| «Изображение 2» |  |
– Нельзя тебе в терем. Там ты снова себя потеряешь, – возразил огненный волхв. Отсюда смотри.
Агний повиновался бспрекословно. Пронзил он взором стены терема и поскользил по сокровищницам и тайникам, нигде не обнаруживая пагубную реликвию. Вот его взор упал на серебристую вуаль водяницы, проскользнул сквозь и заметил искомое на челе у красавицы.
– У Лучезары на лбу на ленте скрыт. Только не видать его остальным под вуалью невидимой.
–Я возвращаюсь, – крикнула убегающая к воротам Зарянка. – Мы с Деяном с ней совладаем.
Под ноги девушке бросился верный кузутик.
– Меня не оставь. Я с этой мерзкой водяницей свои счеты имею.
– Деяна разыщи.
– Он ждет нас в условленном месте.
И вот они уже втроем влетают в разгар царской трапезы в парадном зале, пробегают мимо ничего не видящих вокруг упоительно танцующих вужалок. Кузутик копытцами наступает на покрывало Лучезары, зубами впивается и тащит в сторону прозрачную ткань. Деян с силой отталкивает защищающего возлюбленную царевича, а Зарянка срывает со лба красавицы заветный перстень. Ужасающий стон разливается по округе, кровь замирает в сердцах и вмиг озаряющая сознание истина открывается присутствующим. Непонимание, паника, хаос воцаряются в тереме. Людская девушка падает замертво на каменный пол, прижимая к сердцу отнятый у водяницы Зуб Бога.
Глава 16
Великий полководец Ардан не верил своим глазам и в то, что иначе как волей богов назвать невозможно. В роковой миг, когда богатырский дух воинов стал падать и исход битвы, казалось бы, предрешен, откуда ни возьмись на выручку пришли верные ужиные отряды. Они вклинились между погибающими народами и несметными полчищами Куль-отыра, давая земным войскам время на передышку. Сам царский отпрыск Звенислав бился в рядах первых. Тем не менее ползущие бесконечно слизни быстро заполняли отбитые пространства, как вдруг воздух вокруг замер, даже редкие облачка на небосклоне остановились и раздался сотрясающий землю оглушающий рев пробудившегося древнего вулкана. Там, где под землей были сокрыты палаты Куль-отыра наружу, следом за огромными столбами пепла поползла огненная лава, раскаляющая окружающее пространство и наводящая ужас на все живое.
Слизкие потоки некогда существующих призрачных тварей потянулись липкой массой по щелям и проломам, обращаясь в серую субстанцию, похожую на глину, что могло означать только одно: Куль-отыр повержен и не в силах поддержать существование призрачных тварей. Уцелевшие земные армии осматривались по округе, не смея ликовать – настолько невероятным казалось свершившееся возмездие. Первыми опомнились горячие степные батыры, разрезав пространство победным громогласным кличем. К ним присоединились невысоклики на слонах, высоко задравших хоботы в трубном ликовании. Наконец опомнились остальные, и всеобъемлющая радость охватила места сражения, вызвав повторный сход лавин в далеких синих горах.
Духи предков степных батыров с рвением невидимым кольцом принялись кружиться возле своих героев, то взмывая ввысь, то опускаясь прямо возле коней уставших победителей. Они неслышно воспевали победу и отдавали погибшим должные почести, принимая в свой загробный мир.
Утомленный Коре присел на скале возле в конец выдохшегося Сазакана и они вместе сверху созерцали триумф победителей. Немного передохнув рыжее существо собрало тучки и вызвало легкий очищающий дождь, спустившийся на разгоряченных воинов с упоением подставляющих под светлые капли запыленные лица.
Мастеровые к тому времени уже отвели реки в прежние русла и наблюдали как быстро уходит вода из заполненных до краев подземелий и пещер.
Ардан вернулся в условленное место, до конца не веря в гибель Корилиппа, его семьи и приближенных. Уже ночная тьма опустилась на окрестности, а он продолжал сидеть, наблюдая за согревающими душу кострами, с отдыхающими возле них победителями. На завтра предстоял тяжелый день: оплакивать и захоранивать павших, признавая огромные безвозвратные потери, но сегодняшняя ночь торжества для выживших.
К богатырю неуверенно приблизился и молча присел, навалившись на холодный камень весь израненный Звенислав.
– Ты бы сначала к знахарю заглянул, раны твои залечить, – беззлобно посетовал Ардан.
– Душевная боль от вины осознанной, сильнее болит. Прошу за весь род ужиный у тебя прощения.
– Нет вашей вины в том, что морок на вас наведен был. За то Лексей ответ держать должен. Значит справилась Зарянка с задачей?
