3
Мечтательный трёп Ивана прервал Генка.
– Сейчас наш Ванечка, - он акцентировал на имени, - увидит ещё не то. К нам приближается её величество Ксения Первая Ткач! Поприветствуем её коленопреклоненными, - Генка любил дурачиться. – О, ясноликая и безнадёжно для простых смертных недосягаемая Ксения! Смилуйся над нами, государыня, пощади, не вставляй своему возлюбленному Ивану и нам, его слабовольным друзьям, по самые помидоры за слабость нашу – ничтожнейшую тягу к табаку!»
Иван заметно дёрнулся, затяжка получилась нервной, короткой, неприятное ощущение чего-то неизбежного вернулось, будто прозрачная костлявая рука проскользнула под одежду и провела холодной дланью меж лопаток. Вдобавок, это ощущение усугубила Ксения, боль и жалость сердца, она с каменным лицом приближалась, подобная безжалостной богине. Серьёзное красивое лицо, сведённые к переносице брови, сжатые губы открыто говорили об её недовольстве. Дочь директора Комсомольского рудоуправления категорически не любила хоть что-то, идущее вразрез с её пониманием и представлением. Иван и друзья сдержанно поздоровались с девушкой и решили отойти, но жестом руки Иван попросил остаться. Вместо приветствия, Ксения осуждающим взглядом окинула компанию юношей и задержала на Иване. Красивые серо-зелёные глаза подёрнулись дымкой печали. Дрогнувшим голосом, других бы это могло ввести в заблуждение, но Иван знал о театральном кружке, активно девушкой посещаемым, поэтому в искренность эмоций не верил, произнесла:
– Ваня, я тебя убедительно просила…
Санька встревает в её драматический монолог:
– Ксюх, ещё раз попроси, может услышит и мы послушаем, что ты там просишь, может что-то несерьезное, потому Ванька и забывает.
Санька откровенно недолюбливает Ксению, много раз предлагал другу отказаться от встречи с ней, убеждая его в неискренности девушки.
Ксения и бровью не повела на слова Саньки:
– Ваня, я настоятельно просила тебя не курить. Пользы ноль, один вред.
Иван замешкался, ему захотелось провалиться под землю от стыда, потому что начал искать способ куда бы примостить сигарету, просто взять и затушить он не мог, продолжить курить – окончательно на сегодня испортить себе настроение и настроить против себя девушку. Он метался меж двух огней, над чем друзья откровенно посмеивались, споря о том, чья в итоге возьмёт, друга или Ксении.
– Ваня, - проговорила Ксения.
– Что – Ваня? – Санька откровенно ёрничал, он подмигнул друзьям.
Каждое следом прозвучавшее слово отдавало металлическим тревожным гулом:
– Курение – это аддикция!
На этот раз не сдержался Серёга:
– Извини, Ксюха, курение это чего?
Ксения отчеканила:
– Аддикция – вредная привычка. Лучше бы книги читали, чем смолить табак.
Друзья как сговорились, теперь взорвался праведным гневом Игорь:
– Погоди, Ксюш, разве мы не читаем? Лично я записан в городскую библиотеку и в техникумовскую. Так что твои порицания не имеют почвы.
– Плохо читаете, не то, что нужно.
Санька приготовился выдать очередное смешное коленце, однако друзья, кроме Ивана, залились смехом. Он терялся среди тонких ветвей ив и уносился ветром в небо.
4
Ксения побледнела.
– Чего ржёте, жеребцы? Пройдёт время, ваши морковки потеряют упругость и будут никому нужны.
Санька бросил неуклюже:
– Ты лучше заботься о своей морковке.
Уязвить девушку не получилось. Холодно улыбаясь Ксения похлопала в ладоши.
– Зачем беспокоиться о том, чего нет? Молчишь, умник? Правильно, лучше помолчать. При всём твоём напускном половом геройстве вчера ты, - Ксения презрительно хмыкнула, вытянув вперёд губы, - оконфузился. – В заключение, Ксения Саньку морально уничтожила: - Расслабься, Санёк, если кто не знает, слушайте: вчера его морковка ни разу не вошла в лунку.
