ним необъяснимую любовь к русской поместной жизни. Но с женой, которая была против, Пётр Наумович старался не спорить, потому что привык к комфорту хорошо налаженного быта, к тому, что его ничего никогда не отвлекало от работы и что жена в итоге всё равно окажется права.
Пётр Наумович поблагодарил за обед и отправился в свой кабинет подремать на старинном кожаном диване, который после реставрации и замены части пружин стал лучше прежнего.
Римма Евгеньевна, оставшись за столом одна, усмехнулась, ловко собрала тарелки и чашки, расставила всё на решётке посудомоечной машины и направилась в спальню, где её ждал женский роман о красивой жизни позапрошлого века.
К ужину, когда с кухни потянуло ароматами жаренного лука, рыбы и свежеиспечённого хлеба, первыми спустились хозяева дома. Гостей ни в их комнате, ни на территории дачи не оказалось. Римма Евгеньевна фыркнула и велела мужу позвонить будущим сватам.
- Дорогие гости, мы вас потеряли, - весело начал Петр Наумович.
- А мы рядом, - громогласно объявили прямо за воротами.
В тот же момент калитка распахнулась и на лужайке показалась Марта с какой-то костью в зубах, а за нею смеющиеся Матвей и Кира. И такими молодыми они показались хозяину дома, такими счастливыми, что нечто похожее на зависть шевельнулось в груди: «Вот они явно постарше моей Риммы, а как им хорошо друг с другом, как очевидны чувства, как сияют глаза».
Марта бросила кость и ринулась к Матвею, он увернулся от объятий огромной собаки, тогда она толкнула его в спину, повалила и начала лизать лицо. Он делал вид, что борется с ней, и заразительно хохотал.
- А со мной целоваться, Марта, я ревную, - невольно рассмеялась Кира.
Марта оставила Матвея, схватила кость и положила её к ногам Киры, после чего положила ей на плечи передние лапы и замерла в объятиях, словно дочь-переросток, только хвост мотался так, будто готов оторваться и пустится в пляс.
- Всё, красотка, отдыхай. Давай я тебе свежей воды налью и корма насыплю. Утром опять пойдём гулять. И не смотри на меня так: обязательно пойдём. Обещаю.
Кира направилась к домику Марты, налила воды из-под крана, наполнила миску кормом. Затем тут же возле кустов смородины умылась, помыла руки и взбежала на высокое крыльцо дома.
Приходящая повариха, немолодая, но крепкая и улыбчивая женщина по команде Риммы Евгеньевны начала накрывать на стол. Для гостей из провинции ужин был приготовлен обильный. Ведь провинциалы, по мнению хозяйки дома, правильно питаться не умеют.
Вернулся, сменив футболку, испачканную Мартой, Матвей. От него приятно пахло мылом, а мокрые волосы свидетельствовали, что он успел принять душ.
- Какие у вас тут места красивые. Мы до озера дошли, побегали среди осин и берёз по высокой траве, а цветов сколько…Потом набрели на магазин, где нашлась косточка из сухожилий для Марты. По дороге познакомились с вашей замечательной поварихой Раисой Андреевной и её мужем, договорились о рыбалке на первой зорьке. Так что, если повезёт, я вас накормлю настоящей рыбацкой ухой.
- Это которая с водкой? – решил показать свою осведомленность Петр Наумович.
- Это где на десять рыбьих хвостов две картошки, - рассмеялась Кира Николаевна, хитро поглядывая на мужа.
- Смейся-смейся, а в четверг со мной на рыбалку пойдёшь как миленькая. Пока дочка отдыхает в Артеке, моим ассистентом с сачком будешь ты.
- Кто бы возражал, а я не стану.
- Артём говорил, что у него есть младшая сестра, Ариша, кажется, - улыбнулась Матвею Яковлевичу Римма Евгеньевна.
- Точно так, Арина Матвеевна, бабушкина радость, - басок любящего отца стал медово тягучим. – Мы уж сто раз пожалели, что отправили нашу художницу в Крым на этот творческий заезд. Соскучились, звоним каждую ночь. А ей всё «по кайфу», как они с бабушкой любят говорить.
