– Здравы будьте! – без задержки поприветствовал прибывший и всмотрелся в удивленные лица. – Который из вас Ясенем зовется?
Названный храбр махнул свободной ладонью.
– Волей судьбы ты избран новым хранителем всего живого на земле от скверны, им же творимой. Сей амулет дарует тебе силу и знания, накопленные тысячелетиями древнейшими народами, когда-либо населявшими окрестности. Твой родной сын унаследует тебе и продолжит нести тяжкое бремя, а я позабочусь о нем, пока он мал.
Ясень слушал не перебивая. После короткого общения с далеким существом в панцире, он уже подсознательно ожидал чего-то подобного. Амулет принял безмолвно и безропотно, надев на шею сразу ощутил, как заструились по его сознанию мощные потоки мудрости, потекли всевозможные знания и учения. Наблюдавшим со стороны казалось ничего не изменилось, только глаза молодого храбра потемнели от той чудовищной боли, которую он один принял за всех живых.
– По силам ли тебе ноша? – обеспокоился Чур.
– Выдюжу. Только не оставь меня тут в студеном одиночестве.
– Тебя примет с благодарностью народ Низколесья и почитать будет как единого правителя своего. Один не останешься, – пояснил Ардан.
– Улетай. Опасаюсь, предстоящее таинство по укрощению худа может навредить смертному.
Богатырь кивнул и, не заставляя себя ждать, скрылся в темноте зимнего небосвода, оставляя позади долго стоящий в ушах свист от мощи рассекаемых воздух огромных крыльев.
***
Наступило долгожданное затишье и потекли мирные отрадные дни. Ардан взирал на яркий малиновый рассвет, пробивающийся между ветвей покрытых снегом ветвей густых елей, и казалось впервые за долгие годы бел счастлив без всякой оглядки. Рядом в белой меховой шубке, расшитой узорами таежного царства, стояла его молодая жена Зарянка и с руки подкармливала орешками озорных белок, шустро мелькающих с ветви на ветвь, красиво распустив черные богатые хвосты. Брат Дарма отказался от навязанного ему ранее волхвами правления полозьим народом и вслед за красавицей Дильназ отправился в Красные горы познавать жизнь в солнечных и сухих краях. Мать спокойно приняла выбор обеих сыновей, наделила мудрыми советами снох и, преданная до конца своему служению, вернулась к молчаливым могильным курганам предков. Ардан согласился править своим народом уже в роли законного единого правителя и заручился клятвой о дружбе со всеми предводителями армий, участвовавших в тайном сопротивлении и финальной борьбе против власти Куль-отыра.
Сейчас ему было покойно, однако с неловким содроганием приходили воспоминания о том, каким трудом он добился права увезти Зарянку от ужиного жениха. Сам Звенислав, возможно, бы и не стал долго противится, но в ту пору он был занят преследованием презренного предателя Алекса, следы которого вели намного далее погребенного под лавой входа в Лайлас. Дело пришлось иметь с самим неуступчивым царем и братом его Агнием, долго подбиравшему эту самую невесту царевичу. Если бы не робкое признание людской девушки, что ее сердцу люб вовсе не Звенислав и счастье ее может составить только богатырь из Таежного царства, не видать бы Ардану семейного благополучия во веки вечные.
С девушкой увязались ее необычные друзья: и повзрослевший вьюноша Деян, и пронырливый кузутик, и даже луговичок с огневицей, которые в студеную пору по всем поверьям должны бы были почивать под теплым снежным покровом до весны. Теперь вся эта разношерстная компания прочно обосновалась в тереме, разбавляя сложившийся годами тихий уклад жизни его обитателей веселыми забавами да играми.
Только-только отгостили родители Зарянки, встреча с младшей дочерью и вести о старшей сестре и давным-давно пропавшем брате вернули им радость и смысл жизни. Они самолично отправились в дальний путь к Ладе, ожидавшей рождения первенца. Обещались, как малыш окрепнет, передать его на воспитание Ардана и Зарянки. Таежный обоз двигался неспешно, преодолевая перевалы, проходя через густые леса и скользя по замерзшим рекам. Чайзат со своей стороны обещался организовать встречу путников и обеспечить им безопасность в своих владениях.
Оставалось восстанавливаться после понесенных в боях потерь и настраивать молодое поколение не повторить ошибок старших.
[/justify]