Над группкой бедных искателей приключений в очередной раз нависла мрачная башня. С трудом переводя дух мы пытаемся кратчайшие сроки переварить знакомство с огнедышащим бедствием, потребовавшим нас на службу. Дракон оказался вежливым, едва ли не обходительным, но даже не смотря на обильное обаяние и широту харизмы, его приветствие оставило дурное послевкусие у всех, если судить по лицам. Созерцая как в окнах твердыни тускнеют и вновь вспыхивают жаровни, разжигаемые незримыми стражниками, я ещё раз прокручиваю в голове случившееся. Впрочем, одна моя авантюрная мысль уже принесла свои плоды, и напрягать исключительно свою фантазию не было никакой необходимости, ведь я мог нагружать умы всех товарищей...
Это было похоже на взаимодействие с Акашей, только вместо когтей игриво царапающих мой эмоциональный хребет, оставляя разодранными плечи чувств, присутствовала головокружительная разряженная пустота, ожидающая когда её наполнят. Мыслеобразы струятся по споровой связи, пока мы следуем за Гартакаром, окружая друзей моими рассуждениями и переживаниями. Доверять столь алчному и эгоистичному созданию как Темберчёд кажется не лучшей идеей, а посему успешное нахождение яйца с последующим возвратом дракону без наград и благодарностей с его стороны - это позитивный исход. Буквально - едва ли не финалист рейтинга счастливой судьбы, всего несколькими местами ниже мгновенного бегства из города. О чём-то подобное да говорило. По лёгкости реализации обе задумки ходили рука об руку, так что выбор оказался непростым. Чем больше времени мы проводим в Греклстью, тем теснее сжимаются стены вынужденных обязательств, а свободолюбивого Джар’Ру такой расклад совсем не радует. Не радует меня и куда более буквальное кольцо невидимых стражников, вернувшихся к нашей транспортировке.
Пользуясь споровой связью я предлагаю план элегантный в своей простоте - использовать все имеющиеся у нас на данный момент связи и привилегии, чтобы обнаружить неуловимого дерро для начальницы местной стражи. Её принципиальная неподкупность станет для разношёрстного отряда беглецов своеобразным пропуско, прочь из этого города, подальше от этих дружелюбных стен. Если во время разыскной работы имя и воля Великого Змея Греклстью помогут нам справиться с подобной задачей быстрее - я смогу урезонить честь и подкрепить дух моих спутников не хуже чем Ахана справляется с нашими ранами. Совесть моя будет чиста, ведь каждый лишний день в Подздемье это тысяча маленьких шансов встретить нечто более ужасающее чем... чем Демогоргон... В конце-то концов, я просил не о многом - даже если мои благопристойные друзья воспротивятся идее сбежать при первой возможности, расположение и профессиональные узы с Каменной Стражей облегчат наше пребывание в городе. Как неустанно повторяет Тенебрис - “Что это там у тебя? Я знаю как это улучшить.”
К моему удивлению группа почти не сопротивляется. Мысленно кивая они обдумывают идею, выражая робкое, осторожное одобрение представленному плану. Это громкое удушливое местечко чайной ложечкой вычёрпывало из окружающих человечность и первым откликнувшимся на моё предложение оказался Персиваль - очень уж улыбалась парню идея решить все наши проблемы одну за другой, по цепочке. Остальные тоже не особенно возражают - худой план сейчас куда привлекательнее слепых метаний по родине мрачных взоров и ядовитого смога. Сладкоречивый Джар'Ра торжествует, а группу ожидает сбор информации и целая бездна болтовни. У загадочной чародейки Ханаан даже обнаруживается зацепка для старта - съеденная ею записка оказывается весточкой от Торгара - заботливый "отец" сетовал на судьбу, жаловался на упадок Серых Призраков и давал указания на случай если мы захотим связаться с местным подпольем.
--Но... что если дракону действительно нужна наша помощь? -- робко встревает Ахана -- вы ведь слышали сколько недовольства и боли было в его словах под покровами ярости?..
Ханаан кивает:
--Я думаю ты права, Ахана, но простым смертным вообще непросто понять дракона. Наша жизнь и возможность познания мира всего лишь протяжный вздох в сравнении с этими древними существами, полными как злобной расчётливости, так и безграничной мудрости. Как определить движет ли Темберчётом коварство или отцовских инстинкт? ээм... материнский? инстинкт? Или какой-либо ещё... вот видите? Очень уж сложно всё с этими драконами!
Подобные пересуды оставляют восхождение по бесконечным лестницам почти назамеченным и я даже не запыхался. Высокие потолки говорили о готовности приёма гостей повыше Персиваля с Дерендилом или старались донести совершенно иные мысли, для которых в моей жизни сейчас не находилось места. Отчаянно хотелось затаиться и ещё немного посплетничать, но внутри не находилось и пятнышка не высветленного жаровнями хотя бы чуть-чуть. Следуя за безмолвным дварфом процессия сохраняет похоронное молчание, разнообразием звуков мой день наполняет только невидимый охранник слева и позади, чей нос сопел и свистел в атональных мотивах. Ступени сменяются коридорами, а те выбрасывают нас в обширный зал, заполненный рядами статуй. Наблюдаемые издалека когтистые картофелины из приглушённого тёмного камня при ближайшем рассмотрении оказываются чередой бюстов, изображающих драконьи головы. Хищные морды разной степени красоты и внушительности щерились с обеих сторон, как одна блистая красной чешуёй. Неизвестный мастер явно пытался передать наиболее выразительные и приметные черты каждого хищника, поэтому отличить от прочих нашего недавнего знакомца оказалось до жути просто, хотя в камне он казался гораздо моложе. Так передать живые, глянцевые жировые наслоения скрывающие шею... мои рукоплескания скульптору!
