкстра же говорил про "смиренного програмиста", обремененного семьей, службой, покупкой прокладки в водопровод, сменой масла  и т.п. Я смиренный читатель, по работе читаю штуки 2 повестей в день и штук 40 рассказов :)
Однако же если открыть Шерлока Холмса или "Остров сокровищ" Стивенсона+Чуковского, то текст утянет в себя.
Возможно, критики сами герои повествования?
есть смысл проверять на многих подопытных кроликах
     08:46 20.03.2014
Знаете, я ТВ не смотрю уже 6-й год, если не больше. К тому же вы, по-видимому, пишете гораздо больше, нежели читаете: поэтому ряд ваших смысловых аллюзий понять не могу, простите великодушно. Слишком громоздко (как и тот текст, который вы критикуете).
А насчет "кроликов" не извольте беспокоиться. Их много.
Реклама