Волчица.

"родной" Мэрии, из кабины вышел и Миша. Похоже, ему здесь не понравилось: он сморщил нос. Но ничего не сказал.
  Ленайна не стала ничего выяснять у маленького пожилого клерка, при виде их дёрнувшегося всем телом, а затем испуганно сгорбившегося за стойкой регистрации Прошений, а сразу вышла через вращающиеся двери на улицу: в ослепительное сияние Трилорна.
  - Вначале - в гостиницу!
  
  Гостиница стояла прямо напротив мэрии. Миша, обозрев двухэтажный серый дом барачного типа, украшенный вывеской на куске пластика "Риц", усмехнулся:
  - Классное тут у вас чувство юмора! Мне, пожалуйста, пентхаус!
  Линда треснула его ладошкой по затылку. Вроде, несильно, но голова так дёрнулась, что из одного уха пулей вылетел наушник.
  Они вошли.
  Ленайна занялась оформлением: в холле за стойкой окопался ещё один весьма милый старичок, чертовски напоминавший классического Санта-Клауса, каким его всегда изображают на рождественских открытках. Только что без шубы. Старичок, как ни странно, эмоций страха не испытывал. Ленайна почувствовала - это потому, что он чем-то очень серьёзным болен, и ждёт, что может со дня на день... Да, верно: такого не только танкистками, но и бомбой с Люцианом не пронять.
  В номере они кинули сумки прямо на пол. Молча обозрели обстановочку.
  А что: рисуночек обоев с цветочными веночками-рамочками вполне нейтрален: даже где-то... успокаивает глаз - мило-наивной патриархальной провинциальностью. Ленайна прошла в первую спальню, Линда с Мишей во вторую - ту, что побольше.
  Ленайна обнаружила, что не то - королевские, не то - Президентские витиевато-ажурные вензели из букв с золотым тиснением на обоях ей не слишком нравятся. Э-э, ладно! Не жить приехали - пяток дней можно и потерпеть всю эту ...ренову вычурность!
  Войдя к Мише с Линдой, она даже присвистнула: вот это - да!
  Настоящие старинные видеообои: на одной стене - роскошная тайга: могуче шевелятся вековые кедры и сосны под еле ощущаемыми порывами ласкового летнего ветерка. На другой - реально текущий водопадище. На третьей - горная альпийская долина. Даже овечки - вон, пасутся.
  Ретро, мать его...
  Линда, которой надоело поворачиваться, разглядывая, буркнула:
  - Поедим? Или сразу поедем?
  - Сразу поедем. Насколько я помню, пункт проката тачек - на второй западной.
  Пока они дошли туда, у Миши была полная возможность оценить небольшие убого-стандартные домишки-коттеджи, притулившиеся по бокам неширокой асфальтированной улицы, окружённые насквозь пропылёнными, и какими-то тусклыми, деревьями, и неправдоподобно громоздкие склады и ангары, видневшиеся сразу позади домиков. Перекрёстки возникали через каждые двести с небольшим шагов.
  - А почему у вас никто не ездит на машинах? - полное отсутствие в пределах видимости как транспортных средств так и людей, похоже, не сильно Мишу удивило.
  Ещё бы! А ответ он и так предвидел - Ленайна это чуяла! - но из вежливости к их Родине всё же спросил.
  Он и сам понимает, что все, кто сейчас не занят непосредственно в офисах, на полях и в грибных и в дрожжевых подземельях - отсыпаются. После девятичасовой смены не слишком хочется "просто гулять"!.. Особенно - "наслаждаясь" таким видом...
  - Да, ты правильно подумал. Фермеры не могут себе позволить роскошь передвижения на жутко дорогом для них транспорте. Все, если нужно куда-то поехать, берут велосипед. А чиновников - тоже, наверное, догадался! - сократили так, что у них рабочая смена по двенадцать часов. И - безвылазно от диспетчерского пульта Конторы!
  Миша с умным видом покивал. Но от комментариев воздержался, предпочтя сосредоточить внимание снова на музыке - чтоб не мешать им. "Наслаждаться" прошлым.
  