За драконьим залом оказывается кабинет, достаточно обширный для нашего присутствия, но не уюта. Помещение довольно простое - у дальней стены обнаружилась рабочая поверхность, зажатая меж двух шкафов, там стоит замысловатая жаровня, но её перекрывает деревянная спинка. Кресло, в него как раз уселся Гартакар, развёрнуто ко входу, дварфа отделял от нас только широкий письменный стол оставляя выбор между топтанием у входа и одним из ряда каменных сидений выставленных вдоль стены. Хотя, даже обиталище высокопоставленного дуэргара щеголяло мягкой драпировкой. Видеть всполохи алого тут и там само по себе было примечательно в городе переполненном серостью, но я невольно прикидывал - завязана ли служба местных на общении с чужеземцами, давно променявшими практичность на удобства или это сам Гартакар обладал своеобразным правом на цвета в его повседневности?
Присаживаясь на красноватые сидения каждый из нас ожидает найти несоответствие в мыслях или устремлениях дракона и его свиты. Пещеры охвачены безумием, в преломлённом свете коего иллюзорным, если не демоническим, начинает казаться абсолютно всё и особенно непривычное, а привыкнуть к Подземью нам никак не удавалось. Это порождало странные мысли и различные неловкости.
— Прежде чем мы начнём искать - яйцо упомянутое драконом действительно существует? — спрашивает Персиваль, не блуждая вокруг да около. От столь прямолинейного подхода почтеннейший дуэргар на миг замирает, оценивающий взгляд блуждает между нашими лицами в поисках намёка на смех, но находит разве что неловкие ухмылки грустного характера.
— Да. Немыслимым образом нас обокрали в наших собственных владениях, обратив гнев Великого Кузнеца против его смиреннейших слуг. Мы подозреваем вмешательство Серых Призраков, что в прочем вам уже известно. Многое изменилось с появлением в Подземье странностей, и те крысы, что прежде не являли носов из своих глубоких нор принялись ворошить город с поразительной дерзостью. — хриплый бас дварфа выдавал недюжинное негодование. Пока мы развлекаем почтенного дварфа собственными наблюдениями, он запускает руки в один из выдвижных ящичков стола. Двигаясь аккуратно и с явным неудовольствием наш собеседник извлекает небольшой плотный свёрток. Ведомый скорее осторожностью нежели ритуализмом или излишней склонностью к театральности, он разворачивает ткань, вываливая содержимое на стол, избегая случайных прикосновений. Предмет оказывается идолом или статуэткой из металла, размером с ладонь — два щупальца переплетённые между собой.
— Вот. Отобрали у одного из наёмников. Некая демоническая игрушка. У них есть больше и пострашнее. Подобный мусор заполоняет улицы, укрепляя амбиции жителей с отравленными умами и придавая уверенности проходимцам, мигом ныряющим в политические дебри. Стоило этой дряни покинуть охладевшие пальцы вражеского агента, наши клирики изучили артефакт вдоль и поперёк. Его происхождение противоестественно.
Я хмыкнул и бегло отвёл взгляд, прикидываясь очень заинтересованным в убранстве комнаты. Ничего неожиданного на мой взгляд не происходило, однако наблюдать как местные стяжатели силы и власти обеспокоились, стоило черни обзавестись оружием было забавно. Вероятно, волнения и бунт просто дожидаются своего часа в этом гостеприимном местечке.
Забавной ситуация показалась мне одному. Персиваль мрачнеет тем больше, чем сильнее вглядывается в предмет. Понимание, если не узнавание разливается в нём и поборник богов невольно отшатывается, демонстрируя языком тела мысли, оставленные юношей при себе. Пока беседа продолжается, он уподобляется Сариту — зажмуривается и отчаянно массирует виски, вполголоса подтверждая демоническую природу предмета.
— Чем дальше вы будете продвигаться в потаённые уголки и злачные районы города, тем выше ваши шансы столкнуться с проклятыми идолами. — продолжает вещать седой дварф с экспрессией свидетеля конца света, — И если Серые Призраки, эти душегубы, попросту решили откусить от города кусок да покрупнее, да сгинут они со своими преступными махинациями, то дерро... с ними всё серьёзнее! Эти расплодившиеся тараканы являют собой бедствие сами по себе. Когда-то мы допустили ошибку, подселив в расщелину посреди города своих безумных и буйных кузенов, а теперь грядёт расплата. Жёлоб превратился в подобие города внутри города и большинство степенных дуэргаров, включая стражу, больше не рискует даже носа туда совать. Страшно представить сколь отвратительные сочетания
| Помогли сайту Праздники |
При цитировании ссылка на сайт обязательна. Exsodius 2008 - 2026
18+