– Справилась то справилась, но сама лежит не жива ни мертва. Силу лихую через сердце свое человеческое повернуть решила, да слаба она с таким могуществом тягаться. Агний вовремя спохватился, да Зуб Бога у нее перехватил. Уверен, его волей дремлющий вулкан проснулся, где вторая реликвия в укрытии находилась.
Мысль о девушке заставила богатыря внутренне содрогнутся, но виду он не подал, не позволил мыли о плохом конце в голове проскочить.
– Зачем ты здесь один? – обеспокоился царевич.
– Друга ждал. Ты иди к своим храбрецам и ободри их. А я еще немного передохну в одиночестве.
Не зря ждал богатырь. На рассвете к нему длинной процессией стали приближаться огромные слизни, не потерявшие свой первоначальный облик.
На первых волокушах лежал едва держащийся в мире живых восстановленный в правах правитель остатков древнейших обитателей подземелий Корилипп, на двух последующих утопленники: Дарма и Дильназ. Ардан бросился к брату, встал на колени и прижался лбом к холодной мертвой груди. В этот момент он был готов без сожаления и без остатка поделится своей жизнью.
– Правитель Корилипп зовет вас, – прервал молчаливое горе богатыря один из сопровождавших волокуши слизней.
Упавший духом воитель нехотя поднялся и приблизился к умирающему. Он помнил его другим: еще полным сил и стремящимся вернуть свой трон любой ценой, а сейчас перед ним лежал раздавленный непосильной ношей слабый старец, которые еле-еле шептал самое важное склоненному Ардану.
– Наберись духа, друг мой. Большое зло еще не побеждено, а я как последний хранитель из своего народа не смог его запрятать. Слушай внимательно: тебе нужно будет найти во льдах за Низколесьем нового хранителя из людского рода, зовущегося Ясенем и передать ему этот амулет. Запомни: твои подданные должны забрать из степного края его сына, который должен народиться к весеннему пробуждению земли. Сбереги мальца и воспитай – он следующий хранитель.
– Корилипп, я все выполню в точности.
– Я верю в тебя. – Превозмогая слабость слизень продолжил, – Рядом со мной стоит Чаша с последней Живой водой, ее источник разрушен во время извержения вулкана. Возьми воду и влей в рты этим двум страдальцам, достойным жизни. А теперь прощай, хочу успеть насладиться теплом чудом уцелевших подземных тайных палат.
– Свидимся ли еще?
– О том только духи ведают, не я.
Ардан не стал медлить и вглядываться в обратный путь медленной процессии. Крепко сжимая обеими руками заветную чашу, он приблизился к телу брата. Сердце вырывалось из груди от горечи и надежды одновременно. «Живи, брат!» – прошептал богатырь, направляя голубую струю между посиневших распухших губ. Лицо утопленника неспешно стало преображаться, возвращая черты живого человека и наконец первый вздох вырвался из впалой груди. Незамедлительно чаша переместилась к лицу несчастной девушки и Ардан, с упоением вслушиваясь в хриплое дыхание брата, принялся оживлять вторую жертву.
К тому времени, когда лик девушки посветлел, Дарма уже во все глаза озирался по сторонам, неловко приподнявшись на локтях.
– Ардан, Дильназ, – проговорил оживший.
– С возвращением к живым, брат!
Глава 17
Ясень непрерывно отбивался от ледяных лезвий, вылезающих частоколом вокруг него, словно змеи из логова. Раны, нанесенные ими не кровоточили, но жгли словно к телу прислоняли раскаленное железо. Силы были исчерпаны до дна. Гиэву пал в неравном бою и его тело уже безжалостная прозрачная мерзлота. Чур сражался бок о бок со смертным, только и у божества рано или поздно наступит предел возможностей. А что потом? Перехватив меч в левую руку храбр продолжил кромсать неживое худо.
Вдалеке послышался ужасающий крик. Воины оглянулись на миг и заметили в зелено-желтом зареве северного сияния приближающегося грозного Коре. Птица на подлете разметала острые перья по кругу, остановив прорывы льда на поверхность и приземлилась. С ее шеи спустился удивительный наездник – богатырь из таежных краев, отличающийся темными резкими чертами лица и богатыми доспехами.
– Здравы будьте! – поприветствовал прибывший. – Который из вас Ясенем зовется?
Названный храбр махнул свободной ладонью.
– Волей судьбы ты избран новым хранителем всего живого на земле от скверны, им же творимой. Сей талисман дарует тебе силу и знания, накопленные тысячелетиями. Твой сын унаследует тебе и продолжит нести тяжкое
|