Едко закончив фразу, Ксения ехидно улыбнулась. Санька тотчас набычился и недружелюбно посмотрел исподлобья на девушку.
– Язва, - громко прошептал он и, протиснувшись меж друзьями, быстро пошёл к входу в техникум.
Площадка перед центральным входом на глазах пустела. Студенты плотной толпой протискивались в здание, продолжая обсуждать свои проблемы.
– Зря ты так, Марыся, - грустно говорю Ксении, не заметив, что назвал её другим именем. – Санька, он… безвредный, хоть 0и болтливый не в меру…
Ксения выпустила когти:
– Ваня, как ты только что меня назвал? Марыся?
Моё лицо запылало. Глаза моей подруги налились злостью.
– Ваня, - требовательно обратилась ко мне Ксения, - не молчи. Отвечай, кто эта Марыся. Мне не нравится… - Ксения задохнулась от переполнявшего её гнева, лицо побледнело.
Не чувствуя своей вины, я молчал, обдумывая ответ, глядя в глаза подруге.
– Отвечай немедленно! – почти кричала Ксения, - я приказываю!
Меня отчего-рассмешила эта ситуация. Глупая улыбка украсила моё лицо от уха до уха.
– Ну же! – губы подруги тряслись, в уголках скопилась слюна.
Подавив улыбку, отвечаю очень спокойно:
– Кто ты такая мне приказывать?
Мой тон выбил Ксению из колеи, она смешалась, но не настолько чтобы выпустить ситуацию из-под контроля.
– Говори правду, Ванечка, - как-то чересчур зловеще она произнесла моё имя и у меня слегка зашевелились волосы на макушке, - не лги, Ванюша, - мне послышалось змеиное шипение в её голосе. – Я тебе не кто-нибудь, чтобы со мной... Безнаказанно для тебя это не пройдёт. Если я захочу, если я использую все свои возможности…
Я решаюсь лгать, трюк этот прошёл с бабушкой, здесь он пригодится тоже, тем более, я чувствовал себя на высоте, когда импровизировал, и радовался своей лжи.
– Вчера Куприна читал. Известную повесть. У него главная героиня колдунья Марыся.
Ксения взвизгнула, топоча ногами:
– Олеся! Повесть Куприна «Олеся» и имя героини такое же!
Ничуть не растерявшись, отвечаю:
– Надо же, значит это был другой роман. В принципе, не важно. Ты не сахарная, Ксюха, не растаяла.
– У кого же ты взял… этот роман?
– Ну, - тяну и перечисляю: - Взял у Сани. Саня у Генки. Генка у Игоря. Игорь одолжил у Серёги.
Ксения открыла рот и не смогла ни слова произнести с минуту. Затем выдала:
– Ага, как же… как же раньше то не догадалась!.. Почти по библии: Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его… Ваня, ты сам себя слышишь! Серьёзно, ты взял книгу у Саньки и так далее? – она ткнула пальцем в сторону друзей. – Они… - она замолчала, обдумывая следующие слова: - Они… твоё полное отражение. Полные … неудачники. Господи, какие у них могут быть книги, Ваня! Они даже газет не читают!..
– Я, например, читаю «Комсомолец Донбасса», - сказал Сергей, - по телику смотрю «Очевидное-невероятное» и кое-что ещё.
Я понял, друзей слова моей подруги не уязвили
– Ксюха! – крикнул Сергей в спину уходящей девушке, - Я даже «Муму» Тургенева читал! – после сказанного он рассмеялся.
Генка озабоченно спросил:
– Что с ней?
Пожимаю плечами.
– Бесится.
Видимо, услышав мои слова, Ксения обернулась.
– Не вздумай! – крикнула она и ладонью крест-накрест перерубила воздух. – Уничтожу!
Игорь равнодушно резюмировал:
– Точно с глузду съехала.
[justify] Серёга как-то задумчиво