Волчица.

высказывают такое желание! Какое я имею право препятствовать свободному передвижению по отраслям и территориям Колонии - рабочей силы? Это записано и в нашей Конституции: любой Гражданин имеет право на...
  - Да, я знаю! Ограничивает только квалификация, и полученная после Интерната профессия. Возраст. Да и то - не всегда.
  Однако! Вот: я тебе показываю реальный выход! Ввели у вас Военное Положение? Ввели. Имеешь право на "особые меры" по "укреплению и рационализации работы оборонной промышленности"? Имеешь! Ты же - и гражданский, и военный Босс!
  Вот и верни всех чёртовых мужиков обратно! И закрепи за конкретными местами работы! Это же - в твоей компетенции? И власти?
  А молодец. Он даже не оскорбился, что его чуть ли не ткнули носом в просчёт.
  Зато он реально думал! Ленайна прямо видела, как колёсики и шестерни бешено вращаются под лысым, и сейчас блестящим от выступившего пота, черепом.
  Надеялась она теперь, познакомившись с ним поближе, и поняв, какой подход может оказаться действенным с его конкретным психотипом, не столько на его жалость к сопланетникам и сопланетницам, сколько - на осознание им, что это и правда, приведёт к реальному улучшению дел со здоровьем и производительностью чёртова труда...
  Хотя бы женщин.
  И ведь - сработало!
  
  Выйдя из Мэрии, Линда с омерзением сплюнула:
  - Удивляюсь твоему бешенному терпению! Я бы его - просто по стенам его же кабинета размазала!..
  - Это было бы глупо. Он - простой стрелочник. Делает то, что приказывают сверху. А что оттуда приказывают - сама знаешь. И - почему они это приказывают. И так будет продолжаться, пока не закончится чёртова война! Другое дело - что он боится, или по каким-то причинам не хочет проявлять ненужной инициативы.
  Ну так теперь - ему придётся её проявить.
  В вестибюле "своего" отеля" они застали удручающую картину: все, кто находился там, застыли перед висевшем над входом визио. Танкисты поспешили пройти вперёд, и развернуться, слушая официально-скорбный голос:
  - "...варварское нападение. Несмотря на отчаянные и героические усилия наших солдат и офицеров, Флоту пришлось отступить, чтобы не... Объявлен Однодневный траур по всем планетам Содружества... Должны ещё тесней сплотить наши ряды в эти суровые..."
  Проклятье! Потерян Дункан!
  А там - основные месторождения цирбидия...
  Она посмотрела вокруг себя: кое-то из мужчин сжимает кулаки в бессильной ярости. Одна женщина зажала рот руками - вероятно, чтобы не закричать от страха и злобы... Но большинство слушает просто молча. Хватает и своих проблем. И...
  Привыкли.
  Хотя, по-идее, к непрекращающейся трагедии привыкнуть нельзя.
  Она посмотрела на Линду: та тоже невольно сжала кулачки, вся подавшись вперёд! Лицо идёт красными пятнами: гнусные твари! Уж танкисты-то знают: опять они ударили в самое уязвимое и стратегически важное место! И - они-то как профессионалы видели! - не посчитались на этот раз с наверняка огромными потерями!.. Уж оборона-то Дункана...
  Значит, чёртовы Сверки тоже всё-таки способны отходить от своих "шаблонов", когда запахнет жаренным!
  И, раз даже усиленные подразделения Флота не справились, это говорит о том, что враг стал опытней. Хитрей. Изощрённей. И даже, может, применил новую тактику.
  Она приблизилась к напарнице. Жене. Духовной сестре.
  Рука Линды нащупала её руку: боже, как похолодела ладонь! Ленайна ощутила, как супруга дрожит. Миша только молча вздыхал, косясь на них.
  В номере две подруги из подёрнутого флёром ностальгии и романтики детства - Людмила и Сандра - сидели на стульях за столом. Людмила плакала, Сандра молча пялилась в визио: шёл повтор Правительственного сообщения.
  - Проклятые твари... Теперь наших осталось восемьдесят пять. И - ты права! - Линда взглянула на Ленайну, и та опять поразилась: обычно такие спокойные чёрные глаза горят лютой ненавистью, - Что-то надо делать!
  