- Артём рассказывал, что она ходит в художественную школу, хочет стать модельером и учиться непременно в Италии, в какой-то известной школе модельеров.
- Есть такое дело. Но сегодня и у нас уже довольно прилично учат этому делу. Есть такой Текстильный Университет имени Косыгина… Поживём – увидим. Дети имеют свойство изменять своим мечтам.
- Это точно, - вздохнул Пётр Наумович, думая о чём-то своём.
Раиса Андреевна тем временем вынесла большое блюдо жаренной в пивном кляре рыбы, потом появилось блюдо жареной картошки с луком и глубокая пиала с отварным диким рисом, приправленным зеленью и душистым ореховым маслом. Кроме того, на столе стоял салат из свежей капусты с морковью и яблоками, малосольные огурчики, салат из свежих огурцов с зелёным луком и яйцом, сдобренный домашним майонезом.
Все приступили к еде, и за столом стало вдруг тихо и несколько напряжённо. Кира Николаевна картошке и рису предпочла салаты. Она и рыбу взяла, но очень скромный кусочек. Мужчины навалились на картошку, Римма Евгеньевна к рыбе положила рис и взяла малосольный огурчик.
Обстановку разрядила Марта. Она вошла и шумно, со стуком рухнула у ног Киры.
- Марта наконец-то нагулялась всласть, - прокомментировала Римма Евгеньевна. – Обычно она сопровождает Лизу, которая или бегает утром, или с Артёмом на велосипеде катается по окрестностям. А с нами собаке скучно.
- Да, такой девочке нужна нагрузка, чтобы сердце хорошо работало, лёгкие и желудок. Она немного лишнего веса набрала и сразу начала быстро уставать, - Кира Николаевна говорила спокойно и ласково, словно рассказывала это Марте, энергично подметавшей метёлкой хвоста плитки пола.
- А я нашёл интересные варианты мест для проведения свадьбы, - похвастался Матвей Яковлевич. – Но это на десерт: речная рыба всё-таки требует внимания.
За чаем опять заговорили о свадьбе. Матвеем были найдены два очень приличных, судя по отзывам, ресторана с гостиницами, перестроенными из бывших баз отдыха московских предприятий, и одно старинное поместье, переоборудованное в комфортабельную гостиницу с теннисным кортом, бассейном и роскошной липовой аллеей, ведущей к искусственному пруду. Но если два первых места на двадцать пятое августа были свободны, то бывшее поместье готово было принять свадьбу только двадцать восьмого и двадцать девятого числа, то есть в будние дни.
Матвей Яковлевич показывал родителям невесты фотографии, пересказывал, что узнал из телефонных переговоров, в то время, как Кира Николаевна, допив чай, вывела Марту к воротам и начала вычёсывать роскошную шубу собаки.
Перехватив недовольный взгляд Риммы Евгеньевны, Матвей Яковлевич поспешил заверить, что жене он всё это уже рассказал и показал на прогулке, и они оба в восторге от поместья. Вот только возник вопрос, можно ли перенести дату регистрации брака.
Петр Наумович заверил, что успеет договориться об отгулах на эти дни, его институтские коллеги будут ещё свободны, а о друзьях дочери и говорить не приходится: они как раз съедутся к этим числам. Римма Евгеньевна тоже одобрила поместье, и взяла переговоры с ЗАГСом на себя.
Решено было завтра же, часиков в двенадцать дня, посетить поместье, внести задаток и подписать договор об аренде. Предстояло так же обсудить варианты меню, стоимость съёмки торжества для семейного архива, общий дизайн и кому доверить само проведение мероприятия. Кроме того, Римма Евгеньевна собиралась навестить в Москве свою подругу, которая недавно женила брата, чтобы узнать телефоны, адреса и цены всего этого удовольствия.
Все разошлись, внешне довольные друг другом, с точным пониманием, что делать дальше.