  Пункт проката оказался открыт. И, что удивительно - там оказалось даже две машины на ходу.
  Белобрысый коренастый паренёк, встретивший их за конторкой, не совсем чтобы сердито, но - настороженно смотрел и слушал, как Ленайна, наматывая круг вокруг квартала, проверяет работу двигателя и тормозов. В туче пыли она воткнула машину снова на стоянку перед зданием. Выбравшись из-за руля, и захлопнув дверцу так, что хлипкая конструкция зашаталась, констатировала:
  - Надо полагать, что вторая, - она презрительно кивнула на машину, похожую на облитую глазурью не то игрушечку, не то - пирожное, - ещё медленней ползает?
  - Э-э... Ну, в-общем, да.
  - Ладно. Выписывайте эту. На пять дней. - она прошла назад в полутёмное помещение гаража, к конторке, и подставила запястье.
  Глаза паренька тоже округлились при виде возникшей таблички. Но он промолчал, предпочтя просто что-то написать в документах, которые передал ей. Ленайна не поленилась взглянуть:
  - "Все возможные поломки оборудования - под ответственность Флота".
  Она фыркнула. Парнишка смутился: уставился в пол, покраснел.
  - Ладно, не переживайте, молодой человек. - она сообразила, что только сейчас прочла на его бейджике, что он - Чарльз, - Мы постараемся вернуть её в целости. Не так уж страшны офицеры Флота, как их пытаются представить пропаганда и слухи. Не гоняем мы голышом в пьяно-обкуренном виде по улицам города, в который приехали "отвязаться", безнаказанно давя честных тружеников! И вовсе мы младенцев Сверков на завтраки с грибным соусом не едим. И всех смазливых колонисточек и колонистов не насилуем...
  Чарльз покраснел ещё сильней, показав тем, что стрела попала в яблочко.
  Линда буркнула:
  - Да что ты с ним церемонишься: понравился - забирай! Мы с Мишей его подержим, если что!..
  Чарльз вскинул на неё взгляд... Ленайна сразу расхотела поддерживать шутку:
  - Ладно, Линда, кончай. Симпатичный парень. Незачем превращать его в соляной столп. Смотри: он побледнел.
  - Ага... - Линда неторопливо подошла, повиливая своим милым задом, сексуально обтянутым слишком прилегающими штанами из настоящей кожи. Шпильки каблуков делали её выше на добрых шесть дюймов (Форму она принципиально одевала только на службе!), - Я всегда была неравнодушна к таким молодым... Симпатичным. Наивным и юным... - она неторопливо обходила парня по кругу, легонько прикасаясь оттопыренным пальчиком с чудовищным накладным ногтем к шее, груди и спине бедолаги, - мальчикам. Мне, старой и прожжённой шлюхе, так не хватает ласки вот таких, восторженных и девственных... Наивных. Неофитов.
  Комедию, от которой парень заметно побледнел, усугубил Миша: он просто шлёпнул Линду пониже спины, прокомментировав:
  - Наставишь мне рога - ему не жить! - и грозно глянул на Чарльза.
  Чарльз покраснел. Покрылся потом. Коленки, как у давешней диспетчерши, начали выбивать дрожь, словно кастаньеты.
  Ленайна покачала головой:
  - Вы, двое придурков. Хватит. Парень теперь всю ночь будет мучиться от эротических кошмаров...
  Поехали, мне надоели ваши игрища.
  В машине Линда и Миша оглушительно ржали:
  - Нет - ты видела, видела?! Какое у него стало лицо?! Да он же чуть не обмочился, когда ты провела ему по горлу ноготком с лезвием!
  - Ну так!.. На том стоим: мы же закалённые в боях, и жутко развратные в моменты расслабления, ветераны жестоких схваток! Драться - так драться, трахаться - так трахаться! А что - может, и правда, стоило его взять? Да и ту диспетчершу тоже - я же видела, как ты буравила её глазами: только что дырку не проглядела!
  Ах, вот оно что... Линда банально приревновала!
  Ленайна просто фыркнула, сплюнув в открытое окно.
  Машину она вела небыстро, потому что боялась за эту развалюху: непохоже, что хлипкая рама - только-только выдержать вес троих-четверых! - смогла бы противостоять нагрузкам больше ста миль в час! Да ещё на поганой сельской дороге, покрытой застарелыми выбоинами, трещинами и бугорками. На Мишу и Линду она не смотрела: пусть себе детишки порезвятся! Сегодня они даже никому ничего не сломали и не отрезали. Не говоря уж о том, что полгорода не разнесли в щепы...
  А могли бы.
  
  Приземистое здание длиной в добрый квартал, и шириной - в половину, одиноко торчало посреди просторов полей с "особой северной" пшеницей, плотные тугие колосья которой медленно переваливались волнами под жиденьким полуденным ветерком.
  Ленайна обнаружила, что входная дверь заперта.
  Ха!.. Ей вовсе не улыбается торчать тут на жаре, пока дежурный техник сообразит открыть. А, может, как часто и бывает, он читает, или отошёл куда из аппаратной и не смотрит на то, что показывает входная видеокамера.
  Ничего, чёртова дверь сейчас будет отперта: удар!
  От стены, в которую с размаху ударилась ручка, полетела штукатурная крошка!
  Ленайна прошла по замызганному бетонированному коридору в задний конец здания. Точно. Вот она - комната-кабинет Управляющего фермой.
  Их фермой.
  Их бывшей фермой...
  Миша и Линда держались сзади: похоже, чуяли её серьёзный настрой.
  Эта дверь оказалась не заперта.
  Ленайна