  Они долго глядели друг другу в глаза, впитывая и переваривая эмоции партнёрши.
  Наконец Линда кивнула:
  "- А ты, похоже, уже что-то придумала. Кого и как убить".
  "- Похоже. Обсудим позже". - она кинула взгляд на Сандру, оторвавшую на время этого безмолвного диалога взгляд от экрана с диктором. Подмигнула Линде: - Смотри, мы совсем запугали бедную Сандру, - и, уже повернув лицо к старой подруге, совсем другим тоном, - Сандра! Не бойся. Мы больше прикалываемся, чем действительно кого-то бьём. Кроме, разве что, Сверков. И вообще - все гнусные слухи, которые про нас распускают завистники - это неправда. Мэр остался жив. И даже обещал прислать вам мужиков!
  Однако это сообщение не проняло Сандру.
  Ещё бы! На фоне такой Катастрофы:
  - Замечательно. - энтузиазма - ну вот ни на грош! - Обещаю, что мы их честно поделим. - похоже, Сандра ей не очень-то и поверила. Лайана попыталась улыбнуться:
  - Ну, я смотрю ты совсем раскисла. - Сандра и правда, совсем уж понурила голову, и пождала губы, - Может, тряхнём стариной? Как насчёт обеда и совсем по чуть-чуть - я обещаю: по чуть-чуть! - выпить?
  Людмила фыркнула:
  - С вами - по чуть-чуть?! Ты кого хочешь обмануть?!
  
  И точно - "чуть-чуть" как-то незаметно превратилось в нормально, а потом - и много...
  Всё-таки нужно было и погибших на Дункане помянуть, и за здоровье выпить. И за Защитников. И за Вечность... И столько всего обговорить, и рассказать, что мэр - вовсе не вредный самовлюблённый идиот и сволочь, а очень даже - за них...
  Когда Людмила опять прошла в ванну, Ленайна поняла, что - всё! Пора им всем на боковую...
  
  Утром они с Мишей и Линдой провели два часа в спортзале при гостинице. Здесь, конечно, не было таких условий как там, "дома", но всё равно - большая часть паров алкоголя из них "вышла".
  Людмила и Сандра спали во второй спальне до самого завтрака, который принесли в номер к одиннадцати часам.
  Поев, и ощущая себя непривычно стеснённой всеобщим упадническим настроением, Ленайна предложила (Сдуру, как вскоре выяснилось!) съездить в "родной" интернат. Благо, он находился в этом же городе, на окраине промзоны.
  Для такого случая одели даже парадную форму.
  Машина довезла их казённо "прикинутые" задницы туда за пятнадцать минут.
  Вот он, приют их детства и отрочества. Когда единственной отрадой было несчастное караоке, книги, спортзал, да походы в музеи столицы...
  Всё так же обнесён пятиметровым бетонным забором с сигнальной проводкой по верхней кромке. Чтоб уж никто не отлынивал от учёбы, пустившись в бега по полям и горам. Лесов-то на планете почти не осталось: всё свели под "особую северную"... Впрочем, всё равно пытавшихся сделать это беглецов очень легко отслеживали по пеленгу чипов-удостоверений личности в запястьях.
  Ленайна однажды и сама... Отметилась.
  Три дня карцера и голодовки прояснили ей только то, что пока чип - в ней, спрятаться нереально. А выковырять его - рудники!..
  Охрана на входе в виде трёх старушек пыталась что-то спросить, и втулить им, что "посторонним вход категорически...". Ленайна, тряхнув орденами на груди - вот как чуяла, что пригодится парадная форма со всеми регалиями! - гаркнула, выставив запястье:
  - Сканнер сюда! Живо, не то - всю оставшуюся жизнь будете разгребать дерьмо в Центральном городском коллекторе!..
  Их, разумеется, впустили.
  Особый Статус экипажей танков позволял проделывать и не такое, и влезать туда, куда обычным, и даже управляющим, не то, что - работникам, но и офицерам Флота, иногда ходу не было.
  Ленайна повела своё воинство сразу в Зал Собраний.
  Боже. Ничего не изменилось. Унылые стены - до половины цвета хаки, выше - грязно-жёлтые. Белённые потолки. Казённо-зелёная трибуна. Жёсткие, истёртые тысячей задов до вмятин-впадин, сиденья скамей... Позади подмостков - скромный полевой алтарь. Ну правильно: не строить же здесь для воспитанниц специальную церковь!..
  Сзади послышались шаги: Ленайна обернулась.
  К ним быстрым деловым шагом подошла невысокая плотная женщина. Явно - новый директор. Она так и сказала:
  - Здравствуйте, майор Мейстнер, здравствуйте, капитан Мейстнер и старший капрал Павлов! Рада приветствовать вас в наших стенах снова. Я - директор, Тора Брайтон. Чем могу быть вам полезна?
  Ну ясно - охрана же передала ей их данные.
  - Мы просто хотели посетить наш...- Ленайна на долю секунды замешкалась, понимая, что это не укроется от внимательно наблюдающей за ними пожилой женщины, - Родной Интернат. Посмотреть. На него. Кстати - а где миссис Магритт?
  - Мне очень жаль, но миссис Магритт перевели. На другую работу. Она теперь - инспектор целой провинции. Сибири.
  - А, повысили, стало быть? - Ленайна не была удивлена. Амбициозности, напора и энергии у "железной Сары", как они называли старую директоршу между собой, хватило бы ещё