– Послушай меня, Настюха! Я с ума не сошел! Не беспокойся! Все эти дни я тоже не верил, всех подозревал, пытался понять, кто и зачем так странно над нами шутит? Но мало-помалу разобрался. Машина действительно существует. И документы на нее есть! Я их у отца из кармана забрал. Правда, оформлены они на другого человека, но всё предусмотрено – можно переоформить и на меня.
Настя смотрела на брата внимательно, даже с некоторой опаской, словно боялась уже в следующее мгновение обнаружить перед собой совсем иного человека, но не в маске брата. О чем он говорит? Так же не бывает, потому что это никому и в голову не придет! Впрочем, догадалась она:
– Может, нам с тобой наследство… Но кто? Тоже чушь!
– Хорошо! – Дмитрий согласился. – Считай, что наследство!
– И чему ты радуешься? – заговорила вдруг Настенька каким-то странным голосом. – Мне кажется, будто от него нас ждут большие неприятности. Ведь богатыми становятся только самые пропащие люди, самые плохие люди. Богатство до добра не доводит! Оно превращает людей в чудовища. Не сразу, конечно. Не по мановению волшебной палочки, но обязательно превращает. Хотя внешне они остаются людьми…
Теперь уже Дмитрий смотрел на сестру с опаской, не понимая сказанного ею. О чём она? И кто сможет её образумить – психолог или психиатр? Но голос сестры звучал настолько необычно, и так глубоко проникал в сердце Дмитрия, что стал воздействовать на его сознание и волю.
А Настенька всё продолжала вещать, не обращая внимания на брата.
– И эти чудовища день ото дня всё ненасытнее. Съедают всех подряд, а имущество жертв присваивают. Они непрерывно ищут, кого бы ещё сожрать. И остановить их способно только другое чудовище, но более сильное и более алчное. И когда никого не останется, оно само сдохнет от голода и досады. И никого-никого на Земле не останется. И можно будет подумать, будто это оно, чудовище поганое, во всех бедах на Земле виновато. Но всё не так! Все беды не от чудовища! Они от плохих людей! От их жадности!
Дмитрий вдруг затрясся в нервном ознобе. Стуча зубами, он едва смог спросить:
– Что ты… Что мне сейчас рассказала… Откуда… Откуда ты это взяла?
Дрожь не проходила, но Настенька, всегда внимательная и заботливая, смотрела мимо брата, не замечая его состояния. Потом ответила отрешенно, заоблачным голосом, лишенным привычной интонации, но будто с эхом:
– На меня, Димка, что-то нашло… Я и о машине не знала. Такое уже бывало, когда я с родителями сидела… Ну, тогда… Ты знаешь когда, – она, видимо, боялась произносить некоторые слова, связанные с происшедшим, и потому испытывала затруднение.
Но Дмитрий догадался:
– Когда ты с родительскими гробами?
В той ситуации на подобные странности человека, находящегося в горе, никто, конечно, и не обратил бы внимания, но что теперь происходит с сестрой? И почему его теперь колотит? Откуда взялась тревога? Мистика! Может, мы оба в бреду? Или так и должно происходить с теми, кто внезапно лишился обоих любимых родителей.
– Так ты будешь есть? А у меня голова гудит что-то… Можно, я прилягу… Ты не обижайся.
Дмитрий, проводил Настеньку к кровати, бережно поддерживая ее, а когда сестра легла, нежно укрыл одеялом и вернулся в кухню. Теперь ему действительно захотелось что-нибудь съесть, но нашёлся лишь кусочек засохшего хлеба. Дмитрий съел его автоматически до последней крошки.
Глава 17
Утром следующего дня Настенька направилась на свою работу, а Дмитрий организовал себе еще один выходной день, чтобы переоформить машину. И ещё, кое-что, по случаю.
По свежему снегу он пробежался до платной стоянки, где позавчера оставил машину, заплатил сторожам, расписался и хотел уже двинуться к ней, но был задержан причитаниями охранника:
– Уж, думал, не дождусь тебя, парень – меняться-то мне в девять. Хотел напарнику передать – колесо у тебя переднее того… Сам погляди.
Дмитрий обошел машину. Действительно, правое колесо совсем спущено. Как же его подкачать, как с ним добраться до шиномонтажа? Пошарил в багажнике, насос не обнаружился. Стоит ли удивляться? Вернулся к охраннику. Тот принялся что-то рассказывать о своем древнем и давно неисправном насосе, который валяется под кушеткой, и вряд ли Дмитрий до обеда накачает им своё большое колесо.
Дмитрий даже подумал, будто охранник вымогает, возможно, и шину сам для этого спустил, но тот вдруг протянул ему ржавый насос.
Когда парень покинул будку, охранник, выполняя приказ «оперов», данный ему накануне, набрал нужный номер. Минут через десять, когда шина заметно округлилась, к стоянке неслучайно подрулила милицейская машина. Из нее вывалились двое в штатском и прямиком направились к Дмитрию.
– Вы владелец этой машины? – спросил один из них, держа руки за спиной.
– Пока нет… Ещё перерегистрировать надо! Но документы у меня.
– Вот и предъявите их! Ваши документы и документы на машину! – потребовал незнакомец, привычно развернув перед глазами Дмитрия своё удостоверение сотрудника МВД.
Дмитрий только и успел удивиться: «Насколько точно Настенька предвидела их будущее. Теперь отпираться или объясняться бесполезно: отпускать его эти типы не намерены. По их лицам видно, как довольны они собой. Свою наживку, это же меня, они ни за что не выпустят из своих лап, будь я трижды не виновен. Впрочем, я ведь действительно чист. Но они станут еще больше надо мной измываться, если узнают историю о странном листке и об этой машине, полученной якобы в подарок ни от кого. Впрочем, такому объяснению любой не поверит!»
– Ведь предупреждала! – простонал Дмитрий в сердцах.
– Гражданин! Вы задержаны! – заученно произнёс опер и сразу зло добавил. – Ты, гад, подозреваешься в убийстве трех человек, в том числе, работника правоохранительных органов. Протяни руки вперед! – на них торопливо защелкнулись наручники. – А теперь отвечай: «Кто тебя предупреждал и о чем? Быстро отвечай! Ну!»
– Сестра предупреждала. Она как чувствовала, что с этой машиной мы хлебнем. Но об убийствах я ничего не знаю. А сестра, и подавно не знает!
– Мы во всём разберемся! Кстати, она откуда об этой истории узнала? И где находится сейчас?
В наручниках Дмитрия втолкнули в зарешеченный милицейский «Уазик», который сразу нарушил покой резко затарахтевшим стартером, словно предрекавшим кому-то такие же громкие передряги. Потом «Уазик» дернулся, но сразу заглох, снова затарахтел, а уж затем лихо развернулся на белоснежной целине и помчал ошарашенного парня в чёрную полосу его судьбы.
2010 г.