- И всё-таки, Петя, эта Кира очень своеобразная особа. Ей собака интереснее свадьбы родного сына.
- Не преувеличивай. Просто у них в семье всё решает Матвей. Он ей своё мнение озвучил на прогулке, зачем слушать повтор. Если бы её голос был решающим, это имело бы какой-то смысл.
- Ничего-то ты не понял. Это она всё решила, а Матвей только изложил нам её решение. Определённо, она в семье серый кардинал. Очень непростая особа.
- Мне кажется, или тебе нравится Матвей? В этом случае совершенно понятно, почему тебе так не симпатична его жена. А, по-моему, она милая женщина, хоть и немного себе на уме. И знаешь, она мне кого-то напоминает, а кого – убей, не могу вспомнить.
- И не вспомнишь. Её главная примета – неприметная, - фыркнула недовольная возражениями мужа Римма.
- Она, конечно, не из тех, кто бросается в глаза, мало уделяет внимания косметике и нарядам, но зато она естественна. Это, знаешь ли, всегда дорого ценилось.
- Начальник цеха оборонного завода и ветеринарша. Где он только её отыскал? И, что бы ты ни говорил, это мезальянс. Слава Богу, что Артём пошёл в отца.
- Может быть, может быть… Давай уже спать. Завтра ещё ехать на эти переговоры. Надеюсь, моя миссия на этом завершится? У меня, между прочим, в среду две плановые операции, так что гостями пару дней будешь сама заниматься: мне ведь первые сутки нужно за всем проследить: что и как.
Пётр Наумович первые сутки всегда дежурил возле своих больных. Так его учили дед и отец. Первые сутки после операции были самыми важными, ведь именно небрежный уход мог свести на нет всю его работу.
- Да уж знаю, - отозвалась Римма. - Ладно, в среду я их отвезу в центр, прямо на Красную площадь: пусть на красоты нового парка полюбуются, по Москве погуляют, а я пока с Ингой переговорю. В четверг они на рыбалку собрались. Представляешь? На рыбалку! По-моему, рыбалка – это самое тупое занятие в мире. Слава богу, у меня в четверг массажистка и стрижка. За ними тут Раиса присмотрит. А в пятницу утром обговорим, когда и с кем они приедут, сколько гостей будет с их стороны, произведём калькуляцию и после обеда проводим родственничков. Пусть оставляют деньги и домой. Люди они милые, но хорошие родственники – это дальние родственники.
- Не любишь ты Римма ни с кем своё пространство делить.
- Ну почему же. Ты, например, мне нисколько не мешаешь, - рассмеялась она и чмокнула мужа в лоб.
От неё пахло травяным шампунем, кремом, лёгкими нотками его любимых духов и ополаскивателем для полости рта, который он ей посоветовал недавно. «Последнее время от неё перестало пахнуть женщиной, - промелькнула неожиданная мысль, но Пётр Наумович отнёс её на счёт своего раздражения предсвадебной суматохой и болтовнёй. - Скорей бы первое сентября, чтобы свадьба была уже позади, чтобы весь этот балаган закончился и жизнь вошла в привычное русло».
Прекрасно отреставрированное поместье конца восемнадцатого века, персонал, кухня – всё привело родителей с обеих сторон к выводу, что это именно то, что нужно. К тому же был в штате гостиницы и свой видеооператор, и свои ведущие свадеб. Это существенно сокращало расходы. Номеров, включая люксы, было достаточно, даже если количество гостей перевалит за сотню. При этом общая аренда помещений не увеличивалась.
В поместье в момент приезда будущих сватов было много людей, одетых в деловые костюмы: велись какие-то переговоры сразу в двух конференц залах, о чём свидетельствовали таблички с указателями, флаги и флажки России, Индии и Китая, слышалась речь на разных языках, сновали журналисты с камерами и без.
Так как приближалось обеденное время, все здесь же с удовольствием поели. Римма Евгеньевна лично переговорила с шеф поваром и несколько категорично высказала ему свои «пожелания». Лицо мужчины под тёмно-зелёным колпаком застыло в
