находилось слов. Простой и не избалованный вниманием, он даже не задумывался о подобной перспективе, не говоря уже о столь внезапной заботе. Немало зардевшись, парень ограничивается улыбкой и благодарностью, но и последнее уже излишне - мне в любом случае не мешало практиковаться, а что касается идей - все мы умудрялись нет-нет, да где-то удивить спутников нетривиальными ходами. Для этого и хочется завести как можно больше друзей, - целая армия наивных мечтателей неизбежно обхитрит одного мудреца, если действительно будет пылать своими идеями. И даже две головы всегда лучше чем одна. По крайней мере, когда они не находятся на одних и тех же плечах.
Как это часто бывает, неудержимая активность отряда медленно перетекает в обед. Кто-то жует прямо за изучением книг или опознанием магических диковинок, предаётся размышлениям в процессе или просто жадно налегает на еду. Ахана обсуждает с Матильдой планы на будущее - Хельга была с великаншей сколько та себя помнит, а потому избавление над которым мы трудимся для Хграама ей не подходит. Рослая двухголовая женщина признаётся в тоске и недомогании вызванном состоянием второй головы, но понимает вынужденность подобных мер. В ином случае, бойкую сестрицу вновь понесёт искать коварных дерро или других, не менее мрачных и бесноватых личностей. Уживаться вместе им действительно сложно, ведь в то время как сама Матильда питает страсть к симпатичным вещам, Хельга не страдает от любви вовсе, если не считать недюжего желания пожрать. Кажется, Жрица находит в их соперничестве родственные мотивы - точно таким же образом Ахана спорила со своим братиком Оши. По её словам, они часто ссорились, но иногда выходили вместе гулять вдоль берега и пока её саму увлекали красивые ракушки и гладкие камешки, брат ловил рыбку и нагревал её. Жарил. Кушал. В такие моменты, при всех различиях, оба прекрасно понимали друг друга, преисполняясь умиротворения. Откровенность маленькой синелицей девчушки производит впечатление не только на Матильду, но даже на пещеру и пока великанша делится надеждами на лучшую жизнь за пределами города, окружающие парочку стены, сталактиты и сводчатый потолок заполняются иллюзорными тенями рыб и морских обитателей - милая шутка местных кристаллов.
Постепенно, усталость сходит на нет. Мы готовимся к ритуалу. Хочется поскорее выручить гигантов, чтобы двигаться дальше, пока новые интриги не опутали нас непроглядным коконом тайн и предательства. От мыслей о предстоящем отвлекают тяжёлые звуки шагов, думаю, нашему общему знакомому намедни неслабо икалось от постоянного упоминания его имени… небрежным жестом одёргивая полы изящного жилета, к нам выходит рыжий табакси, выступая из-за Баархата. Картинно раскланиваясь, Пять Орехов приветствует своих дражайших друзей даже не пытаясь спрятать хитрую ухмылку.
— О, дорогие мои. Подземье полнится слухами о ваших приключениях, поэтому позвольте вашему покорному фанату лично засвидетельствовать восхищение… надеюсь, вы позволите мне поучаствовать в некоторых авантюрах? Ибо моё желание того, просто отчаянное!
